Страница 60 из 90
Синтетика вообще сохранялась дольше, чем натуральная ткань, но язычники считали ее осквернением природы и были категорически против ношения таких вещей.
А потом была ночь, и оставшиеся без одежды любвеобильные почитатели естественности, которых не смогли подкосить даже бурные события минувшего дня, чуть ли не до рассвета мешали спать стыдливым и добропорядочным христианам.
Неудивительно, что наутро напряженность стала нарастать с новой силой. И причины ее были гораздо серьезнее, чем просто испорченный ночлег.
Христиане считали язычников и прочих разных безбожников главными виновниками катастрофы, которая постигла стойбище воеводы Вадима, и самого воеводу, а главное - иеромонаха Арсения и многих из его паствы.
Язычники же на все упреки отвечали насмешливо:
- А куда же ваш Бог смотрел?
И тем самым приводили православных буквально в неистовство.
А тут еще масла в огонь подлили молодые бойцы из отряда Джедая. Они имели неосторожность заявить, что Бог вообще не может никуда смотреть, ибо у него нет глаз.
Бог - это Сила, которая растворена во всех живых организмах, но подчиняется только тем, кто умеет ею управлять.
Язычники ничего против этой трактовки не имели. Старейшина Владимир тоже проповедовал что-то наподобие - только со ссылкой не на фильмы Лукаса, а на древнерусские предания.
Он утверждал, например, что колдовство - это умение управлять скрытыми силами природы, и что человек, который сумел сконцентрировать эти силы в себе, после смерти превращается в духа, обладающего властью и способностью влиять на события в мире живых.
Великий бог севера Один был когда-то королем своего народа, а волхв по имени Перун научился вызывать дождь и насылать на врагов грозу еще в те времена, когда был живым человеком.
Так говорил старейшина Владимир Ярославич, и у его последователей не было оснований не верить своему учителю.
Зато у них были основания надеяться, что они и сами смогут после смерти превратиться в богов. Раз это получилось у Одина и Перуна, значит, и перед другими смертными не закрыта дорога к вершинам пантеона.
Впрочем, те же предания и поверья наводили на мысль, что большинство людей после смерти превращается в домовых, леших, русалок, оборотней и безобидных призраков. Но даже и в этом случае язычники считали, что лучше быть домовым в родном лесу, чем бесплотным и бесполезным духом в христианском раю.
Так что в рассуждениях Джедая и его сторонников о Силе не было для язычников ничего нового.
Но христиане этих разговоров о смертных, которые превращаются в богов, и о богах, которые были когда-то смертными, перенести, конечно же, не могли.
На очередном привале дело чуть не дошло до драки. Джедаю пришлось вмешаться и поставить своих бойцов живой стеной между разгоряченными спорщиками.
Ветераны его отряда, многие из которых служили в спецназе разных силовых ведомств еще до нашествия инопланетян, умели скрывать свои эмоции и свои пристрастия. А вот у более молодых, вроде сына покойного генерала Шумилова, которого Джедай теперь считал своим сыном, с этим были проблемы.
Нетрудно было заметить, что они целиком на стороне язычников. Не только потому, что у них были общие мысли о Силе, но и потому, что языческие девушки на привалах охотно дарили воинам свою благосклонность, тогда как христианские берегли свою честь.
Вот только девушка по имени Надежда собралась замуж за своего спасителя Циклопа. И единоверцы безуспешно пытались отвадить ее от этого страшилища, облик которого не мог не навести на мысль, что это если не сам сатана, то уж точно - один из его слуг.
Из-за этого Надежда уже вообще не могла понять, на чьей она стороне, и держалась где-то посередине, за широкой спиной Циклопа.
Когда люди Джедая развели соперников по сторонам, их командир принял соломоново решение. Он приказал молодым бойцам во главе с Юрой Шумиловым взять язычников и отправиться с ними вперед. А сам вместе с христианами отправился в путь только час спустя.
С ним вместе шли ветераны отряда, и кто-то из них заметил недовольно, что разбивать отряд, когда в лесу так неспокойно - это не лучший выход.
Но Джедай знал, что после большой облавы вряд ли можно ожидать нового появления зондеров. А лесных людей он не боялся. Может быть, потому что все еще не верил, что их споры, ссоры и мелкие стычки могут перерасти в настоящую войну.
42
Когда Хозяин получает ментальный ожог, вызванный фатальной несовместимостью с носителем, заметить это можно невооруженным глазом.
Телепатический глаз Хозяина как будто мертвеет и каменеет, и хотя цвет его практически не меняется, теплый бархатный черный тон сменяется холодной темнотой бездны - как будто во лбу носителя внезапно возникла маленькая черная дыра.
И сейчас, когда контрольный образец безвольно обмяк в толще воды, заполняющей аквариум, сгрудившиеся вокруг участники эксперимента напряженно вглядывались в очертания ромба, прорезавшего переносицу мальчика.
А за стенкой с односторонней прозрачностью перед компьютерным дисплеем точно так же напряженно ожидал результата благородный тан Тур Тамен Ава-руми.
Сидящие по бокам от него специалисты заверили помощника лидера Службы, что ждать придется недолго. Да он и сам это знал, поскольку загрузил необходимую информацию себе в мозг. С Хозяином в голове сделать это было нетрудно.
Тур Тамен Ава-руми знал, что на прощупывание мозга носителя Хозяину требуется не более 1/100 стандартных суток, если считать с того момента, когда телепатический глаз утвердится в костном ложе.
Кульминацию процесса трудно пропустить. Носитель, до сих пор пребывавший в эйфорическом состоянии, вдруг резко открывает блаженно зажмуренные глаза. И выражение этих глаз становится особенном, ни на что не похожим - так, что создается ощущение, будто носитель может просверлить взглядом любую преграду.
Именно в этот момент и следует ждать ментального ожога. Если же его не будет - значит, носитель принял Хозяина, и в ближайшие минуты сквозь покровы телепатического глаза проступят отблески внутреннего света.