Страница 36 из 71
Олаф избежал гибельного удара в последний момент. Пытаясь прикрыть своего воина, он на миг забыл, что в бою берсеркер не понимает, где свой, где чужой, и рубит всех подряд. Уходя из-под удара, десятник изогнулся не хуже кошки и резко отпрянул в сторону. Но он не успевал. Топор бесноватого легко смахнул непристегнутый шлем и чуть рассек лоб, но в горячке боя Олаф этого не заметил, хотя трудно не заметить отчаянно горящую от жгучего пота рану, заливающую глаза струйками крови.
С грохотом обрушились ворота, и на подворье ворвалась телега, запряженная парой лошадей. Трое воинов метнули в спину викингам дротики и с короткими мечами в руках кинулись на помощь своим, "серым". Те, построившись клином, бросились на прорыв и вскочили на телегу. Трое викингов, битые в спину, оседали на землю, и на пути к свободе у бывших узников были лишь берсеркер, забрызганный кровью, и десятник с залитым кровью лицом. Беглецы почти прорвались. Дружинники на крыльце уже хватались за луки, готовые метнуть гибельные стрелы.
С грохотом телега помчалась к воротам, но на пути лошадей встал Олаф. Он не был глупцом, ищущим смерти под копытами, в последний миг варяг отскочил в сторону. Но отскочил не просто так. Свистнул и описал пологую дугу меч, отсекая голову левой лошади. Телега с грохотом вылетела на улицу и врезалась в глинобитный забор. Подоспевшие дружинники уже бросились в копошащуюся кашу из людских и конских тел...
Олаф закашлялся и поспешил отхлебнуть глоток пива из стоящей перед ним кружки.
- А дальше? - требовательно бросил Винт, не сводя напряженного взгляда с варяга.
В ответ северянин лишь пожал плечами и на миг сделался виноватым:
- А что дальше? Ну, я в падении об ворота головой приложился, оклемался не сразу. А когда оклемался, так мне наши такое рассказали. Ну, дружинники в смысле... - Он помолчал и нехотя продолжил: - Эти твари не только нас и стражу усыпили. Сотника потом, после боя, зарезанным нашли. Еще раньше, до боя, он даже проснуться не успел. Умер без меча в руке, - викинг заскрежетал зубами, плохая смерть для воина. Он хоть в наших богов не верил, но я думаю, что такой воин должен был попасть в чертог к Вотану. А при такой смерти...
Олаф поднял кружку, и молча, не чокаясь, они с Ратибором помянули ушедших. Наконец викинг нехотя проговорил:
- Второй косоглазый, пока ребята беглецов ловили, ушел. Верченый, гад, оказался. Его Хельмут трижды топором чуть не достал, а он перекинулся через себя, что твой кот, и Хельмута поперек горла своим ножиком чиркнул. Еле жив парень. А косоглазому что, тут же через забор перемахнул - и ищи ветра в поле. Пленники все мертвы, спросить о нем некого...
Они вошли во двор, тела убитых уже лежали в сарае, следы крови на дворе были присыпаны свежим песком. Но все это могло обмануть только обычных людей. Еще на подходе к бывшей усадьбе Тверда ведьмак почуял смерть.
"Много крови начал брать Ашур, так много, что, пожалуй, скоро в каналах вместо грязной воды будет кровушка течь", - так думал Винт, проходя через выбитые ворота и шагая через двор. Но когда ведьмак увидел труп ночного убийцы, все мысли исчезли из его головы. Первым делом в глаза Ратибору бросились пальцы мертвеца, в момент смерти сжатые клювом. Пальцы, покрытые мозолями, пальцы, способные одним ударом пробить глиняную стенку или вырвать человеческое сердце.
Страшно исказилось лицо, но ведьмак помнил, где он видел лицо мертвеца. В голове сами собой всплыли уже слышанные слова: "Проводить дорогого гостя... Обед... а если какой-нибудь глупец или невежа осмелится... разъяснить..."
Винт стоял перед мертвецом, сильно ссутулившись, вся усталость последних дней словно легла на его плечи. Липкий пот приклеил к спине скомканный шелк рубахи. Медленно ведьмак снял с пояса флягу с родниковой водой и напился всласть. Только после этого он заговорил, обращаясь к Олафу и стоящим рядом с ним десятникам. Но, несмотря на глоток воды, голос Ратибора был сух:
- "Феникс"! Братья, эти убийцы из клана "Феникса"!...
ГЛАВА 11
В эту ночь они не зажигали костра, да и ночи еще не было. Неподвижной статуей замер Карим-Те, и лишь пальцы рук нганги вели загадочный танец, лепя из комка глины загадочных уродцев или зверей. С губ в ритме рваного, неровного дыхания срывались бессмысленные слова, и, повинуясь им, порывы яростного ветра стеблями трав хлестали по лицу нганги.
Еще днем вся пятерка почувствовала холод, странный холод, замораживающий кровь в жилах. Враг был рядом, и когда из моря трав к холму, где они спешились и уложили на землю коней, шагнули ряды умертвий, закованных в вороненую сталь призрачных доспехов, когда, соприкасаясь со спиралью взмывшего в небо черного вихря, падали на землю травы, только тогда сердца яростно погнали кровь по жилам, отгоняя могильный холод.
Стоя на холме в густых зарослях кустов с колючками в добрый палец, Рогволд взглянул на приближающуюся к ним орду нежити. Могильный холод истончил лики, превратив лица тех, кто когда-то был людьми, в клочья сизого тумана, из которого на миг проступали почти человеческие черты. Странно, рус стоял, не таясь, в полный рост, но строй умертвий, приблизившийся к холму почти вплотную, не стал перестраиваться, как бы не замечая Рогволда.
- Они идут не за нашими душами, - наконец проговорил Карим-Те. Сотворивший их ведет их на битву с иными врагами, а пятеро перепуганных купчиков на холме - для него не добыча. Пусть бегут расскажут всем о мощи магов Черного Вихря. Теперь, когда некромантов в Ашуре не осталось, новая легенда будет весьма кстати. Пусть лучше гончары или хлебопеки перешептываются по ночам, рассказывая друг другу о мощи магии повелителей могил. Недалек тот день, когда он вернется в Ашур, вернется, желая отомстить за свой орден, ставший горстью пыли стараниями пятерых пришельцев.
- Пятерых? - приподняла бровь Кетрин. - Вас ведь вроде было четверо. Или вы о той драной кошке, которой я маленько улучшила личико?
- Именно улучшила, - с готовностью подтвердил орк, проверяя, легко ли вынимается из ножен его ятаган. С "Равным" проводить такие проверки Урука отчего-то не тянуло. Проведя когтем по заточке изогнутого, утяжеленного лезвия, орк-мечник пару раз крутанул меч вокруг кисти, как бы проверяя баланс клинка. При этом он счел необходимым продолжить светский разговор с дамой: - И еще как улучшила! Она у тебя так засигала, грыжа полосатая! Из подземелья прямо на свой Авалон. Ну ничего, недельку синяки под глазами не порисует, так ей на пользу пойдет.