Страница 8 из 38
А по деревне продолжали ползти разные слухи. Будто появилась какая-то странная болезнь. Нет, летальных исходов не было, лишь бледность и слабость на несколько дней, а также провалы в памяти. И, что необычно, болезнь поражала в основном молодых мужчин и женщин, юношей и девушек, которые накануне были совершенно здоровы.
Однажды, покупая в деревне овес для лошадей, Саша услышала, как бабы судачат у колодца:
- Вон, Сашка пошла...
- Странная она, а ее постояльцы и того хуже...
- Вот-вот. Всегда такие важные и выглядят не по-нашему.
- Уж не от них ли хворь пошла?
- А ведь и правда! Хворь приключилась почти сражу же, как они появились...
- Точно, это чужаки во всем виноваты.
Когда Саша проходила мимо них, то услышала в свой адрес:
- Нечистая!
На что она презрительно фыркнула и сказала:
- Чем глупые слухи распускать, лучше бы за собой следили!
Ее невероятно возмутила вся эта болтовня, и она еле сдержалась, чтобы не сказать что покрепче.
Но дело этим не кончилось. Слухи росли и крепли. Наконец, страх в людях пересилил здравый смысл. Они решили прогнать тех, кого считали источником своих бед. Вооружившись кто чем и освещая себе дорогу факелами, они пришли к дому Саши. Это была безликая толпа, ослепленная злобой.
Но им не удалось застать обитателей дома врасплох. Еще днем Тишка прибежал к Саше и предупредил.
Узнав обо всем, она пошла к Менестрес, чтобы предупредить ее. Когда она вошла в ее комнату, Менестрес спала, но спустя миг, она уже сидела на кровати и смотрела на нее. Ее взор прояснялся прямо на глазах.
- Прости, что врываюсь, но, думаю, вам угрожает серьезная опасность.
- Что случилось?
- Деревенские обвиняют вас в той хвори, что поразила деревню. Злоба ослепила их. Если они узнают обо всем остальном...
- О чем это ты? - тут же спросила ее Менестрес, а затем добавила, Постой... Так ты знаешь, что мы...
- Таких как вы у нас называют упырями, - тихо ответила Саша.
- И давно ты догадалась? - спокойно, хотя и с некоторым удивлением спросила Менестрес.
- Почти сразу. Вы лишь делали вид, что ели, бодрствовали больше ночью, чем днем, а когда я заметила клыки и в деревне началась странная болезнь... Тут уж у меня не осталось сомнений.
- Но почему ты тогда не прогнала нас? Это было бы вполне объяснимо.
- Да, вначале у меня были подобные мысли, но вы вовсе не походили на кровожадных монстров. По правде сказать, вы оказались человечнее многих людей. К тому же рядом с вами я не чувствовала себя белой вороной. Но теперь вам не безопасно оставаться здесь. Злоба и суеверия ослепили людей. Уезжайте.
- Но что же будет с тобой?
Саша криво усмехнулась со словами:
- Мне нечего терять.
В этих словах было столько тоски и одиночества. Менестрес, пораженная этим, сказала:
- Нет, так дело не пойдет. Ты любезно приютила нас. Да к тому же ни чем не выдала нас. Я, да и все остальные, привязались к тебе, и никогда не простим себе, если вот так оставим тебя. Ведь это все из-за нас. Поехали с нами.
- Что?
- Я предлагаю тебе уехать с нами и не только, - голос Менестрес стал серьезен. - С первого дня я присматривалась к тебе. Такие как ты встречаются редко. В тебе есть воля и сила, которую ты сама еще не до конца осознаешь. И я предлагаю тебе стать одной из нас.
- Одной из вас? - переспросила Саша.
- Да. Стать вампиром. Ты относишься к тем, кому это по плечу. Верь мне, я знаю. Но не спеши, тщательно все обдумай. Я не требую немедленного ответа. Взвесь все плюсы и минусы. Ты будешь вечно молодой, как сейчас.
- Как это?
- Ты больше не состаришься ни на день. Посмотри на меня - я выгляжу не старше двадцати пяти, а ведь мне уже больше пяти с половиной тысяч лет.
- Не... не может быть!
- И, тем не менее, это так. Думаю, я старейшая из вампиров. Я - королева своего народа. И я предлагаю тебе пойти со мной. Ты станешь сильной. Я научу тебя всему. Ты не останешься без поддержки.
- Но мне придется пить кровь...
- Да, - согласно кивнула Менестрес. - У всего есть как положительные, так и отрицательные стороны. Еще тебе нужно будет опасаться солнечного света первые 100-200 лет. Оно в это время может даже убить тебя. Еще может убить отсечение головы и огонь, хотя последним убить сложнее. Ты должна знать это, чтобы принять верное решение. Не торопись. Сейчас ответь мне только - поедешь ты с нами? Оставаться здесь опасно. Обезумевшая толпа способна на все.
- Да, я поеду с вами, - твердо ответила Саша.
- Отлично. Тогда нам нужно торопиться.
- Я займусь лошадьми.
Сборы заняли мало времени. Но все равно, когда они закончили, уже начало темнеть.
Саша уже собрала свои нехитрые пожитки и как раз забирала из кузни оружие, когда увидела приближающуюся толпу с факелами. Они скоро должны были быть здесь. Саша понимала это, поэтому сказала Тихону, который все это время добросовестно помогал ей:
- Тишка, уходи как можно быстрее!
- Нет, я тебя не оставлю! - упрямо ответил он.
- Не глупи! Тебя не должны видеть со мной! Я уезжаю, а тебе здесь еще жить, - резко ответила Саша, но потом, смягчившись, добавила. - Ты стал совсем взрослым! И к тому же отличным кузнецом! Ты сможешь заменить меня. Забирай мою кузню и дом. Я оставляю их тебе. Если они, конечно, уцелеют.
- А как же ты?
- Обо мне не беспокойся. Я сумею за себя постоять. - Саша потрепала его по волосам. - А теперь беги домой. И обещай, что будешь держаться подальше от толпы!
- Хорошо, обещаю.
- Ну, а теперь беги.
Тишка вылез через окно и скрылся. Саша же вышла прямо к толпе. На секунду они застыли лицом к лицу, а потом послышались гневные выкрики:
- Нечистая! Это все из-за тебя и твоих дружков!
- Ты хочешь всех нас уморить!
Толпа ринулась было на Сашу, но та выхватила меч со словами:
- Стоять! Я не кому не желаю причинить вреда, но, клянусь, первый, кто подойдет - отведает моего меча!
Толпа остановилась в нерешительности. Но вот кто-то бросил камень в сторону Саши, затем другой, третий... Один из них почти попал в цель. Лоб Саши прорезала длинная царапина. Дальше так стоять было нельзя. Она подскочила к толпе и врезала первому попавшемуся рукоятью меча. Завязалась схватка. Она была одна против всех.