Кризис

По дороге в кабинет Тэлли заметил большую столовую, комнаты отдыха для членов экипажа, капитанскую рубку и "Медвежий Уголок" - офицерскую кают-компанию. Показав новому капитану его апартаменты, Пурвис отправилась к ждавшим ее офицерам.

- Ну что, парни, заполучили мы настоящего победителя. - Пурвис сделала глоток кофе. - Он так и кипит желанием навести здесь порядок. Конец бардаку. Прощай, веселые деньки!

- Неужели настоящий солдафон? - Старший помощник Хантли вопросительно взглянул из-под взъерошенной копны белых волос. В огромных стеклах его очков отразился неестественный свет натриевых ламп переборки.

- Ага.

- Неужели инвентаризация? - потрясенно пробормотал ответственный за грузы офицер.

- Гам у него спросишь. - Пурвис решительно опустила на стол чашку. - Он хочет видеть всех через полчаса.

- Что, и галерного каторжника ["галерные каторжники" - офицеры административно-хозяйственной части, работающие на камбузе (жаргон офицеров Флота)] тоже? - спросил кто-то.

- Конечно; почему бы и нет? Все равно он рано или поздно наткнется на Тельму. - Пурвис поднялась с кресла и потянулась. - Через полчаса буду. Надо горло промочить.

Тэлли еще не совсем пришел в себя, когда выбрался из душа. Но лекарство, судя по всему, действовало. Он оглянулся в поисках полотенца и, не найдя его, досуха вытерся собственной рубашкой. Затем он вышел из ванной комнаты и принялся рыться в шкафчиках и тумбочках.

В них капитан обнаружил несколько комплектов нижнего белья, а также некоторые личные вещи предыдущего командира... как же его звали? Ему попалась на глаза именная бирка, на которой значилось "Иванофф". Полотенец нигде не было. "Ну что же, - подумал Тэлли, одеваясь, - видно, они еще не вернулись из прачечной".

Когда капитан Тэлли вошел в "Медвежий Уголок", в кают-компании почти не оставалось свободных мест. Помощник Хантли, заслышав шаги, бравым голосом скомандовал "смирно!". Офицеры оторвали зады от кресел и замерли в напряженных позах, имеющих самое косвенное отношение к отданной команде; Тэлли произнес "вольно", и все грузно рухнули вниз.

Тэлли огляделся вокруг с нарастающим чувством омерзения. Он привык командовать боевым крейсером - три сотни членов экипажа и пятьдесят шестьдесят офицеров - гордость Флота, сливки Альянса; по крайней мере так они сами о себе думают. Теперь же Тэлли видел вокруг двадцать пять офицеров, и ни один из них - ни один! - и близко не напоминал боевого командира. Об уважительном отношении друг к другу здесь, очевидно, и не слыхивали. Все внутри капитана сжалось, и он вновь ощутил рези в животе.

Выбор был небольшой: либо сразу проявить твердость, либо продемонстрировать дружелюбие. Хоть и через силу, Тэлли решил не осложнять отношения с самого начала.

- Экипаж выглядит так, словно собирается в панике бежать с корабля. Да и вы похожи на повстречавших "Летучий Голландец". Так вот, леди и джентльмены, должен объявить вам, что мы корабль покидать не собираемся. Даю десять минут, чтобы вы вернулись сюда хоть немного похожими на офицеров Флота. ВНИИИ...АНИЕ! - Тэлли повернулся к Хантли. - Пусть приведут себя в порядок.

Не успел старший помощник исполнить приказ, как вся компания в смятении шарахнулась назад: в дверях "Медвежьего Уголка" появилась исполинская женщина. Сквозь слишком тесный для нее проем великанша пыталась протиснуться внутрь. С выпученными глазами капитан застыл на месте, не в силах произнести ни слова. Сто девяносто сантиметров и не меньше центнера сплошной женственности приблизились к нему и замерли в почтительном ожидании. Из ее нагрудного кармана, сильно выдававшегося вперед благодаря поразительным формам, торчал сочный стебель брюссельской капусты чудо-женщина, несомненно, имела самое непосредственное отношение к кухне. Тэлли с детства ненавидел брюссельскую капусту.

- Что?!

Но капитану не дали закончить фразу. Доктор Пурвис поднялась с кресла.

- Сэр, это офицер административно-хозяйственной части корабля Тельма Рюэль.

"Галерный каторжник" отсалютовала.

Тэлли побледнел, и вентиляторы принялись с удвоенной энергией снижать внезапно возросший в помещении уровень загазованности.

Второе собрание в "Медвежьем Уголке" прошло более гладко. Тэлли обратил внимание на образцовую подтянутость старшего помощника и с удовольствием отметил, что поступил абсолютно правильно, избрав для себя роль "славного парня". Речь Хантли звучала более собранно, а у Пурвис хватило ума занять гигантскую Тельму различными неотложными делами. Ответственный за грузы лихорадочно готовился к полной инвентаризации, и через несколько минут новый капитан уже начал обход корабля. Беспокоили его лишь две вещи: во-первых, он забыл попросить полотенце; и, во-вторых, тягостное ощущение, что эту Тельму Рюэль ему случалось видеть и прежде.

Помощник Хантли с документацией в руках явился к капитану, прервав размышления Тэлли на тему великанши и предыдущей встречи с ней. Нацепив фуражку, капитан отправился в инспекционный поход по кораблю FCTV 621-J. Когда Телли, предшествуемый помощником, спустился в отсек жилых помещений, между обоими офицерами завязалась непринужденная беседа.

- Скажите мне, Хантли, - поинтересовался Тэлли, - как давно вы служите на Флоте?

- Около двух лет, сэр. Меня призвали в самом конце войны с халианами, но принять участие в боевых действиях мне уже не довелось. - Хантли вздохнул, и командир не смог определить, искренне помощник жалеет об этом или просто кокетничает.

- И все время служите на 621-J?

- На чем, сэр? А, понял. Нет, меня перевели на Вегомат примерно год назад.

Тэлли остановился и внимательно посмотрел на помощника.

- Что вы называете "Вегоматом"?

- Но, сэр, - щеки Хантли слегка порозовели, - вся команда так его называет.

- Хантли, ПОЧЕМУ этот корабль называют "Вегоматом"? - грозно переспросил Тэлли. По болезненному выражению лица офицера он понял, что тот не совсем уверен, правильно ли поступил, использовав в разговоре с капитаном неофициальное название корабля.

- Потому, сэр, - голос помощника слегка понизился, и он отвел глаза в сторону, - что судно использует вегоматный движитель.