Страница 14 из 15
Василий с трудом пошевелил рукой:
— Егор Трофимович, не могли бы вы оставить нас ненадолго наедине? Я должен задать ему один вопрос.
— Вообще-то не положено, — пробурчал Столбовой, — ну да ладно. Только недолго. C этими словами он ловко надел на Осипова наручники. Тот даже не сопротивлялся.
Когда остальные вышли в прихожую, Дубов поманил задержанного к себе.
— Я знаю, что ты действовал не от себя, — с трудом шевеля губами, проговорил детектив. — Скажи мне, кто тебя послал?
Осипов молчал.
— Я похлопочу, чтобы тебя как исполнителя судили не слишком строго. Только ответь мне — кто?
— Я не знаю, как его звать, — после долгого молчания промолвил задержанный. — Знаю только, где он живет.
— И где же?
— Московская девять, квартира двадцать пять, — после некоторых колебаний ответил Осипов.
— Спасибо, — чуть слышно прошептал Василий.
Когда входная дверь захлопнулась, в комнату вошли доктор и Паша Матвеев.
— Ну как, Вася, уже лучше? — спросил Павел.
— Спасибо, Паша, немножко лучше, — Василий попытался улыбнуться. Владлен Серапионыч, я смогу встать?
— Вообще-то вам, голубчик, надо бы нынче полежать в постельке, вздохнул доктор. — Да разве вас удержишь?
— Доктор, мне нужно подняться как можно скорее, — твердо заявил Дубов. — Сделайте что-нибудь, умоляю вас! Вы и не представляете, как это важно…
Серапионыч неодобрительно покачал головой:
— Вот неугомонный! Ну ладно, сделаю вам укольчик, часок полежите и тогда уж можете вставать. Такой вариант вас устроит?
— A можно через полчаса? — попытался поторговаться Василий.
— Через час, и ни минутой раньше! — сурово ответил Серапионыч и полез в свой докторский чемоданчик.
Дубов, Серапионыч и Паша Матвеев в нерешительности топтались перед дверью.
— А это точно здесь? — на всякий случай переспросил доктор. Василий вытащил из кармана бумажку:
— Тот самый адрес, что мне сказал Осипов. Московская девять, квартира двадцать пять.
— А если он просто ввел нас в заблуждение? — предположил Паша. Например, сказал первый попавшийся адрес. Или такой, где заведомо никого нет дома.
— Для чего? — удивился детектив.
— Ну, мало ли, — пожал плечами Паша. — Например, чтобы протянуть время. Пока мы будем искать неизвестно что, настоящие сообщники успеют что-то предпринять.
— Возможно, и так, — не стал спорить Дубов. — Но раз уж мы здесь, так не убираться же восвояси? — И он решительно нажал на кнопку звонка. За дверью послышались шаркающие шаги.
Попросив своих спутников отойти чуть в сторонку, Василий встал прямо перед дверью. Точнее, перед самым дверным глазком.
Дверь приоткрылась, и Дубов, к немалому удивлению, увидал бизнес-центровского вахтера Родионыча. Хозяин же появлению Дубова ничуть не удивился:
— Василий Николаич! Вот уж спасибо, что навестили хворого. Да вы заходите, заходите!
— А я и доктора с собой привел, — подхватил сыщик, вслед за радушным хозяином проходя в квартиру.
— Что еще за доктор? — удивился Родионыч.
— Некто Владлен Серапионыч, — ответил Дубов. — Очень хороший доктор, заведует моргом, но вообще-то специалист широкого профиля…
— Что это значит?.. — упавшим голосом произнес хозяин, но гость уже крикнул в приоткрытую входную дверь:
— Заходите, господа, не стесняйтесь!
— Кто они такие? — резко спросил Родионыч, когда доктор и Паша появились в прихожей.
— Мои друзья, — ответил Василий. — Им я обязан своим счастливым спасением. — Детектив замолк, как бы ожидая расспросов хозяина о счастливом спасении, но не дождавшись, продолжал: — Может быть, уважаемый Родионыч, вы все же пригласите нас в комнату? Не стоять же в прихожей.
— Да, проходите, пожалуйста, — справившись с минутным волнением, произнес Родионыч, и Дубов со спутниками оказались в скромно, но аккуратно обставленной комнате, где жил ничем не примечательный вахтер из Бизнес-Центра.
— Присаживайтесь, господа, — пригласил хозяин, и гости расселись кто куда. Сам же Родионыч остался стоять, зыркая на пришельцев маленькими злыми глазками. Так как гости хранили молчание, иначе говоря, «держали паузу», то первым заговорил хозяин:
— Благодарю, что навестили. Но откуда у вас мой адрес?
Василий обаятельно улыбнулся:
— А, пустяки. Я же все-таки сыщик, хоть и частный. Ну а вообще-то мне его дал некто Михаил Осипов.
— Не знаю такого, — отрезал Родионыч.
— Очень любезный молодой человек, — благодушно продолжал Дубов. Правда, он пытался отравить меня газом в моем же собственном туалете… — И вдруг детектив картинно ударил себя ладонью по лбу: — Ах, ну какой же я болван!
— Не вы один, — утешил его Владлен Серапионыч. — А в чем, собственно, дело?
— Помните, любезнейший Родионыч, когда несколько дней тому назад у нас в Бизнес-Центре случилась авария, — продолжал Василий, небрежно закинув ногу на ногу, — и вы высказались в том смысле, что «весь сортир замочило»? Я уже тогда должен был бы обратить внимание на такой милый оборот речи, но, конечно же, прошляпил.
— Он? — резко обернувшись к Василию, вполголоса спросил Паша. Дубов кивнул.
— Да, за тридцать лет наука ушла далеко вперед, — заметил детектив. Письма с угрозами теперь пишут не от руки, а на компьютере, а людей убивают не ножом, а удушающим газом. Так сказать, маленький Освенцим с доставкой на дом. Кстати, Родионыч, я вам, кажется, забыл представить этого молодого человека — Павел Владимирович Матвеев, сын покойного доктора Матвеева. Хотя вы, конечно, скажете, что впервые о таком слышите.
— Гаденыш! — не выдержал Родионыч. — Надо было всю вашу жидовскую семейку замочить, чтобы и следа не осталось.
— Стоять! — гаркнул Дубов, заметив, что хозяин медленно, бочком, пробирается к двери. — Учтите, отсюда у вас только два пути. Либо вы едете с нами в милицию, где подробно, без утайки расскажете обо всех ваших славных делах за последние три десятка лет, либо… — Василий подошел к полке и стал внимательно разглядывать корешки книг.
— Либо что? — не выдержал Родионыч.
— Либо вы прямиком отправитесь в заведение Владлена Серапионыча. Надеюсь, доктор обслужит вас по высшему разряду.
— С превеликим удовольствием, — кивнул доктор.
Родионыч молча стоял посреди комнаты, как бы прикидывая, какой из вариантов ему более приемлем. И наконец решительно произнес:
— Едем!
— Ну что ж, Родионыч, я считал вас разумно мыслящим человеком, удовлетворенно кивнул Дубов, — и сохраняю это мнение даже теперь. Десять минут на сборы вам хватит?
— Позвольте мне перед уходом сходить в туалет, — неожиданно попросил Родионыч.
— Идите, — разрешил Василий. — Но с одним условием — дверь изнутри не запирать. Не беспокойтесь, — усмехнулся детектив, — «мочить в сортире» мы вас не будем. Не так воспитаны.
Бросив на всех троих быстрый взгляд, Родионыч медленно, шаркающей походкой, отправился в туалет.
— Василий Николаич, а вы уверены, что из милиции его тут же не отпустят домой? — вполголоса спросил Паша.
— Как бы ни было, я этого дела не оставлю, — уверенно заявил Дубов. Не сомневаюсь, что живы многие, кто все эти годы в том или ином качестве с ним соприкасался. Я найду способ усадить этого подонка на скамью подсудимых. И, возможно, не его одного.
— Так сказать, маленький Кислоярский нюрнберг, — усмехнулся доктор.
— Жаль только, что на свободе останутся те, кто подпустил «красного петушка» под жилище краеведа Чернявского, — погрустнел Василий, — и те, кто убил Иваненко. И еще многие, многие другие… — Детектив посмотрел на часы. — Что-то наш Родионыч задерживается.
— Запор, вызванный нервным стрессом, — выдал диагноз доктор Серапионыч. — А может, понос.
— Эй, Родионыч, вы там живы? — крикнул Дубов. Не получив ответа, Василий подошел к дверям уборной и вежливо постучал — с тем же успехом.
Выждав еще минутку, Дубов распахнул дверь. Родионыч медленно раскачивался на крюке лампы на собственных подтяжках, а на полу, между ванной и унитазом, желтела небольшая лужа.