Страница 43 из 102
И я почти уже решил рассказать Тостигу все. Но тут вспомнил об основополагающей роли Саг в жизни Халии и о том, что все они включали упоминание о друге, ставшем предателем, вступившем в заговор с целью подвести героя к предопределенной ему славе, удовлетворить его подсознательное стремление к великолепной смерти, память о которой будет вечно жить в Сагах его племени.
Будет ли настоящим другом тот, кто поможет герою ускользнуть, чтобы он смог тихо умереть в своей постели, окруженный, быть может, хорошенькими ясноглазыми хорьками? Или настоящий друг - это тот, кто поможет герою достичь истинного, внутреннего предназначения, героической смерти в битве с превосходящими силами противника?
- Мне будет жаль, когда вы улетите, - сказал я, и это была правда. Хотя и не вся правда.
- Мне тоже, - ответил Тостиг. - Считается, что между нашими расами дружба невозможна. Не знаю, так ли это, для меня это слишком сложная тема. Но знаю одно - дружба между отдельными личностями возможна всегда. Мне будет не хватать вас. Иуда.
Я хотел ответить, но тут прибыла его почетная охрана, четыре пиратского вида халианина, обильно увешанных оружием. У одного из них на глазу красовалась черная повязка.
- Что ж, пойдем проверим вашу работу, - сказал он беззаботно, и окруженные охраной мы двинулись вперед.
Люди Тостига были выстроены перед боевым крейсером. Их было около сотни, поскольку другие боевые группы, желая разделить хоть частицу его славы, поклялись ему в верности. Поющий о Далеком Доме тоже стоял здесь с непроницаемым лицом, величественный в своем серебристо-сером одеянии.
Когда стихли приветственные возгласы, Тостиг поднялся на корабль, мы с Поющим последовали за ним. Когда мы подошли к пилотской кабине, я не выдержал.
- Тостиг, - сказал я, - мне нужно сказать вам кое-что!
Он спокойно посмотрел на меня.
- Нет, - ответил он, - не надо. Видите ли, я уже знаю.
- Знаете?
Тостиг улыбнулся.
- Я знаком с древними Сагами гораздо лучше, чем вы. Почти так же, как наш присутствующий здесь коллега, Мастер Цели. Разве не так, Поющий?
- Знания барона в области поэзии выше всяких похвал, - сказал Поющий. Для непрофессионала, конечно.
- Разумеется, - ответил Тостиг. Он посмотрел на пульт управления и вновь повернулся к Поющему. - А как именно вы все это устроили, Поющий? Что-нибудь новенькое, я полагаю?
- Достаточно оригинальное, - ответил тот. - Я задал специальный код, который нужно ввести перед тем, как делать что-то другое. В противном случае начинает работать разрушающая программа, выводящая компьютер из строя раз и навсегда. Но откуда вы все узнали?
- Понятия не имею, - ответил Тостиг. - Просто подумал, что надо сделать вид, что мне все известно, и посмотреть, что вы на это скажете.
- Так вы обманули нас! - воскликнул Поющий.
- Один обман стоит другого, - ответил Тостиг. - Я знал о ваших планах в отношении меня уже давно. Мастер Цели. И уж, конечно, вы были в состоянии заверить моего простодушного друга, присутствующего здесь, что единственно, чего я действительно хочу, так это смерти на поле брани и славы в песнях.
- Я не должен был его слушать, - сказал я. - Тостиг, вы все еще можете улететь. Код, обезвреживающий разрушающую программу...
Тостиг властным жестом вскинул лапу.
- Нет, не говорите мне. Иначе у меня может возникнуть искушение воспользоваться им.
Мы недоуменно взглянули на него. Потом на лице Мастера Цели появилась угрюмая улыбка.
- Значит, я не ошибся в вас. Барон Тостиг!
- Вы знали меня лучше, чем я знал самого себя. Тот, для кого открыта душа всей расы, имеет ключи и к душе отдельного человека.
Мы последовали за Тостигом из космического корабля. При виде его халианские воины замолчали.
- Ребята, - сказал он, - корабль в порядке. Но нам он не понадобится. Слишком уж велика возможность, чтобы упускать ее. Мы выступим против всего вражеского Флота и всех вражеских наземных сил. Совершим величайший подвиг в истории Халии. Мы и так слишком зажились. Во мне проснулся берсерк, и я буду атаковать, даже если мне придется пойти одному. Найдется ли среди вас кто-нибудь, кто захочет присоединиться ко мне?
Поднявшийся оглушительный рев показал, что трусов здесь нет. Будучи истинными халианами, они не могли не увлечься великолепием геройской смерти под предводительством знаменитого военачальника и бессмертием в песнях.
- Сегодня, в ожидании предстоящей атаки, мы устроим пир, - сказал Тостиг. А ты, мой друг Иуда, ступай домой с миром и со всем моим уважением. Барон Тостиг держит слово. И захвати с собой этого Поэта, потому что его Сага должна быть сохранена для будущих поколений.
Поющий о Далеком Доме выпрямился во весь рост.
- Нет Тостиг, я не уйду. Ты сделал правильный выбор, единственно достойный героя. Но мое решение правильно для Поэта. Я останусь с тобой, буду свидетелем твоей последней битвы и напишу окончание своей Саги.
- Ты глупец, - сказал Тостиг. - Скорее всего, тебя убьют вместе с нами, ведь война не щадит даже поэтов. Что тогда станет с великой Сагой обо мне?
- Я подумал об этом, - сказал Поющий, - потому что надеялся на такой оборот событий и принял меры предосторожности.
Из-под длинного одеяния он вытащил небольшой механизм, в котором я сразу узнал обыкновенный кассетный магнитофон.
- Я сохранил этот образчик вражеской технологии, трофей нашей последней битвы, и записал на него всю Сагу, все, что написано до этого момента. Этот человек показал себя достойным доверия, для тебя - потому что оказался достоин дружбы, для меня - потому что смог понять глубину поэтической души халиан. Мы поняли друг друга, Иуда и я. Без сомнения, я переживу твою смерть, Тостиг - Бардам часто везет в этом. Тогда я закончу Сагу сам и найду способ передать ее в Коллегию Поэтов Халии. Но если мне все же суждено умереть, тогда прошу тебя. Иуда, чтобы ты нашел способ передать это на Халию, и они сами закончат ее.
- Я сделаю это, - сказал я - взял маленький магнитофон, положил его в карман, пожал лапу Поющего, обнял Тостига и отправился в путь.
Остальное хорошо известно всем членам этого военного трибунала. Нашим силам понадобилось два месяца на то, чтобы припереть Тостига к стене, и пришлось отдать много жизней, прежде чем он был убит в великой битве в Ущелье Мертвых.