Холодная война

Но они не приближались, почему-то не торопились его убивать. Чудовища просто стояли.

Они вспороли брюхо собаке, но та, несомненно, бросилась на них. Баянов почти не сомневался, что они убили пропавших солдат или взяли их в плен, но те, вероятнее всего, оказались там, куда их не звали.

Сам же Баянов не сделал ничего такого, что могло бы их разозлить, или что-то сделал? Похоже, чудовища готовы позволить ему уйти, говорил он себе, вот почему они не убили его. Он не причинил им вреда, и они его отпускали.

Он с трудом поднялся на ноги, столкнув в сторону мертвую собаку, и медленно попятился.

Чудовища не шелохнулись.

Баянов склонился в неловком поклоне.

- Спасибо, господа, - сказал он, заикнувшись на непривычном слове досоветских времен. Ему никогда в жизни не приходилось называть кого-то "господином", он и сам не слыхал этого слова, если не считать сатирических миниатюр или исторических спектаклей, но как иначе можно было обратиться к этим созданиям, этим ледяным дьяволам?

Слесарь медленно повернулся к ним спиной, лихорадочно соображая, идти шагом или помчаться бегом. Баянов сделал два небольших шага, стараясь сохранить хотя бы видимость достоинства, затем оглянулся.

Ближайший к нему дьявол шагнул. Он двигался стремительно, и это явно не стоило ему ни малейших усилий. Прочитать что-либо на скрытом маской лице Баянов не мог, но враждебность позы чудовища и характер сделанного им движения говорили о многом. Баянов припустился бегом.

Оказавшись неподалеку от станции, он начал кричать:

- Откройте дверь! Помогите! Помогите мне! - с разбегу навалился на дверь, но начавшаяся истерика лишила его сил, и распахнуть ее сразу ему не удалось. Он стал барабанить по металлу кулаками.

Мгновение спустя дверь открылась. Из проема на него таращились две взволнованные физиономии.

- Сергей! - удивленно воскликнул один из напарников. - Что случилось?

- Мы обнаружили болтающуюся по коридорам собаку с поводком, но тебя нигде не было, - добавил второй.

Баянов, совершенно измотанный паническим бегством, ввалился внутрь, и напарник, повыше ростом, подхватил его, не дав упасть на пол.

- Закрой дверь, - крикнул державший Баянова, - на дворе мороз градусов пятьдесят!

- Анатолий, - сказал второй, захлопнув дверь, - взгляни! Что у него на пальто?

- Похоже на замерзшую кровь, - ответил тот, что поддерживал Баянова. Сергей, что случилось?

- Дьяволы, - тяжело дыша, выдавил из себя Баянов. - Дьяволы льдов, я видел их, Дмитрий!

Напарники обменялись беспокойными взглядами.

- Мы должны предупредить ос... - снова заговорил Баянов.

Его оборвал громкий удар чего-то тяжелого по двери снаружи.

- Что это? - прошептал Анатолий.

Все трое замерли, узнав звук рвущегося металла. Еще через мгновение сквозь дверь протиснулся сверкающий конец зазубренного лезвия.

- Эта дверь стальная, - испуганно произнес Анатолий, - десять сантиметров теплоизоляционного пластика, окованного сталью!

Все трое знали, из чего сделана дверь: ее конструкция могла выдержать самую свирепую бурю и даже взрыв нефтепровода.

Но это, казалось, не имело значения для рвавшихся внутрь - зазубренное лезвие продолжало перепиливать толстую дверь, словно немного затвердевший сыр.

- Боже мой! - вырвалось у Дмитрия.

- Предупреди остальных! - крикнул Баянов. Он скатился с колен Дмитрия, оперся рукой о стену и стал подниматься на ноги.

Ему еще не удалось выпрямиться, когда дверь рухнула. За ней стояли уже виденные им твари. Баянов застонал.

- Дьяволы! - крикнул Анатолий.

Без предупреждения, двигаясь быстрее, чем мог проследить человеческий глаз, стоявший впереди других чудовищ вонзил в грудь Анатолия копье. Тот мгновенно обмяк, из продырявленных легких не вырвался даже предсмертный крик.

На какое-то мгновение все замерли; Анатолий остался висеть на острие поразившего его копья, двое других были потрясены и лишь молча таращились на труп.

Состояние шока прошло быстро.

- Ублюдки! - закричал Дмитрий. Он бросился к ближайшей панели аварийной сигнализации.

Одно из чудовищ с нечеловеческой скоростью метнулось за ним. Его движение было настолько быстрым, что Баянов на мгновение упустил дьявола из виду. Как раз в тот момент, когда рука Дмитрия потянулась к рубильнику аварийного сигнала, растопыренная ладонь твари опустилась на голову парня.

Дмитрий пошатнулся и упал на колени, продолжая тянуться к рубильнику. Баянов молча наблюдал за происходившим, все еще слишком ошеломленный и охваченный ужасом, чтобы найти силы шелохнуться.

Тварь выбросила вперед вторую руку, из краги которой с громким щелчком выдвинулись два кривых лезвия и замерли над сжавшейся в кулак ладонью.

Продолжая держать Дмитрия за голову одной рукой, чудовище вонзило пару кривых ножей в его спину и пропахало ими тело несчастного парня вдоль позвоночника.

Дмитрий забился в конвульсиях, дико дернулся и беззвучно рухнул замертво, но в приступе последней агонии его рука сжалась на рубильнике аварийного сигнала, и весом падающего тела он опустился вниз.

Баянов успел увидеть все это до того, как когтистая, желтокожая рука ударила его по лицу и он опрокинулся на спину. Баянов закричал, вытаращив глаза на приближавшееся чудовище.

Последнее, что он видел, была опускавшаяся на его лицо подошва сандалии дьявола. Чудовище перенесло всю тяжесть тела на одну ногу, и череп Сергея Евгеньевича Баянова треснул, словно панцирь нахально выскочившего на свет таракана.

Глава 13

Галичев решил нанести Собчаку еще один визит и как раз перешагнул порог рабочего помещения геолога, когда зазвучал сигнал аварийной тревоги.

Старший мастер поднял испуганный взгляд.

- Что это за чертовщина? - угрожающим голосом спросил он.

- Аварийный сигнал, - ответил Собчак.

- Причина? - еще решительнее рявкнул Галичев. - Что-то не так на нефтепроводе?

- Ничего страшного, если судить по показаниям приборов, - сказал Собчак, оглядывая множество окружавших его датчиков. - Но исчез сигнал датчика двери восточного входа.

- Кто-то ворвался внутрь станции? - насторожившись, спросил Галичев.