Страница 32 из 48
Она появилась за час до полуночи, когда мы уже утратили всякую надежду и хотели было идти на праздник одни. Судя по всему, она была в хорошем настроении, но, увидев нас, сразу посерьезнела.
- Где тебя носило? Ты что, забыла какой сегодня день?! - набросились мы на нее с упреками, на что она презрительно фыркнула и сказала:
- Ах, оставьте! Все я помню. Я же пришла. Так что не стоит устраивать эти людские истерики. Ладно, я пошла к себе. Мне нужно еще переодеться.
Оставив нас с отвисшими от изумления челюстями, она гордо удалилась. И мы впервые подумали, что она стала как-то отстраняться от нас.
Но чтобы обсуждать это не было времени. Мы должные были присутствовать на празднике. Зачем расстраивать людей? Кашин сдержала слово и тоже пришла. Но весь вечер создавалось впечатление, что душа ее витает где-то далеко отсюда.
Воспользовавшись тем, что собралось много народа, я подошла к ней и как можно осторожнее спросила:
- Кашин, что с тобой? В последнее время ты какая-то сама не своя.
- Со мной? - недоуменно переспросила она. - Со мной ничего. С чего ты взяла? - но в глазах ее промелькнула настороженность.
- Если что-то произошло, ты всегда можешь рассказать мне. Ведь мы как сестры! И у нас нет тайн друг от друга.
- Сестры? - мне показалось, или в ее голосе проскользнула насмешка? Не беспокойся обо мне, Ашана. Со мной все хорошо.
Бросив эти слова, она растворилась в толпе. Во мне зародились сомнения. Но, к сожалению, ни подтвердить, ни опровергнуть я их не могла.
Праздник подходил к концу, и наше присутствие уже не требовалось. Поэтому мы трое собрались в одном из залов, чтобы отпраздновать, так сказать, в узком семейном кругу. Там для нас уже был накрыт стол, с кучей всякого угощения.
Мы сели за стол в ожидании Баст. Это была наша маленькая традиция ужинать в этот день вчетвером. Но богиня что-то запаздывала. Время шло, и Кашин предложила выпить молодого вина. Эта идея показалась нам весьма заманчивой.
Вино было быстро разлито по бокалам, тост произнесен. Я сделала глоток и почти сразу почувствовала какой-то странный привкус, а потом услышала голос Нашут-Фета:
- Какой-то странный вкус у этого вина.
Я хотела что-то ответить ему, но моя голова внезапно стала невероятно тяжелой, глаза сами собой закрылись. Я услышала лязг стали, а потом в мои уши ворвался громогласный голос Баст:
- Остановись! - первый раз на моей памяти в нем звучал гнев.
Тут же в моей голове все прояснилось и я вскочила на ноги как ошпаренная. Окинув зал взглядом, я не сразу поверила в то, что увидела: Кашин стояла возле Нашут-Фета с занесенным мечом.
Он тоже очнулся и поспешил отскочить от нее подальше, а только потом позволил себе спросить:
- Что здесь происходит?
- Мне тоже хотелось бы это знать. Что ты задумала, Кашин? - сурово спросила Баст.
Вместо ответа ее лицо исказила гримаса жуткого гнева, от которой мне даже стало как-то не по себе.
- Так что заставило тебя опоить тех, кто считал тебя своей сестрой, кто долгие годы сражался с тобой бок о бок? Почему ты подняла на них оружие? - голос богини по-прежнему сохранял суровость.
- Я их ненавижу! - вскричала Кашин и, взмахнув мечом, кинулась на меня.
Мой меч сам собой прыгнул мне в руку. Инстинкт, отработанный веками, заставил меня отразить удар. Наши мечи скрестились.
- Остановись, что ты делаешь?! - пыталась воззвать я к Кашин. - Мы не должны сражаться друг с другом!
- Ты ничего не понимаешь! Ты никогда не поймешь! - говоря это, она продолжала с остервенением наносить удары.
- Ты что, забыла? Мы - Сейши-Кодар, у нас одна судьба!
- Замолчи! Я ненавижу тебя!
Мне невыносимо было слышать эти слова. Но бой продолжался. Я всегда была сильнее остальных во владении мечом. Поэтому через некоторое время мне удалось выбить оружие из рук Кашин. Острие моего меча было в миллиметре от ее горла. Но ей, похоже, было все равно. Устремив на меня испепеляющий взгляд, она сказала:
- Ну же, давай! Убей меня! Любимица Баст, исполни ее прихоть!
Я слышала ее слова, но до меня не доходил их смысл. Что она говорить? Никогда, никогда я не смогла бы убить ее! Впервые за долгие века в моих глазах блеснули слезы.
- Как трогательно! - зло произнесла Кашин, заметив слезы. - Ну же! Пролей мою кровь на алтарь своей богини!
- Кашин! - раздался громоподобный голос Баст, который обычно был таким добрым и ласковым. - Ты совершила страшное преступление, подняв оружие против своих названных брата и сестры. Этим самым ты показала, что недостойна быть одной из Сейши-Кодар. Поэтому, как ни тяжело мне это говорить, но я изгоняю тебя. В течение дня ты должна покинуть и мой храм, и мой город. Отныне они закрыты для тебя. Уходи.
В тот же миг Кашин вскрикнула. С ее предплечья исчез знак ока Ра, который мы все носили со дня посвящения. Взгляд ее снова заполыхал гневом, на грани ярости, и она бросила:
- Вот значит как? Такова твоя благодарность, богиня? Хорошо, я вас покидаю.
Бросив это, Кашин гордо зашагала к выходу. Она вся полыхала от ненависти.
- Кашин! - окликнула я ее тогда, и она нехотя обернулась. - Мы были сестрами. Мы клялись никогда не поднимать оружия друг против друга. Но если ты вернешься...
- Если ты вернешься, то мы будем вынуждены нарушить эту клятву. Поэтому забудь дорогу в Бубастис, - закончил за меня Нашут-Фет. - Иначе умрешь.
- Другого я от вас и не ожидала, жалкие прихвостни! - фыркнула Кашин и ушла.
А мы с Нашут-Фетом стояли и смотрели ей вслед, еще не до конца осознав реальность происходящего.
Так началась новая эра Сейши-Кодар. Нас стало двое. Что греха таить, нам не хватало Кашин, особенно первое время. Мы не чувствовали себя единым целым. Но, по негласному договору, мы никогда между собой не заговаривали о ней. И также не пытались узнать, что с ней стало. Нет, у меня появлялось такое желание, но я старалась его побороть. Что же касается Нашут-Фета, похоже, он вычеркнул имя Кашин из своей памяти. Хотя я частенько видела печаль в его глазах.
Но люди ни в городе, ни в храме ничего не знали о происшедшем. Мы решили, что это должно остаться между нами. Пусть думают, что Кашин исполняет волю Баст в дальних землях.