Страница 37 из 46
- Вы хотите узнать слишком много, приложив к этому слишком мало усилий,- ответил Костя.
- А ежели я тебя прямо спрошу: кто поубивал этих девчонок в лесу, ежели не ты?
- Последнее предположение некорректно в принципе. Тен-таи никого не убивают, нам это запрещено. Но если вас интересует мое мнение, то убийцу надо искать среди тех, кто ждет вас внизу. Там есть парочка неплохих гипнотизеров, и без них в этом деле не обошлось.
- Ну, конечно! - воскликнул вдруг Греков,- Гипнотизеры. Те двое, которые приходили ко мне еще до похорон Снежаны. Главный террорист - один из них. А я все не мог понять, где видел его раньше.
- А второй? - спросил Костя.- Второго вы сегодня видели?
- Второй? Дайте вспомнить...
Вдруг лицо Грекова исказилось, он закрыл глаза и несколько раз несильно стукнулся затылком о стену.
- Второй и есть убийца,- пробормотал он глухим, непохожим на свой, голосом.- Я вспомнил. Я узнал его еще тогда. Они пришли, чтобы заставить меня устроить этот праздник. И заставили. Но я узнал его. А потом забыл. Забыл. Но сейчас вспомнил снова... Нет, я не видел его сегодня, среди террористов его не было.
- Значит, он либо на подхвате у Зарокова, либо где-то рядом с отелем. Например, вон в той толпе,- Костя махнул рукой в направлении окна, за которьм далеко внизу, оттесненная к краю площади группами оцепления, стояла толпа любопытных.
Короленко и Голубев обратили внимание только на первую часть Костиной фразы и одновременно произнесли с немалой долей удивления:
- У Зарокова?!
- Конечно. Зароков - лидер ордена инквизиторов. Летние убийства не всех убедили в существовании ордена и его силе - вот он и решил устроить Демонстрацию.
- А те убийства - действительно их рук дело? - поинтересовался Голубев.
- Не все. Зароков любит приписывать себе чужую славу, но организацию он сколотил не слабую. И если его не остановить, то дальше дела пойдут такие, что наше сегодняшнее приключение покажется детской игрой.
Яна Ружевич, которая молча сидела на полу у стены, перебирая пряди волос молодой грековской жены, положившей голову к ней на колени, вдруг промолвила, ни к кому, собственно, не обращаясь:
- А Уклюжий сейчас с кем-то трахается и в ус себе не дует...
- У Уклюжего нет усов,- возразил Данилов.- А тебя Коваль, кажется, предупреждал. Не послушалась его - пеняй на себя.
- Так что же, получается, все знали? - нервно спросил Короленко.
- Все, что мы знали, было передано Добродееву. Поздно, согласен. Но без конкретных сведений нас бы никто и слушать не стал. А такие сведения у нас появились за несколько минут до начала праздника.
- Вот за что я не люблю вас, пинкертонов - так это за манеру строить из себя самых крутых,- сказал Короленко.- Если у вас были подозрения, хоть сто раз неконкретные, надо было сразу сообщить о них нам, милиции. А не самим тут боевик устраивать. И не с Добродеевым болтать, тем более, что эти террористы давно его купили и продали.
- Да,- с сожалением согласился Греков.- Добродеев, похоже, работает на них.
- Или они его обработали,- заметил Данилов.- Гипноз - серьезная штука. Очень серьезная.
48
- Это он! Я его узнал!
Художник Денис Арцеулов добежал до милицейского оцепления в рекордно короткий срок - он даже не думал, что может так быстро бегать. И теперь он, с трудом переводя дыхание, бессвязно излагал свое открытие двум омоновцам, которые никак не могли понять, чего хочет от них этот запыхавшийся человек.
- М-аньяк... Санта-Клаус... Он только что увез отсюда девушку. На черных "Жигулях".
Омоновцам не было никакого дела до маньяка. Они замерзли, устали и хотели только одного - чтобы закончилась, наконец, эта заварушка в отеле и их распустили по домам.
Но реагировать как-то было надо, и один из омоновцев показал рукой в сторону мобильного штаба операции, где сгрудилась основная масса милицейских и пожарных машин:
- Там начальник. Подойдите к нему.
- Какой начальник?! - воскликнул Арцеулов.- Он же убьет девушку. Его надо остановить! Немедленно!
- Мы здесь на посту, поймите вы наконец. Подойдите к начальнику!
Странный тип, бормочущий какую-то несуразицу, уже начал действовать омоновцам на нервы.
Арцеулов, в свою очередь, понял, что от этих парней ему ничего не добиться, и пошел искать начальника. Но на полпути его остановил парнишка азиатского вида, который встревоженно спросил:
- Куда они поехали?
- По Новопарковой,- машинально ответил Арцеулов.
- Модель машины? Номер?
- "Шестерка", а 753 KB. А вы, собственно...
Фраза осталась незаконченной, поскольку азиат Потерял к художнику всякий интерес.
- Колян! - крикнул он куда-то в толпу.- Ленку увезли!
- Какую Ленку? Куда увезли? - спросил Коля Демин, выбираясь из толпы ему навстречу.
- Подругу Костика,- негидалец показал рукой на верхние этажи "Снежной Королевы".- Говорят, маньяк.
- Кто говорит? Какой маньяк? Куда ты меня тащишь?
Эти вопросы Коле приходилось задавать на бегу, потому что негидалец тянул его за руку к мотоциклам, одновременно ускоряясь, как спринтер после старта.
- Обыкновенный маньяк. Санта-Клаус называется. Какой-то тип его узнал. А я видел, как он с Ленкой разговаривал. Не тип, а маньяк.
Если бы Коля спал в предыдущую ночь и был трезв сейчас, то он, наверное, трижды подумал бы, прежде чем бросаться в погоню неизвестно за кем ради девчонки, с которой познакомился всего несколько часов назад. Да и не познакомился толком - болтал с ней все больше Народ Севера, а остальным эта Ленка была до лампочки.
Но в предыдущую ночь Коля караулил машины и мотоциклы вблизи места мессы Торжествующего Рассвета. Конечно, он мог бы и поспать за этим делом, но вместе с ним там была одна клевая девчонка, а Коля вовсе не считал обязательным хранить верность своей без пяти минут жене Оксане. Тем более, что жениться на ней он спешил по самой прозаической причине - потому что наличие несовершеннолетней жены и новорожденного ребенка даст ему гарантированную отсрочку от призыва в армию. А когда отсрочка кончится, придумается еще что-нибудь. Сама Оксана давно уже любила Юру Сажина больше, чем Колю. Сажин, в свою очередь, стремился отвести от себя подозрения в совращении малолетних, выдав Оксану замуж за Колю. Оксана не возражала, но и , верности от будущего мужа отнюдь не требовала (и сама таковую верность хранить не собиралась) - так что Коля со спокойной душой мог трахать малолетнюю подружку в чужой машине, пока беременная невеста пляшет в голом виде у священного костра.