Страница 37 из 44
- На таком пекле! - изумилась Скалли. - И как он только там выдерживает?
- Он же коночин, агент Скалли. Он все что угодно выдержит. - Ланая откашлялся. - Ну так в чем дело? Мне передали ваше сообщение, шериф. Чем Могу быть полезен?
Спэрроу поправил портупею.
- Ник, надеюсь, ты не против...
- Нам нужно попасть в резервацию, - перебил его Малдер, шагнув вперед. Мы хотим задать кое-какие вопросы старейшинам.
- Совету?
- А они и есть жрецы? - спросила Скалли. Ланая пожал плечами.
- В основном да. Не уверен, что они станут с вами разговаривать. Малдер улыбнулся.
- Вот поэтому мы и обратились к вам. Чтобы вы убедили их помочь нам в расследовании убийств. Может быть, это спасет чьи-то жизни.
Ланая ковырнул землю носком ботинка.
- Если честно, агент Малдер, я сегодня жутко вымотался. - Он покосился на шерифа. - Все утро просидел на пару с полицейским бухгалтером над гроссбухом и счетами Донны Фолкнер. Похоже, она надувала меня. Причем давно и серьезно.
- Я так и понял.
- К счастью, все деньги целы, так что потерял я не так уж и много. Но все равно для меня это такое потрясение... Вы понимаете? Я столько лет ей доверял... Теперь я уже никогда не узнаю, почему она так со мной поступила.
- Ваши люди ей тоже доверяли, - сказала Скалли.
- Нет. - Ланая покосился на холм. - Они доверяли мне. Я же говорю, у меня теперь уйма проблем. А тут еще вы... Это только подольет масла в огонь.
Малдер подошел к пикапу.
- У вас в кабине есть кондиционер? Ланая удивленно кивнул.
- Отлично. - Распахнув дверцу, Малдер подозвал Скалли. - Поехали. - Она без комментариев влезла в кабину. - У нас, кажется, есть одно дело. Верно, шериф?
Спэрроу оставалось лишь молча кивнуть. Ланая, пожав плечами с видом "это ваш последний путь", сел за руль. Малдер заметил, что, когда он поворачивал в замке ключ зажигания, пальцы у него слегка дрожали. То ли злится, то ли нервничает.
- Основные правила, - процедил Ланая, разворачивая пикап: - Выходить из машины только с моего разрешения. Вступать в разговоры только с моего разрешения. Ну и, само собой разумеется, никуда не заходить без моего разрешения. Ясно?
- Поехали, господин Ланая, - сказал Малдер. - Время - деньги.
Они проехали через ущелье, и дорога плавно свернула вправо. Когда гора осталась позади, Малдер чуть было не попросил Ланаю остановиться. Он не очень-то представлял себе резервацию, но то, что увидел, превзошло все его ожидания...
Слева от дороги простирались ухоженные поля. Тут и там темно-серые насосы, чем-то похожие на стальных динозавров, закачивали воду в обширную систему ирригационных каналов. Из всех культур Малдер узнал только кукурузу: поле, где она росла, было в центре и самое большое.
Посреди безжизненной пустыни этот оазис казался почти фантастическим.
Справа от дороги возвышалась Сангре Вьенто Меса.
Ланая притормозил.
- Полюбуйтесь, агент Малдер. Вы увидите и другие месы, но ни одна из них не сравнится с этой.
Зубчатые, безжизненные, покрытые морщинами трещин склоны горы поднимались над пустыней метров на семьдесят. На выжженных солнцем желто-коричневых скалах кое-где краснело железо. И ни единого пятнышка зелени. Во всяком случае, из машины никакой растительности Малдер не заметил. Над плоской вершиной, где виднелись очертания низких строений, кружили большие птицы. Казалось, тень Месы нависает повсюду.
У северного подножия расположилось пуэбло. И опять смутные представления померкли перед действительностью.
- Ваши люди не были скалолазами, - тихо заметила Скалли.
- Не были. На самой Месе никто никогда не жил. - Ланая взглянул на Скалли и улыбнулся. - Изредка, раз в десять лет, когда я привожу сюда археологов или каких-нибудь профессоров, они всегда удивляются. Утверждают, что здесь, на нескольких уровнях, должны быть пещерные дома с лестницами, террасами и всем таким прочим. Как в Пуйе и Месе Верде. А здесь их нет.
За окнами тянулись ровные ряды маленьких одноэтажных домиков из саманного кирпича. Каждый на одну семью. Все окна и двери выкрашены в светло-зеленый цвет. Когда дорога свернула поближе к поселку, Малдер увидел развешенное на веревках белье, прямые, словно расчерченные по линейке улицы и переулки, а на востоке два больших строения: хранилище зерна и Центр Племени, как объяснил по ходу Ланая. На крышах некоторых домов торчали телевизионные и радиоантенны, выглядевшие в таком окружении, с точки зрения Малдера, довольно дико. Кое-где были припаркованы машины, в основном пикапы. Еще Малдер заметил загон для скота, где, лениво жуя сено и отгоняя хвостом мух, паслись несколько лошадок. По улице важно шествовали три пятнистые собаки. В низком курятнике кудахтали куры экзотической окраски.
Малдеру почему-то не показалось странным, что он нигде не увидел никакого мусора.
- А где работают жители пуэбло? - спросила Скалли, прильнув к окну.
- В поле, в мастерских Центра или у себя дома. Некоторые работают за Стеной, но таких единицы. У коночинов нет безработицы, если вы это имеете в виду. Надо зарабатывать себе на хлеб. Кто не работает, тот не ест. - Ланая засмеялся, но как-то невесело. - Насколько я знаю, никто еще не собирался умирать голодной смертью.
- А где ваш дом? - полюбопытствовала Скалли.
- Отсюда не видно, - бесстрастно ответил Ланая.
Малдер заметил у одного из домов в центре пуэбло стайку одетых в белое детей. Другая стайка гонялась по улице с обручами и палками.
- А где живет Леон Сиола? - спросил он. Ланая резко свернул в переулок, который упирался в Центр Племени. Никто из попадавшихся на пути местных жителей не поднимал глаз, и только один карапуз так широко распахнул глазенки, что Малдер невольно улыбнулся.
Заглушив мотор, Ланая со скрежетом распахнул дверь.
- Сиола живет там, где захочет. Я за ним не слежу, агент Малдер. Ему... ему сейчас приходится нелегко - ведь он только что вернулся.
Они подошли к Центру. К двустворчатой входной двери вела лесенка в три ступени. Отворив одну из створок, Ланая жестом пригласил их войти.
- Вот здесь вы и зададите все ваши вопросы. Они очутились в просторной комнате для собраний с низким потолком и мощными балками. Белые стены, голый пол. Две боковые и одна задняя двери, выкрашенные в бледно-зеленый цвет, были закрыты. Единственное украшение - огромный тканый ковер на стене над задней дверью: посередине Меса, молния через все небо, символы солнца и луны, птиц и животных. Изображения людей на ковре не было. И ничего похожего на буквы тоже.