Страница 25 из 38
- Ты у нас умница, - литераторы чмокнули ее в щечки. - Веди нас, куда хочешь! Денег у нас много, хватит на любое кафе.
- Я знаю тут недалеко отличное местечко. У меня там школьная подруга работает.
- О! - воскликнул Дамкин. - Она такая же красивая, как ты? Меня с ней познакомишь?
Света шутливо стукнула его в живот, Дамкин сделал вид, что ему больно, согнулся и замычал.
Они прогулялись по вечерним улицам и зашли в приятное заведение, где Света быстро переговорила с тощей брюнеткой. Хихикая, брюнетка провела литераторов к столику в тихом уголке и подала меню.
- А тут недурно, - заметил Стрекозов, доставая бутылку коньяка. Элвис Пресли, опять же, поет... В старых песнях есть свое очарование.
- Обожаю Пресли! - сказала Света, двигаясь в такт музыке.
- Еще бы! Под эту музыку негры в пампасах считают и пересчитывают деньги, - сострил Дамкин. - Светка, а знаешь, как господин Пресли стал кумиром миллионов?
- Ну как?
- В молодости Элвис Пресли никому не был нужен, его не узнавали на улице и даже не брали интервью. Но как только Пресли стал наркоманом, эгоцентристом и гомосексуалистом, к нему сразу же пришла всемирная известность и офигительные деньги.
- Какие Дамкин умные слова знает, - покачал головой Стрекозов. Эгосексуалист, гомоцентрист... Бедный Элвис!
- А знаешь, какая в его биографии мораль?
- Какая?
- Надо уметь пользоваться своими недостатками, - всхрапнул Дамкин.
- Светку эта мораль не касается, - отозвался Стрекозов, - у нее нет недостатков!
Секретарша улыбнулась. Из динамиков послышалась медленная музыка, в полумраке зала стали танцевать парочки. Туда-сюда сновали официантки в белых передничках. Кафе было очень уютным.
- И почему ты нас сюда раньше не водила?
- Раньше, - сказала Света, - моя подруга здесь еще не работала. А кроме того, раньше вы меня никуда не приглашали!
- Ты заказывай все что хочешь, - предложил Дамкин секретарше. - Ни в чем себя не ограничивай. Но помни, что тебе надо беречь фигуру.
- Я уже все заказала, сейчас Инна принесет.
- Инна? - переспросил Дамкин. - Какое красивое имя! А ты сказала ей, что меня зовут Дамкин? Она мне так понравилась! А я ей понравился? Можешь у нее спросить?
- Сейчас еще раз получишь! - предупредила Света. - Вы привели в кафе меня или кого?
- Тебя, тебя, - успокоил Стрекозов, отвинчивая пробку у "Наполеона". Если Инна нам принесет стаканчики, мы отвернем этому императору голову.
Вернулась Инна, с любопытством поглядывая на двух кавалеров своей приятельницы. Девушка быстро накрыла на стол, Стрекозов разлил по рюмочкам коньяк.
- За нашу любимую секретаршу! - провозгласил он.
Они выпили.
- Хороший коньяк, - оценила Света, закусывая салатом из свежей капусты.
- "Камю" лучше, - сказал Дамкин.
- Тоже мне знаток нашелся!
- А что, - приосанился Дамкин. - Конечно, знаток! Уж в чем, в чем, а в коньяках я разбираюсь!
- Ты только в них и разбираешься, - бросила девушка.
- Неправда! - обиделся Дамкин. - Я еще и в девушках разбираюсь, особенно в красивых. Как ты, например.
- Да, - вспомнила секретарша. - Давно хотела об этом поговорить. Прошел тут слух, что я - ваша любовница. Ко мне уже женщин пять подходили и спрашивали, как вы, литераторы, в постели.
- Ай, ай, ай, - сокрушился Дамкин. - И тебе нечего было ответить? Это надо срочно исправить!
- Я тебе сейчас исправлю! - брови девушки в негодовании изогнулись, красные губки от волнения задрожали. Света была просто прелестна!
- Помилуйте! - вскричал Стрекозов. - И из-за этого ты расстроилась?!
- Да-а! Я ведь честная девушка!
- Ну и что? Я тоже честный юноша! - заявил Дамкин.
- Это же вы сами все эти слухи распускаете! Заладили: "Любимая девушка, любимая девушка"! Стихи мне посвящаете, рассказы, скоро еще роман какой-нибудь посвятите!
- А кому же нам еще посвящать? - поинтересовался Стрекозов. - Ты, действительно, наша любимая девушка, самая симпатичная, добрая, ласковая. У нас к тебе очень большая, чистая любовь!
- Ты не расстраивайся, Светка, - воскликнул Дамкин, наливая еще по рюмочке. - Мы тебе напишем опровержение, этакую справку, что ты никогда не была нашей любовницей.
- Опровержение?
- Ага. Напишем открытое письмо всем заинтересованным женщинам. Проверено: слухи не подтвердились. Общение литераторов Дамкина и Стрекозова со своей секретаршей до сих пор носит чисто платонический характер. Объединяет их любовь к искусству и к замечательным произведениям Дамкина и Стрекозова особенно. Во время написания новых гениальных произведений секретарша Света вообще находится в другой комнате за большим амбарным замком.
- Да! - загорелся Стрекозов. - Дверь в комнату секретарши Дамкина и Стрекозова обита оцинкованным железом, за дверью сидит зубастый кровожадный волкодав. И все ради того, чтобы похотливые литераторы не нарушали целомудренный покой своей любимой девушки. Чтобы любовь была, но чистая и светлая, как небо в морозный зимний день!
- Общаются литераторы со своей секретаршей только по местному телефону, - подхватил Дамкин, опрокинув рюмочку и зажмурившись от удовольствия. - Они диктуют в трубку свои гениальные произведения, а напечатанные рукописи Света просовывает в щель под дверью. А когда Дамкину и Стрекозову хочется выпить кофе, они предупреждают об этом Свету и запираются в ванной. Света выходит в сопровождении бдительного, щелкающего зубами волкодава и варит на кухне этот вкусный напиток, который только у нее получается таким замечательным! Оставив две чашечки на столе, девушка снова уходит назад, за железную дверь.
- А чтобы литераторы могли поцеловать любимую девушку, художник Бронштейн нарисовал на этой двери ее портрет. В порыве страсти то Дамкин, то Стрекозов подбегают к двери и целуют розовые нарисованные щечки.
- А когда они хотят сводить секретаршу в ресторан, они ее с собой не берут, а идут вдвоем, но при этом ведут себя так, как будто Света вместе с ними: заказывают столик на троих, кладут перед пустым стулом меню, наливают лишнюю рюмку коньяка...
- Хватит, хватит! - смеялась секретарша.
Развеселившись, друзья даже не заметили, как к их столику подошел кавказской наружности мужчина в черном костюме с красной гвоздикой в петлице. Вежливо склонившись, он спросил с густым грузинским акцентом: