Страница 63 из 87
Профессор Франкенштейн низко склонился над столом, освещаемым яркой газовой лампой, и что-то препарировал. Около него лежала огромная раскрытая книга, где он тщательно делал пометки. Со своего места Вейлрет смог рассмотреть детальные зарисовки частей тела и коричневые пятна засохшей крови на бумаге.
Профессор Верн сидел на табуретке вдали от рабочего стола, покуривая трубку и устремив взгляд в пространство. Вокруг его бороды витали клубы серого табачного дыма, придавая изобретателю какой-то зыбкий вид. Верн повертел большими пальцами, уставившись на вошедших. Затем в некотором удивлении поднялся:
- Добро пожаловать, путешественники! Простите меня, я задумался.
Франкенштейн ненадолго оторвался от своего занятия, взглянул на пришельцев и снова вернулся к скальпелям и пилам.
Глаза Верна загорелись:
- У вас есть новости о шаре? Вейлрету стало неловко:
- Мы пришли посмотреть, как вы делаете одно за другим важные изобретения. Верн развел руками:
- Ну, как видите, мы с Виктором неплохо сработались. Можно сказать, друг друга дополняем.
Мы создаем машины, имитирующие деятельность живых существ. Причем он разбирается с принципами их, так сказать, устройства, а я создаю аппаратуру, основывающуюся на тех же самых принципах.
Верн поскреб бороду, потом положил курительную трубку на наклонную поверхность рабочего стола. Трубка покатилась, и Верн попытался поймать ее, но вместо желаемого предмета в руке у него осталась лишь пригоршня пепла. Профессор растерянно уставился на свою измазанную ладонь, потом снова уложил трубку на стол, на этот раз с величайшей осторожностью.
- Виктор, завтра напомни мне, чтобы я изобрел подставку для трубки.
Франкенштейн отозвался, не поднимая головы:
- Жюль, она у нас уже есть. Мы будем представлять ее на следующем собрании Патентного Бюро.
Верн был явно доволен собой:
- А ее уже пустили в массовое производство? Франкенштейн отрицательно мотнул головой:
- Нет, она же не является продуктом первой необходимости.
- Жаль. - Верн вздохнул. - Как вы понимаете, у нас на фабриках выпускается огромное количество товаров на основе последних изобретений и усовершенствований. Некоторые из них - результат наших с Виктором блестящих идей. Однако нас не всегда оценивают по достоинству. - Профессор принял застенчивый вид.
- Иногда у меня появляются идеи во время сна - кто-то, быть может ТОТ, то есть Скотт, приходит ко мне во сне и подкидывает их. Когда я просыпаюсь, его образ все еще стоит у меня перед глазами - он очень молод, рыж, и у него есть ВЕСНУШКИ, о Максвелл! Разве это слыхано, чтобы у ТОГО были веснушки!
Верн покачал головой:
- Хотя идеи у него неплохие, стоящие. Именно Скотт подал идею создания аэростата, на котором сейчас летят ваши друзья, и объяснил, как раздобыть газ легче воздуха, чтобы наполнить герметичную оболочку. Мы берем два электрода и опускаем в ванну с морской водой. В воде электрический заряд расщепляется на мельчайшие частицы, представляющие собой два вида газа, которые...
Он остановился, когда заметил, что Пэйнар ерзает, теряя последнее терпение.
- Да, кажется, я заговорился, не так ли?
- Я хотел бы предложить вам трудную задачу, будем считать, для испытания ваших талантов.
- Список наших изобретений говорит сам за себя, - отозвался Франкенштейн. - Мы не заинтересованы в испытаниях.
Верн поднял бровь:
- Минутку, Виктор. - Старый профессор повернулся к Пэйнару:
- А что именно вы хотите нам предложить?.
Пэйнар уставился на него пустыми глазницами:
- Я хочу, чтобы вы сделали мне новые глаза. Франкенштейн оторвался от своего занятия;
Верн вытащил трубку изо рта.
Пэйнар продолжал:
- Когда я взглянул на Призраков, РЕАЛЬНОСТЬ их существования выжгла мне глаза. Если меня так и будут водить за руку, как ребенка, я не смогу ничем помочь спасению Игроземья. Ради будущего нашего мира вы должны мне посодействовать.
- Это невозможно, - ответил Франкенштейн. - Глаз - сложнейший орган, напрямую связанный с мозгом. Нельзя создать механические глаза.
- Я ожидал такого ответа, - с горечью сказал Пэйнар. - Но дело в том, что у меня уже БЫЛИ искусственные глаза. Призраки сделали их для меня.
Вейлрет подал слепцу кожаную сумку, и тот подошел к столу, осторожно переступая через мусор на полу. Он высыпал из сумки пригоршню сверкающих линз. Их дребезжание напоминало бряцание многогранника, катящегося по столу.
- Мои глаза состояли вот из этого. Линзы были частями механизма, но приводились в действие с помощью магии. Я прекрасно видел. Можно ли устроить то же самое с помощью вашей хваленой техники, или магия многократно превосходит ее способности?
Верн озадаченно выпятил губу, а Франкенштейн поморщился:
- У нас не хватает времени закончить десятки разработок, которые мы уже начали. Кроме того, у нас много новых идей. Эти механические глаза принесут пользу только тебе, однако никому в Ситналте они не требуются. В изобретательстве полезность для масс еще важнее приоритета.
Бывший чистильщик смолк, не в силах подобрать нужные слова. Вейлрет решил высказать то, о чем думал Пэйнар:
- Мы предлагаем вам сделку. А еще вернее, мы собираемся отдать вам кое-что существенное.
Слепой успокоился и заговорил в пространство между Верном и Франкенштейном:
- Призраки прилетели ОТТУДА в Игроземье на огромном корабле, который они создали в своем воображении. Вейлрет тоже видел корабль и может подтвердить мои слова. Их корабль все еще в Игроземье. И я знаю, где он.
Пэйнар помолчал, давая возможность слушателям оценить смысл сказанного. Лица обоих профессоров выражали неподдельный интерес, на что и было рассчитано.
- Корабль, конечно, уже не летает, как прежде. Но сколько вы могли бы узнать нового и полезного для масс, разобравшись с его устройством? Вы могли бы спроектировать подобную машину и, быть может, спасти ситналтан. И если Игроземье все-таки исчезнет, вы сможете перенести всех людей в РЕАЛЬНОСТЬ. Не правда ли, это стоит пары человеческих глаз?
Франкенштейн и Верн несколько долгих мгновений смотрели друг на друга, их глаза неприкрыто горели от познавательного вожделения. Не говоря ни слова, профессор Верн снова зажег трубку и глубоко затянулся. Он задумался, Франкенштейн же принялся листать страницы своей огромной записной книжки, похожей на манускрипт Максвелла, проглядывая диаграммы и - рисунки. Он искал все, что касалось глаз, принципов зрения, законов оптики. Оба изобретателя возбужденно улыбались.