Страница 37 из 163
А между тем на него шпарят прожекторы с колосников и из-за кулис, да еще какой-то рефлектор поставлен "для подсветки", и все эти приборы постепенно накаляются, а бедняги осветители должны орудовать ими, не отнимая рук. Подчас никак не удается добраться лучом до какого-нибудь угла на сцене, или получаются тени, которые у осветителей носят название "пугал", или сцена освещена скучно, как классная комната; режиссер хотел бы с помощью света творить чудеса, но у осветителя не осталось ни одного свободного кабеля... Включено уже десять тысяч свечей, а режиссеру все мало, все еще не тот эффект. И старательный осветитель готов светить собственными глазами и пальцами, лишь бы угодить режиссеру; он пробует смешать свет всех цветов, тянет кабели через всю сцену, включает и выключает все рубильники, гоняет свою команду то в ложу, то в оркестр, то на колосники. Еще какойнибудь рефлектор, попробуем еще одну вариацию!
И вдруг - стоп!
- Теперь хорошо! - кричит режиссер.- Запишите быстренько! - И осветитель записывает нетвердой рукой: "Когда Выдра станет на II то на 1/2 оранж реф III крас на выдру жел софит рампа О верх желт 3 выключать как зайдет луна рубильник" и т. д. Но все это ни к чему. Замечательный световой эффект никогда не удается повторить. В театре всегда что-нибудь не вытанцовывается, хоть тресни. А осветительная техника, говорю вам, у нас находится еще в колыбели.
О режиссере и заведующем постановочной частью (он же художник-постановщик) мы уже говорили, остается, стало быть, мастер сцены.
МАСТЕР СЦЕНЫ
Он властитель столярки, декорационной мастерской и складов. Ему художник отдает эскизы: вот, мол, раб божий, сделай как-нибудь из досок и крашеного полотна. Легко сказать! На бумаге-то нарисовать можно что угодно, а вот чтобы оно держалось - это не так просто. Поэтому мастер сцены всегда кричит: "Мать честная, не выйдет!" и "Мать честная, откуда же взять время?" В конце концов оказывается, что все выходит и даже времени хватает. Каким образом уму непостижимо, но в театре всегда имеешь дело с невероятным.
Итак, театральные декорации состоят:
1. Из "практикаблей", то есть разных ступенек, лесенок, пьедесталов, помостов и подставок, из "двадцаток" и "пятидесяток", разборных лесов и всяких других приспособлений, которые в целом называются объемным оборудованием сцены.
2. Из задников и "горизонтов" - это те громадные полотна, что висят в глубине сцены.
3. Из "стояков", то есть декораций, натянутых на рамы, которые крепятся к полу.
4. Из поддуг, софитов и арок, которые тоже представляют собой размалеванный холст, свисающий с колосников на специальных тросах.
5. Из драпировок.
6. Из разных дополнительных кулис, назначение которых - прикрывать выход за сцену.
Вот и все. Из этих-то досок, планок и тряпок надо создать миры, просторы, воздушные замки и всякое диво дивное. И когда на генеральной репетиции все это хозяйство уже красуется на сцене, подвешенное, привинченное к полу, подпертое планками, "косячками" и еще пахнущее древесиной и клеем, - внизу, в партере, сияет мастер сцены. Он не замечает актеров, не слышит, о чем говорится на сцене, - он переживает за все свои "стояки", "косячки", ступеньки и задники.
- Здорово, а? - говорит он с обоснованной гордостью.
И когда вы, зрители премьер, ворчите, что антракт уж очень затянулся, - надо бы вам заглянуть на поле брани мастера сцены. Занавес еще не опустился до пола, а сорок рук уже хватают "стояки" и "практикабли" и начинают "сымать декорации". Подвесные полотна взвиваются к потолку, бутафор швыряет в корзину свой реквизит, драпировщик скатывает "овры, поднимая тучи пыли, мебельщики уносят столы и стулья, под ногами у, вас, звякнув, открывается люк и - эй, берегись! - с колосников уже низвергается на головы людей новый "горизонт". Уже принесены другие стены, драпировщик прибивает портьеры, осветители тянут свои кабели через сцену, опять прибегает бутафор с корзиной, мебельщики волокут другие столы и шкафы.
- Живо, живо!
- Отстаньте вы сейчас с этим делом!
- Берегись!
- Ой, батюшки!
- Береги голову!
- Катись ты отсюда со стремянкой!
- Франта, подержи!
- Что ты делаешь, дурень?!
- Привинти же!
- С дор-р-роги!
- А это куда деть?
- Ой, она падает!
- Чтоб тебе пусто было, олух ты этакий!
- Я ж вам вчера говорил...
- Делайте, делайте, черт вас дери!
- Куда ты его привертываешь?..
Бац! - в самом деле что-то повалилось; просто чудо, что никого не пришибло.
- Берегись, люк открыт!
- Сторонись, сторонись!
- Прочь со сцены!
- Уберите это!
- Он сломался...
- Лесенку сюда!
- Так не будет держаться...
- Спустите-ка ее...
- А, черт, кто взял мой молоток?
- Тут надо малость отпилить.
Бим-м-м!-Сценариус дал первый звонок.
- Черт подери, этак не годится!
- Тут надо поставить косячок.
- Оставь, как есть!
- Убери, живо!
Актеры уже на сцене.
- А где же мое шитье?
- Дверь-то не закрывается!
- Этот стул стоял не здесь!
- Дайте мне это письмо, живо, живо!
- Я сегодня не доиграю до конца!
- Батюшки, шаль-то моя где?
- Роль-то я - ни в зуб толкнуть...
- Бим-м-м! - Занавес поднимается медленно и неотвратимо. Святый боже, лишь бы ничего не стряслось до конца акта!
РАБОЧИЕ СЦЕНЫ
Этот народ, как известно, больше всего занят в антрактах. Во время премьеры они толкутся у кулис, глядят на сцену, балагурят и прикидывают, когда окончится спектакль. На остальных спектаклях они режутся в карты или лежат на лавках в своей дежурке. За полминуты до конца акта им дают звонок, и они, топоча сапожищами, устремляются на сцену, где как раз заканчивается лирический диалог.
- Ребята, сымай декорации!
МЕБЕЛЬЩИКИ
Большую часть времени "мебельщики" проводят на складах и в мастерских мебели, где сложены изрядно потертые троны, деревенские стулья, гарнитуры в стиле Людовиков XV и XVI с драной обивкой, античные ложа, готические алтари, комоды, этажерки, камины, гробы и вообще все, на чем люди когда-либо сидели, ели или возлежали.
Однако античное ложе не называют здесь античным ложем, а говорят: "То канапе, что играло в "Камо грядеши".