Страница 45 из 102
- О делах я позабочусь, - сказал ему Ари. - Терпеть не могу это место. По мне уж лучше загрузить себя по уши работой, чем торчать в этом унылом городишке. Представь себе - приказ самого Тобиши. Прибыть сюда и забрать какой-то бактериологический груз. Ни больше, ни меньше, - Ари продолжал высказывать различные догадки, пока они прошли через холл гостиницы и направились к своим номерам. Никто из экипажа не выказал желания пошататься в выходной день по Эфрихену, и на судне не переставали недоумевать, почему Тобиши, владелец целой торгово-транспортной компании, самолично распорядился, чтобы они отправились в сие проклятое место. По крайней мере три из гуляющих теперь на борту "Лоадстоуна" версий всего этого пустил в оборот сам Диего, за что и был вознагражден: ни у кого не возникало подозрения, что в деле замешан Военный Флот.
Холл был переполнен. Экипажи буксиров, грузовиков мешались с контрабандистами, которые, пожалуй, немногим лучше, чем халианские пираты. В последние несколько месяцев Диего до остервенения изучал символику различных групп, и теперь он машинально вылавливал в толпе белые полосы на куртках матросов с буксиров и цветастые пояса владельцев небольших частных судов. Кое-кто из присутствующих оборачивался и с недоумением разглядывал его, вызывая у Диего нервную дрожь. Серая униформа не могла скрыть военной выправки, давно уже ставшей неотъемлемой частью натуры Баха.
Труднее всего строить из себя простого и открытого парня. На "Лоадстоуне" Диего приобрел репутацию угрюмого одиночки. Не раз Ари предлагал ему провести вечерок за бутылкой вина, и каждый раз Диего отказывался. Он не хотел ни с кем сближаться. С тех пор как корабль вышел из порта, он ни с кем не говорил по душам, и одиночество начинало давить все сильнее, но Диего решил не поддаваться искушению... Он не доверял самому себе и боялся проболтаться.
А ведь он вовсе не собирался служить в разведке, с горечью размышлял Диего, шагая по лестнице. Свою карьеру он тщательно спланировал заранее. Начать ее следовало на борту какого-нибудь крейсера в качестве младшего офицера команды, ответственного за системы вооружения корабля. И служить на крейсерах до тех пор, пока не подучишь достаточно высокое звание, чтобы иметь возможность по-настоящему проявить себя в эскадрилье быстрого реагирования. Но, увы, что произошло, то произошло, прошлого не вернуть, и лучше уж не портить себе жизнь мечтами о лучшем. Вот, например, как раз сейчас, в этот самый день, он по идее должен был бы приближаться к Цели в составе знаменитой эскадрильи быстрого реагирования, а вместо этого вынужден торчать на Эфрихене, в этой никому не нужной дыре. И это только начало.
Эфрихенская гостиница профсоюза работников торгового флота отнюдь не являлась пятизвездным отелем. Отведенную ему комнату Диего склонен был определить как большой стенной шкаф с койкой и небольшим закутком, громко именуемым ванной, в котором едва можно развернуться. Он сбросил униформу "Тобиши" и пробормотал фразы, включающие освещение и душ. Обе системы тут же врубились на полную мощность. Диего поймал в зеркале преображение какого-то жуткого типа и чуть было не разбил зеркало, прежде чем успел сообразить, что видит всего лишь собственное отражение.
На борту "Лоадстоуна" он старательно избегал рассматривать себя в зеркале, поэтому теперь перемены показалась ему особенно чудовищными. От правого колена, обвившись вокруг бедра, распластавшись по спине и переходя через левое плечо на грудь, уютно расположилась фиолетовая змея. К тому же специалист по маскировке велел отрастить волосы, которые теперь свисали какими-то бесцветными космами до самых плеч. Две серьги в левом ухе могли означать совершенно разные вещи, в зависимости от того, кем был их владелец - служащим грузового корабля или эфрихенским ротери-наркоманом. На эти серьги Диего прежде исхитрился ни разу нее взглянуть, и теперь поблескивание камешков в ушах казалось неприятным и диким. Короче говоря, если бы ему повстречался тип с такой внешностью, то Диего лишь содрогнулся бы от отвращения. Родители сгорели бы со стыда, увидев его таким. И даже старые друзья-однокурсники ни за что не признали бы в этом уроде "главную надежду" академии.
Диего перевел взгляд на мигавший зеленым огоньком хронометр над кроватью. Встреча с агентом должна состояться в клубе Змеи за несколько минут до полуночи по планетарному времени. Если, конечно, агент еще жив. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как от него перестали поступать сообщения. Сперва в разведке решили, что их человек раскрыт, но теперь никто бы не осмелился утверждать что-либо наверняка. Ясно было одно - с Йоргеном что-то неладно.
Диего сообщили только это имя и показали две фотографии. На одной был изображен молодой офицер, а на другой - ротерианский наркоман. Внешность этого последнего Диего и сохранил в памяти. Ему предстояло провести здесь только один вечер, и действовать он должен строго согласно приказу: установить контакт с Йоргеном и привезти его вместе со всеми добытыми данными обратно.
Какие именно данные интересуют разведку, оставалось неясным. Диего не раз об этом спрашивал, но Сейн в ответ лишь бормотал что-то невразумительное о халианском вторжении в данный регион. Лейтенант понял, что толковых разъяснений он не добьется. Подобная обстановка делала службу в этом ведомстве более чем неприятной, действуя на нервы даже сильнее, чем сознание невозможности проявить себя в бою, а ведь всем известно, что наилучший путь сделать карьеру - это участвовать в боевых действиях. Диего опять тяжко вздохнул, вспомнив, что блестящие возможности лежали прямо перед ним и из-под самого носа исчезли. Что ж, быть может, когда он покончит с этим делом, там, на фронте, еще останется шанс показать, на что он способен. Может быть, силы Флота все еще будут охотиться за недобитыми группами противника, очищая занятую территорию. Подобный вариант все-таки лучше, чем мелкая полицейская возня. Диего до сих пор не понимал, почему Флот вообще занимается подобной ерундой. Охота за мелкими наркодельцами дело местных властей. У Флота и без того достаточно забот.