Страница 82 из 116
Сталин нелепо полагал, что не будь Маркса и Ленина с ихними разумными на первый взгляд, но в сущности античеловеческими и богоборчесиими учениями, то он, Джугашвили, с его гангстерскими замашками давно стал бы богатеем и боссом и катил бы сейчас по шикарной автостраде на собственном "Линкольне" с летящей впереди собакой, напевая во всю глотку "Сулиио" и поглаживая рукой в шоферской краге нежную коленку Любки Орловой.
Но Дьявол с известного времени прописан, проживал и проживает в нас самих. При сведении счетов с Дьяволом не надо забывать, гражданин Гуров, что вы - его самое близкое от вас местожительство. Не надо бегать с топором или другим каким-нибудь излюбленным вашим холодным оружием по улицам, кроя черепа и дурея от чужой, якобы очищающей вас крови.
У Сталина, как и у всех людей, без учета относительных трудностей их жизнеположений, была возможность не обращаться с мысленными проклятиями к Марксу и не ходить по ночам в мавзолей осыпать последними ругательствами Ленина. Если трудно было разобраться в себе самому и подвигнуться на раскаяние, очищение и возрождение, взял да вызвал бы в Кремль батюшку священника, а то и прошелся бы пешочком до любого уцелевшего от разрушения и открытого Божьего Храма, и там ему, ручаюсь, за полчаса самый неграмотный и неискушенный в богословских тонкостях батюшка поставил бы мозги на место, чтобы Разум пал на колени перед Душою, оскорбленной и убитой его участием в бунте против Жизни. Мог Сталин. И все могли. И, даст Бог когда-нибудь смогут. Жизнь заставит...
Но тогда не смогли, и вместо чувства общей вины всем даровавшего бы несомненно шанс на спасение от силы дьявольской идеи, получили возможность убить и посадит миллионы Дьяволовых, Дьявольфсонов, Дьяволидзе, Сатаняно~ Чертскаусисов, Роговых, Копытовых, Бескиных, Адовых, Муке адских, Нечистолукавских и прочих Преисподних.
Подмена обращения взгляда в себя взглядом, узревшим причину зла в соратниках, в начальстве, в соседе, закономерно сделала направленной энергию мести, сведения счета и сама собой определила структуру террора.
За пару дней до последнего ночного визита в мавзоле известный физик-разведчик докладывал Сталину о ходе ядерных исследований в лабораториях мира и страны. В который уж раз он старался популярно изложить лучшему другу советской науки физический принцип работы ядерной бомбы. Сталин вдруг вышел на середину кабинета и весело сказал: - Так значит это называется цепной реакцией? Мне она нравится! Мне она подходит! Я люблю, когда так называмый нейтрон налетает грудью на атом урана-238, взрывает его, а тот в свою очередь распадается и, главное, расщепляющихся ядер становится все больше и больше. Подобную цепную реакцию я поставлю на службу НКВД. Дайте физику орден Ленина за цепную реакцию!
Я ни черта не понял в этой реакции, но почуял: скоро начнем охоту. И не ошибся.
И вот оно - началось! И вот тогда до меня дошел физический смысл
открытия века! Началась реакция сверху. Через некоторое время,
поддержанная снизу обывателем, она усилилась и разгулялась вовсю.
Попадавшиеся кое-где честные люди были не в силах удержать от распада
в реакторе террора один, десять, сто, тысячу атомов ненависти,
накопившегося возмущения, мести, бессмысленной жажды крови, садизма и
карьеризма. Подлость расправ оправдывалась искренним убеждением, что
она необходима в борьбе с врагами того, что прежде называлось уютной,
спокойной и воистину свободной жизнью. Миллионы людей, хлебнув
"демократии высшего типа", естественно заблуждались, думая, что
вместо секретаря обкома в город въедет на белом коне благородный
губернатор, а за ним - полки благородных чиновников раз личных
ведомств, давших клятву содействовать благоустройству обывателя.
Тюрьмы и лагеря были переполнены. Подследственных держали в школах,
детсадах, детяслях, на стадионах и в товарных вагонах.
Один конструктор получил премию 50000 рублей за проект
следственно-судебного поезда. Поезд черно-белой полосатой каторжной
расцветки состоял из пятнадцати товарно-пассажирских вагонов.
Арестованный враг народа должен был пройти против хода поезда из
переднего товарного вагона в пассажиро-канцелярский, где на него
оформлялось дело. Затем - на остановке - судебный вагон. Стены
его раздвигались, и жители одного из российских городов следили по
замыслу молодого инженера за ходом короткого процесса. Стоянка
следственных поездов, по мнению Кагановича, должна была неуклонно
сокращаться, с тем, чтобы при коммунизме их вообще упразднить.
Выслушав приговор, враг народа обязан был публично спеть песню Ильича
и старых большевиков, дожидавшихся своей очереди в черно-белых
товарных вагонах: "Наш паровоз, лети вперед! В коммуне
остановка!" Затем в зависимости от приговора врага отправляли либо в
вагон-барак, либо в конечный вагон, который предполагалось назвать
"кончаловкой". Крематорий, работавший на дармовой энергии около
колесного генератора, принимал врага, расстрелянного при переходе
через вагон-выставку "20 лет побед и достижений". Пепел врага
развеивался, вылетая из поддувала, по обеим сторонам дороги. В
поезде имелаоь библиотека, кинозал, вагонпытка и вагон-ресторан. На
груди паровоза "Иосиф Сталин" конструктор уже видел устрашающий врага
афоризм "Был человек и нет человека". Под ним бронзовая подпись: И.
Сталин.
Каганович подарил этот проект вождю 21 декабря 1937 года на день
рождения. Сталин ознакомился с ним и сказал:
- Ты, Лазарь, самый глупый еврей из евреев, но инженер-то что думал? Может быть, нам теперь выпустить эскадру следственных самолетов с решетками на иллюминаторах Вы что, с ума сошли? Может быть, переделать "Аврору" в Бутырки?
Инженер этот был взят мною в поезде "Москва - Ялта" Дело его, не выходя из купе, я закончил за сутки. О сознался в том, что сделал провокационный проект следственного экспресса "Следэкс" по заданию польской разведки, желавшей восстановить мнение Запада против Сталина. На перроне в Ялте мы простились. На прощание я сказал: был человек и нет человека. После чего инженера увезли в ялтинские подвалы. Случившееся он воспринял, как воспринимают возмездие: крайне неприязненно и с большим удивлением. Вот как...