Страница 41 из 46
Глава 22
Вне Земли, мир Фрир Шардис,
день второй
В гигантской галерее царила тишина. Этот тороид, перечеркнутый с наружной, открытой морю и ветру стороны серебристыми штрихами колонн, обнимал основание Куу-Каппы тугим трехкилометровым кольцом, словно скрепляя в единое целое нагромождение жилых пузырей, цилиндров, овоидов и сфер, соединенных яркими полосками пандусов и спиральных спусков, пронизанных шахтами и транспортными колодцами. Сейчас вся эта громада будто бы замерла, застыла в почтительном ожидании: жилые модули, террасы канилли и песчаные пляжи были пусты, в море - ни паруса, ни всплеска от ластов прогулочных субмарин, каплевидные кабины лифтов опущены вниз, к первому ярусу. и лишь по прихотливо извивавшимся лентам городских улиц кое-где с торопливостью почуявших мед мурашей мчатся экипажи - тоже вниз, к просторной галерее, к терпеливо ожидающим толпам, к терминалам Большой Игры. Сжимая цепочку со Стражем, Скиф стоял перед одним из них - узкой щелью в стене, над которой мерцал круглый экран размером с блюдце. Эта внешняя стена, доходившая ему до груди, являлась скорее предохранительным парапетом; за ней галерея резко обрывалась вниз, к золотистому песку пляжей и пустынному морю, простиравшемуся до самого горизонта и дальше, до конца света. В галерее столпилось сейчас тысяч сто народу, участников Большой Игры, но места и приемных щелей хватало для всех - сзади по периферии гигантского кольца тянулись десятки балконов с такими же парапетами, усеянными круглыми экранными глазками. Но место у внешней стены считалось наиболее почетным, и Скиф был обязан подобной привилегией диону Чакаре, серадди Куу-Каппы. Сам Чакара, разумеется, тоже был рядом: со вчерашнего вечера он не покидал прелестницу Ксарин ни на секунду. Во всяком случае, в апартаментах, снятых Скифом, рыжая ночью не появилась, разыскав, вероятно, более мягкую постель. - Сейчас, - произнес Чакара, всматриваясь в розовое мерцание крохотного экранчика, - сейчас, моя дионна... Рыжая состроила ему глазки, и серадди тут же приобнял женщину за плечи, бросив на Скифа странный взгляд - не то виноватый, не то вызывающий. "Думает, что я ревную? - промелькнуло у Скифа в голове. - Эх, парень!.. Взял бы ты ее на две недели со всеми потрохами!" Он принялся соображать, насколько реальными были его надежды, но тут по галерее раскатился звучный глас: - Регистрация, дионы, регистрация! Просим подтвердить участие в игре! Пальцы прелестной Ксарин впились Скифу в предплечье. - Мне! Дайте мне! Я сама! Он передал ей свой серад-уул. Конечно, Стража не полагалось выпускать из рук, но тут случай был особый: все, когда-либо игравшие в Девять Сфер, регистрировались в памятных машинах с определенным первоначальным взносом - и немалым. Скиф не знал, каким образом Сингапуру, первопроходцу Фрир Шардиса, удалось влезть в общепланетный серад, но так или иначе он справился с этой проблемой. И теперь любой инструктор мог воспользоваться счетом Сингара нин Таба уко Иллы, весьма солидным накоплением, позволявшим участвовать в Большой Игре. Большей частью им пользовались, конечно, не инструкторы, а клиенты - как обязательной фирменной услугой, предоставляемой им в Шардисе. Выигрыш сверх первоначального взноса клиент мог потратить по своему усмотрению, проигрыш списывался в убыток фирмы. Пластинка Стража скользнула в приемную щель, и на экране вспыхнула надпись: "Сингар нин Таб уко Илла. Взнос 100 000 зафиксирован. Да будет милостив к тебе Твала, почтенный дион!" Затем цифры взноса всплыли к самому верху экранчика и застыли там, окруженные алым ореолом. - Все в порядке, - произнес серадди, скользнув по экранчику любопытным взором, словно хотел удостовериться, что Сингар и в самом деле Сингар с Приполярного края. Потом, улыбнувшись Ксарин и отцепив с массивного браслета уул, он повернулся к своему терминалу. Над галереей зазвучал торжественный мерный грохот литавр. Лоб Ксении оросился испариной, тонкие пальцы подрагивали, рыжая прядь выбилась из-под парика; охваченная азартом, она уже не строила глазки Чакаре, а на Скифа и вовсе не смотрела. Подметив, что серадди сосредоточенно возится у своей приемной щели, Скиф наклонился к розовому ушку клиентки и прошептал: - Парик! - Что? - Ксения раздраженно дернула плечом. - Поправьте ваш парик. Лишнее внимание нам ни к чему. - К черту! Не мешайте мне, кретин! Но парик она все же поправила. - Конец регистрации! - раскатилось над галереей. - Ваш выбор, дионы! Теперь уже и Чакара не глядел на свою пассию, а словно завороженный уставился в экран. Там появились и замерли столбиком девять букв, девять изящных синих иероглифов - олорто, унузу, уузуу, асара, елегемен, эйсэшэт, ийниил, юнью, яйя; потом медленно проплыло: "Сфера Шардиса. Делайте ваш выбор!" Ксения коснулась дрожащим пальцем "унузу", и знак полыхнул алым. Скосив глаза, Скиф заметил, что серадди выбрал ту же букву. Следующей, как и положено, объявили Сферу Фрира, и Ксения поставила на "елегемен". Чакара уко Экоб, посмотрев на ее экранчик, сделал то же самое. Сферы Первой и Второй Лун, Сфера Звезд, Сфера Небес - "юнью", "юнью", "унузу" и "елегемен". Серадди повторил комбинацию очаровательной Ксарин. Это становилось уже интересным! Последние три Сферы - Тверди, Вод и Воздуха - "асара", "эйсэшэт", "асара"... То же самое отмечено и на соседнем экране. "Благородство в нем, что ли, взыграло? - подумал Скиф, поглядывая на непроницаемую физиономию Чакары. - Выиграть так вместе, просадить - так тоже вместе! Или он думает, что рыжая из особых счастливиц? Желает прицепиться к чужой удаче?" Но, что бы там ни крутилось у серадди в голове, надежды его рухнули. Над галереей поплыл низкий рокочущий звук, означавший, что Девять Сфер в подземном хранилище Куу-Каппы начали свой стремительный разбег на месте, затем рокот оборвался, и на экране рядом с комбинацией Ксении вспыхнуло то, что выбрали бог и случай. Хоть рыжая была новичком, давнее поверье не оправдалось: Твала не явил ей свою милость. Как, впрочем, и Чакаре уко Экобу. Проигрыш означал потерю двадцатой части первоначального взноса, и число "100 000" в верхней части экранчика тут же сменилось на "95 000". При одном угаданном символе взнос возрастал на тысячу, при двух - на три тысячи, а далее начиналась сложная система пересчета, где учитывалось не только количество угаданных знаков, но и их расположение на Сферах. Вероятность же угадать все девять букв составляла одну пятисотмиллионную, и без помощи Твалы такой подвиг не сумел бы совершить никто. - Лучший результат - пять символов, - разнеслось над галереей. - Сферы Фрира, Первой Луны, Небес, Вод и Воздуха. Взнос удесятерен. Наши поздравления любимцу Твалы! - Согласно традиции, имя этого любимца до поры до времени не оглашалось. - О! - воскликнул Чакара, наморщив лоб. - Пять знаков, и один из них - на Сфере Фрира! Неплохой результат! А нам, прекрасная дионна, - он поглядел на свой экранчик, - не повезло. Скиф просвистел знакомый с детства мотивчик - "Не везет мне в карты, повезет в любви!" - не без удовольствия наблюдая, как рыжая прикусила губу. Литавры ударили вновь, начался второй тур, и на экранчике поплыли названия сфер - Твала, божество сиятельной удачи, предлагал еще раз испытать счастье. Теперь Скиф словно бы раздвоился: одним глазом следил за терминалом рыжей, другой не спускал со смуглого красавца-серадди. Чакара уко Экоб, вероятно, решил быть рыцарем до конца: снова набрал ту же комбинацию, что и Ксения. И снова проиграл. В ближайшие три часа стервоза спустила почти все. В двадцати попытках ей удалось трижды угадать одну букву, да и то на Сферах Тверди и Вод; таким образом, первоначальный счет уменьшился до восемнадцати тысяч. У рыцаря Чакары, который следовал за дамой, словно лисий хвост за лисой, дела обстояли точно так же. Грохнул удар гонга - сигнал получасового перерыва. Большинство играющих проводили антракт тут же, на галерее, обмениваясь впечатлениями, поглощая прохладительное и сладкий крем двадцати сортов, напомнивший Скифу земное мороженое. Сладкого он не любил, а потому ограничился бокалом шипучки с едва заметным привкусом фруктов. Что касается рыжей и ее кавалера, то они налегли на холодный крем и легкое вино. День был жаркий, яркие лучи солнца заливали открытую галерею, и Ксения то и дело стирала со лба пот тонким кружевным платочком. Из-под ее парика снова выбился рыжий локон, но на это как будто бы не обращали внимания - даже серадди. Он меланхолично прихлебывал вино и, казалось, был совсем не огорчен проигрышем. Может быть, разочарован - но и только. - Сегодня Твала не склонен осчастливить нас, - сказал он, подливая зеленоватую искрящуюся жидкость в бокал Ксарин. - Возможно, потому, прекрасная дионна, что вы играете с чужим уулом, и бог не знает, кому даровать удачу - вам или диону Сингару. - Но правилами это не запрещается? - спросила Ксения, нервно дернув уголком рта. - Не запрещается, да. Однако и не поощряется! Есть поверье, что играющий с чужим уулом неугоден Твале. Во всяком случае, не помню, чтоб кому-нибудь из них повезло... А ведь я, моя дионна, - серадди Куу-Каппы! Я могу просмотреть все результаты в своих памятных машинах перед тем, как они будут отправлены в центральный серад. Похоже, этот парень приставлен к местной компьютерной сети, решил Скиф, с интересом прислушиваясь к беседе. Странно! Зачем такому информированному и опытному человеку дублировать комбинации рыжей? Или он надеялся, что счастье улыбается новичкам? Чечако, как говорит шеф? - Сделайте попытку с собственным уулом, - продолжал тем временем Чакара. Бог удачи благоволит красивым женщинам, и вы, возможно... - Счет моего уула почти пуст, - перебила его Ксения. - Все мои средства у Сингара. Он... он... - Женщина замялась, потом глаза ее насмешливо блеснули. - Он что-то вроде моего денежного ящика. Ходячий сейф, понимаете? Мешок с деньгами на двух ногах и с бычьей шеей, чтобы подвесить вот это! - Она покосилась на приемную щель, из которой свисала цепочка Стража. "Ну и гадюка!" - в сотый раз подумал Скиф. Впрочем, шпильки рыжей его не задевали; он больше опасался остаться с ней наедине. Она, конечно, замыслила новую атаку - опять начнет расспрашивать про шефа да тянуть в постель... Неприятный получается секс-кекс! С тухлинкой! Скиф, однако, почти придумал, как заморочить рыжей голову, и надеялся постельных игрищ избежать. - Коль ваши средства у диона Сингара, то почему бы ему не попытать счастья? - рассудительно заметил серадди. - Правда, если ему повезет, вы сможете воспользоваться лишь деньгами, но не даруемыми выигрышем почестями. Счастье и слава - увы! - будут принадлежать вашему ходячему сейфу! - Он с тонкой улыбкой покосился на Скифа. Прелестная Ксарин передернула плечами. - К черту почести! И деньги тоже! Я хочу выиграть. Сама' - Сферы будут вращаться еще двенадцать дней, моя дионна. Вы сможете сделать сотни попыток, возобновляя свой начальный взнос... В том-то и дело - возобновляя! Не каждый может позволить себе проиграть за раз сто или двести тысяч... А у нас с вами осталось по восемнадцати. - Чакара, словно желая убедиться в этом, посмотрел на свой экран. - Быть может, дион Сингар увеличит этот счет? Скиф кивнул. - Я готов попытаться. Как ни крути, фирма несла убытки, что вряд ли понравилось бы шефу. Не растранжирь накопленное Сингапуром, предупреждал он, и Скиф собирался вьщолнить хотя бы это распоряжение. Конечно, если рыжая стервоза подпустит его к экрану. Ксения, презрительно фыркнув, ткнула пальцем в круглый розовый глазок. - Ну, готов так готов! Пусть попробует! Случается, и сейфам везет! Будет она поминать этот сейф до второго пришествия, подумалось Скифу. Вслух же он произнес: - Случается. В конце концов, женщины опустошают сейфы; наполнять их - дело мужчин. Чакара искренне восхитился: - Какая мудрая мысль! И столь изящно выраженная! Скажите, дион Сингар, так говорят у вас, в Приполярном Крае? Скиф молча кивнул. На самом деле "мудрая мысль" принадлежала его бывшему комбату и речь в ней шла не о сейфах и женщинах, а о кошельках и проклятых бабах. Впрочем, суть от этого не менялась. Раскатился удар гонга, торжественно прозвучали литавры, и он шагнул к экранчику. Чакара, казалось, не горел желанием повторить эксперимент; теперь он пристроился у Скифа за спиной, рядом с прелестницей Ксарин, явно собираясь понаблюдать за его поединком с Девятью Сферами. Либо он не верил в удачу денежного мешка своей пассии, либо желал убедиться в том собственными глазами. - Ваш выбор, дионы! - вновь раскатилось по галерее, и на экранчике, справа от столбика иероглифов, возникла надпись: "Сфера Шардиса. Делайте ваш выбор!" Скиф протянул руку. Палец его скользил в сантиметре над синей башенкой причудливых буквиц, сердце билось ровно, и никаких позывов к волнительной дрожи он не чувствовал. Азартные игры не интересовали его в принципе, и хотя в подольской казарме он не отказывался составить партию в домино, но играл без охоты, просто стучал костяшками по столу. Быть может, подобное равнодушие объяснялось тем, что в спецназовском батальоне сама жизнь была игрой, смертельной и, уж во всяком случае, небезопасной. Но тут выручал Харана. Палец скользил все ниже. Олорто, унузу, уузуу, асара, елегемен, эйсэшэт... - Эйсэшэт! - подсказала прелестная Ксарин. Голос ее дрожал от волнения. "Шайкал с ним, пусть будет эйсэшэт!" - решил Скиф и потянулся к синему иероглифу, но тут же отвел палец. В виске чуть заметно стрельнуло - совсем не так, как в те таинственные мгновения, когда Харана, бог с жалом змеи, предупреждал его о предстоящих бедах. Но сигнал был послан и воспринят! Несомненный признак того, что "эйсэшэт" выбирать не стоило! Теперь Скиф ощутил, как на лбу выступает испарина. Это было что-то новенькое! Ему никогда не приходило в голову использовать свой талант в бескровной игре со случаем и удачей. С другой стороны, если предвидение дайнджера защищало от пуль и ножа, то разве не могло оно спасти и от иных неприятностей? Например, от проигрыша? Для пробы Скиф потянулся к иероглифу "ийниил", и в виске опять кольнуло. Теперь он медленно повел пальцем над столбиком букв, прислушиваясь к своим ощущениям. Не "олорто", не "унузу", не "уузуу"... В виске будто подрагивала невесомая, микронной толщины игла. Не "асара", не "елегемен", и разумеется, не уже испробованные "эйсэшэт" и "ийниил"..: "Юнью"! Несомненно, "юныо"! Он коснулся символа, и тот вспыхнул алым светом. - Сейф, он сейф и есть, - прошипела Ксения за его спиной. - Надо было выбрать "эйсэшэт", дубина! - То было бы ваше решение, дионна, а не его, - мягко возразил Чакара. Согласитесь, что попытка оседлать удачу - процедура весьма интимная и тонкая, где чужое вмешательство неуместно. Это как соитие двух влюбленных... экстаз, полет, восторг слияния с божеством... тайна, покров с которой дозволено приподнять лишь двоим - самой судьбе и ее избраннику... Красиво излагает, подумал Скиф, выбирая на Сфере Фрира символ "унузу". Для обеих лун он пометил "олорто", затем, желая проверить новую свою способность, нарочно сделал две ошибки. Ничего ужасного не случилось: тонкая игла по-прежнему колола висок, но особых неудобств или страданий он не испытывал. Если Харана и руководил им в этот миг, то лишь мягко подсказывая и направляя, но никак не разражаясь громом божественных повелений. Последние три символа - для Сфер Тверди, Вод и Воздуха - вспыхнули под его пальцами алым огнем. Зарокотало. Низкий мерный гул подчеркивал торжественности момента. Мужчины и женщины в воздушных ярких одеяниях застыли у своих терминалов, точно паломники, приникшие к святым алтарям в ожидании чуда. Каждый рассчитывал узреть светлый лик божества удачи, каждый надеялся, что рука Твалы коснется его благословляющим прикосновением, каждому казалось, что именно он, единственный и неповторимый божий агнец, достоин высшей милости. Но агнцов имелось великое множество, а Твала, распределявший свои дары в полном соответствии с вероятностными законами, был весьма скуп. Рокот смолк, и редкие ликующие крики растворились в океане разочарованных вздохов. - Лучший результат - семь символов, - объявил раскатистый глас. - Сферы Шардиса, Фрира, Первой и Второй Лун, Тверди, Вод и Воздуха. Взнос увеличивается стократно. Великолепный результат! Наилучший за сегодняшний день! Наши поздравления любимцу Твалы! Да будет он столь же удачлив в делах правления, и пусть отблеск милости, явленной ему, ляжет на всех нас! Чакара уко Экоб подтолкнул Скифа к экранчику, на котором стремительно росли цифры выигрыша. - Поздравляю, дион! Поздравляю и признаюсь, что вы поразили меня! Я уже думал... - Тут он смолк, еще плотнее притиснул Скифа к розовому победному глазку и прошептал: - Не надо, чтоб видели остальные... Люди завистливы, мой дион... а вы теперь можете править архипелагом... любым, на выбор! Скиф, слегка потрясенный, раскрыл рот и вымолвил: - Сомневаюсь, любезный Чакара. Правление - дело мудрых, а не удачливых. - Пфа! - Серадди небрежно повел рукой. ~ Кому нужен мудрец, которому не сопутствует удача? Такой человек скорее опасен, чем полезен... - Он пристально взглянул на Скифа и, поколебавшись, произнес: - Кстати, вы можете звать меня Чаком. Слишком короткое имя и небрежное... походит на кличку посыльной птицы... Но так называл меня один из прежних друзей... тоже очень удачливый человек, которого я буду помнить, пока Фрир сияет над Мировьм океаном. - Польщен доверием. - Скиф пожал руку новообретенному приятелю и тут же почувствовал, как под ребра врезался небольшой, но крепкий кулачок. Прелестная гадюка Ксарин не любила, чтоб о ней надолго забывали. Он повернулся к ней, оглядел покрасневшее лицо женщины, небрежно скользнул взглядом по алмазной подвеске и полуобнаженной груди, по рыжему локону, свисавшему на лоб, и с неприкрытой иронией протянул: - Сейф к вашим услугам, дионна. И пусть Твала оплюет меня, если вы ухитритесь пустить на ветер все его милости! - Он постучал согнутым пальцем по экрану, по окруженным алым ореолом цифрам выигрыша, и усмехнулся: - Играйте! Случается, и рыжим везет! Против ожидания, она не обиделась и не ответила колкостью. Совсем наоборот! Ее зеленые глаза вдруг сделались искусительно-томными, маленькие ровные зубки ослепительно блеснули, багровый румянец раздражения сполз со щек, кулачки разжались, и теплая ладошка легла на локоть Скифа. "Вот я уже не сейф и не кретин, - подумалось ему. - Женщины любят победителей! А стервы в особенности!" - Так что же, продолжим игру? - Освободившись от цепкой ручки, он легонько подтолкнул Ксению к терминалу. - Нет-нет! - Чакара, приятель Чак, выдернул из щели пластинку уула, и экран погас. - Сегодня ни в коем случае! Нельзя дважды испытывать божественное терпение... Особенно вам, дион Сингар! Не растратьте сейчас свою удачу в попытках достигнуть большего, и завтра Твала, быть может, пошлет вам восемь знаков своего благоволения... или даже девять, кто знает? Скиф покосился в сторону клиентки и, когда она кивнула - с видом рабовладелицы, дозволяющей невольнику слегка перевести дух, - повесил Страж на шею. Ксения, еще раз окинув его хозяйским взором, взяла обоих мужчин под руки и поинтересовалась: - Ну, так чем мы займемся теперь? Чак потер жемчужинки в ноздре, бросил взгляд на солнце. - Вскоре Сферы остановят. Затем программа такова: дневная трапеза, развлечения, вечерняя трапеза. Ну и... г-м-м... ночь! - Он весьма откровенно усмехнулся прелестной Ксарин, но она будто бы не поняла намека. - С трапезами все ясно. Меня интересуют развлечения! Что вы можете предложить бедной проигравшейся женщине? Чакара отвесил шутливый поклон. - Все что угодно, моя дионна, все что угодно! Катание на яхтах, осмотр подводных коралловых лесов, гонки посыльных птиц, ванну, полную шипучего вина, и массаж с целебными мазями, карнавал масок - он состоится ближе к вечеру в канилли "Две Луны" на шестидесятом ярусе... Еще мы можем пить вино, танцевать, купаться или выйти в море на субмарине, поискать жемчужные раковины. - К дьяволу яхты, леса и птичек! - Ксения энергично повлекла мужчин к лифтам. - Ванна, массаж и карнавал - это уже интереснее... гораздо интереснее... Жемчуг - тоже... Но к чему нам искать его под водой? Да еще на субмарине... Я видела такие ожерелья в лавочках сорок третьего уровня... - Она восторженно закатила глаза. - Вот где можно провести время с пользой и толком! Должна же я утешиться, в конце концов! Она утешалась около часа, перебирая груды великолепных шардисских жемчугов, разглядывая шкатулочки, инкрустированные перламутром, веера и резные браслеты из драгоценной кости, перстни с камнями, похожими на птичий глаз, украшения для ноздрей, ушей, век, лба, губ, запястий, щиколоток - словом, для любой части тела, к которой можно было прицепить что-то блестящее и дорогое. Скиф и дружище Чак провели это время у стойки кабачка напротив ювелирной лавки, заглядывая в нее, когда рыжей требовались их советы. В один из периодов отдохновения Чак сказал: - Этим вечером вам и мне надо бы ускользнуть от дионны Ксарин. Ненадолго... вот настолько! - Он отмерил ногтем миллиметр на краешке своего бокала. - Я думал, у вас и мысли нет ускользать от дионны Ксарин, особенно ночью, - с надеждой вымолвил Скиф. - Боюсь, сегодня она предпочтет вас, победитель. - Чак усмехнулся. - Но это, в конце концов, пустяки, ерунда... Я же хочу отвести вас в храм Твалы, дион Сингар. Такова традиция, знаете ли... Мой друг - тот, удачник - тоже побывал там со мной. В ответ на пристальный, взгляд серадди Скиф кивнул. - Да, ваш друг... Тот, которого вы будете помнить, пока Фрир сияет над Мировым океаном. - Он самый. Они помолчали, затем Скиф произнес: - Дионна Ксарин - очень энергичная женщина и не любит спать одна. Просто не представляю... - Он в раздумье потер висок. - Пфа! Что за проблемы, дион Сингар! Беготня по лавкам, много танцев, немного любви и капельку вина... бьортери с островов Теплого Течения... Не доводилось пробовать? Глотаешь, будто свежий ветер с гор, а потом... - Чак с улыбкой опрокинул свой пустой бокал. - А здесь оно есть? В этом заведении? - Всенепременно, друг мой. На Куу-Каппе есть все! Скиф поднялся и, подзывая хозяина кабачка, грохнул по стойке кулаком. - Эй, почтенный дион! Бьортери! Десять... нет, двадцать бутылок! По этому адресу! Он протянул над стойкой пластинку Стража.