Страница 3 из 43
Потом она услышала, как открылась какая-то дверь, а затем послышались голоса Керин Брук была смущена и в то же время разгневана. Это началось в первую же ночь после их отплытия из Калласа. Она тщетно пыталась их стоны и вскрики, вызванные любовным экстазом. Но даже зарывшись головой в подушки и чуть не задыхаясь в них, она все равно все слышала. Миссис Леннокс было хорошо известно, что она, Керин Брук, находится в соседней каюте; но, видимо, ей не приходило на ум, что стенки между каютами могут быть столь тонкими.
На следующий день она специально шумела в своей каюте, чтобы показать миссис Леннокс, что в соседней каюте все слышно, но все ее усилия оказались тщетными. На следующую ночь повторилось то же самое, а на третью - даже хуже. Теперь она просто боялась двигаться по своей каюте. Вначале можно было притвориться, что ты спишь, но через неделю и это было невозможно. Возможно, миссис Леннокс даже не осознавала, какие дикие стоны и крики она издавала в своем экстазе, - иначе ей было бы стыдно посмотреть в глаза своей соседке или она предпочла бы не встречаться с ней на корабле, что в данных обстоятельствах было невозможно. Старое грузовое судно было очень небольшим; их, женщин, на борту всего две, а путь до Манилы был еще очень долгим.
Когда в соседней каюте опять послышались стоны, она села на постели и схватила халат. Единственным выходом из положения было бежать из каюты, но полностью одеваться было совсем не обязательно. Она затянула пояс, сунула в карман сигареты и зажигалку, в темноте нащупала свои туфли и вышла из каюты. Без косметики на лице и не причесанная. Она настолько обозлилась на то, что происходило рядом, что ей было даже безразлично, как она выглядит. Ей просто нужно было провести какое-то время на палубе, пока она не уверится в том, что мужчина из соседней каюты уже ушел. Ей было бы очень неприятно, если бы она столкнулась с ним, когда он выходил из каюты миссис Леннокс, - кто бы ни был этот мужчина.
Она неоднократно уже думала о том, чтобы попросить о переводе ее в другую каюту, но не находила, чем обосновать эту просьбу. Кроме того, все остальные каюты были на двух человек, а она заплатила за одноместную. "Леандр" имел на борту четырех пассажиров и 12 посадочных мест. Все четыре одноместные каюты были заняты, все двухместные пустовали.
Ее каюта была последней по коридору, со стороны штирборта. Она никого не заметила. Свернув в другой коридор, она прошла мимо столовой и вышла на палубу со стороны бакборта. Эта палуба была немного приподнята и называлась также палубой для прогулок. Здесь находились пассажирские каюты, каюта стюарда, столовая и курительный салон. Этажом ниже были расположены каюты команды, в то время как сверху находились каюты офицеров и инженера, а также их столовая и радиорубка. Пассажирам разъяснили, что они должны ограничивать себя палубой или, в крайнем случае, подняться на верхнюю, но ни в коем случае не приближаться к мостику.
Керин Брук подошла к трапу и поднялась на верхнюю палубу, которая была освещена только лунным светом, поскольку мостик находился на противоположном конце. Между двумя крыльями мостика находилась рубка, за ней - штурманская рубка и каюта капитана. Она остановилась между двумя спасательными шлюпками и начала любоваться звездной ночью и темным неподвижным океаном.
На корабле ударили три склянки, и сигнальщик на верхней палубе секундой позже повторил время - половина второго. Она повернула голову и увидела на мостике офицера. Сперва она хотела поинтересоваться у него причиной остановки, но потом решила не делать этого. Это был скупой на слова и хмурый человек: она видела его всего пару раз, да и то бегло, и даже не знала, понимал ли он по-английски. Единственным человеком, кто сносно говорил по-английски, был первый офицер. Она знала об этом, поскольку он иногда обедал вместе с пассажирами.
Из машинного отделения доносился пульсирующий стрекот генератора, а в остальном на корабле царила полная тишина. В воздухе - ни малейшего ветерка, все вокруг словно застыло. Она посмотрела вниз. Пока корабль плыл в тропических водах, она любила наблюдать за полосой света, которая бежала за кораблем. Но сейчас ничего не было видно, поскольку поверхность была совершенно гладкой, и лишь иногда на поверхности поблескивали точечки, словно светлячки.
Через какое-то время она услышала позади себя шаги и обернулась. Это был первый офицер.
Даже в темноте она не могла его перепутать ни с кем другим. Он был приблизительно двух метров ростом, и у него были очень широкие плечи. Рядом с ним любой другой на корабле казался карликом. Руки у него были мускулистые, а на большой, грубо сколоченной голове росли густые светлые волосы - дикие и растрепанные, еще больше подчеркивающие его энергию, буквально бившую через край. Несмотря на свой огромный рост, он двигался с легкостью и грацией хищного зверя. Должно быть, множество женщин было покорено его несколько саркастическими, холодно-голубыми глазами и его самоуверенными грубоватыми манерами. Керин непроизвольно подумала, что он тут делает в такое время - ведь его смена начиналась в четыре часа утра. Может, именно он захаживал к ее соседке? Ей стало противно от этой мысли.
А он посмотрел на нее и остановился рядом.
- Собираетесь покинуть корабль, миссис Брук? Видимо, не случайно оказались поблизости от спасательных шлюпок, - сказал он насмешливо.
Она рассмеялась.
- Я только любовалась ночью. Когда остановились машины, я проснулась...
- Такое происходит со всеми. Полная тишина после сильного шума всегда заставляет просыпаться.
- Случилось что-нибудь серьезное?
- Нет, просто перегрелись машины. Рабы из машинного отделения говорят, что через полчаса тронемся дальше.
Она вынула из пачки сигарету.
- Кто, вы сказали?
Он поднес зажигалку и усмехнулся.
- Раньше в машинных отсеках работали лишь рабы и осужденные.
Он прошел дальше к мостику, а она снова стала любоваться ночью. Необыкновенный мужчина. И, видимо, образованный. Она знала, что он неплохо говорит не только по-английски, но и по-французски, и по-немецки. Но кто он был по национальности, она не знала. "Леандр" шел под флагом Панамы, однако команда корабля была очень пестрой. Первого офицера зовут Эрик Линд, значит, он скандинавского происхождения, как и она сама.