Страница 17 из 26
7 декабря 1908
* * *
Я не звал тебя - сама ты
Подошла. Каждый вечер - запах мяты, Месяц узкий и щербатый,
Тишь и мгла.
Словно месяц встал из далей,
Ты пришла В ткани легкой, без сандалий, За плечами трепетали
Два крыла.
На траве, едва примятой,
Легкий след. Свежий запах дикой мяты, Неживой, голубоватый
Ночи свет.
И живу с тобою рядом,
Как во сне. И живу под бледным взглядом
Долгой ночи, Словно месяц там, над садом,
Смотрит в очи
Тишине.
7 декабря 1908
* * *
Грустя и плача и смеясь, Звенят ручьи моих стихов
У ног твоих,
И каждый стих Бежит, плетет живую вязь, Своих не зная берегов.
Но сквозь хрустальные струи Ты далека мне, как была... Поют и плачут хрустали... Как мне создать черты твои, Чтоб ты прийти ко мне могла
Из очарованной дали'?
8 декабря 1908
* * *
Опустись, занавеска линялая, На больные герани мои. Сгинь, цыганская жизнь небывалая, Погаси, сомкни очи твои!
Ты ли, жизнь, мою горницу скудную Убирала степным ковылем! Ты ли, жизнь, мою сонь непробудную Зелены'м отравляла вином!
Как цыганка, платками узорными Расстилалася ты предо мной, Ой ли косами и'ссиня-черными, Ой ли бурей страстей огневой!
Что рыдалось мне в шопоте, в за'бытьи, Неземные ль какие слова? Сам не свой только был я, без памяти, И ходила кругом голова...
Спалена' моя степь, трава сва'лена, Ни огня, ни звезды, ни пути... И кого целовал - не моя вина, Ты, кому обещался, - прости...
30 декабря 1908
* * *
Мой милый, будь смелым
И будешь со мной.
Я вишеньем белым
Качнусь над тобой.
Зеленой звездою
С востока блесну,
Студеной волною
На панцырь плесну,
Русалкою вольной
Явлюсь над ручьем,
Нам вольно, нам больно,
Нам сладко вдвоем.
Нам в темные ночи
Легко умереть
И в мертвые очи
Друг другу глядеть.
1 января 1909
* * *
Не венчал мою голову траурный лавр В эти годы пиров и скорбей. Праздный слух был исполнен громами литавр, Сердце - музыкой буйных страстей.
Светлой ангельской лжи не знавал я отрав, Не бродил средь божественных чащ. Сон мой длился века, все виденья собрав В свой широкий, полунощный плащ.
И когда вам мерцает обманчивый свет, Знайте - вновь он совьется во тьму. Беззакатного дня, легковерные, нет. Я ночного плаща не сниму.
19 января 1909
* * *
Покойник спать ложится
На белую постель. В окне легко кружится
Спокойная метель. Пуховым ветром мчится
На снежную постель.
Снежинок легкий пух
Куда летит, куда? Прошли, прошли года,
Прости, бессмертный дух, Мятежный взор и слух!
Настало никогда.
И отдых, милый отдых
Легко прильнул ко мне. И воздух, вольный воздух
Вздохнул на простыне. Прости, крылатый дух!
Лети, бессмертный пух!
3 февраля 1909
* * *
Уж вечер светлой полосою На хладных рельсах догорал. Ты, стройная, с тугой косою Прошла по черным пятнам шпал. Твой быстрый взор огнем докучным Меня обжог и ослепил. Мгновенье... громом однозвучным Нас черный поезд разделил... Когда же чуть дрожащим звоном Пропели рельсы: не забудь, И семафор огнем зеленым Мне указал свободный путь, Уж ты далёко уходила, Уже теряла цвет трава... Там пыль взвилась, там ночь вступила В свои туманные права... Тревожный свист и клубы дыма За поворотом на горе... Напрасный миг, проплывший мимо... Огонь зеленый на заре.
1 марта 1909
* * *
Здесь в сумерки в конце зимы Она да я - лишь две души. "Останься, дай посмотрим мы, Как месяц канет в камыши". Но в легком свисте камыша, Под налетевшим ветерком, Прозрачным синеньким ледком Подернулась ее душа... Ушла - и нет другой души, Иду, мурлычу: тра-ля-ля... Остались: месяц, камыши, Да горький запах миндаля.
27 марта 1909
ЧЕРЕЗ ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ
К. М. С.
1
Всё та же озерна'я гладь, Всё так же каплет соль с градирен. Теперь, когда ты стар и мирен, О чем волнуешься опять?
Иль первой страсти юный гений Еще с душой не разлучен, И ты навеки обручен Той давней, незабвенной тени?
Ты позови - она придет: Мелькнет, как прежде, профиль важный, И голос, вкрадчиво-протяжный, Слова бывалые шепнет.
Июнь 1909
2
В темном парке под ольхой В час полуночи глухой
Белый лебедь от весла Спрятал голову в крыла.
Весь я - память, весь я - слух, Ты со мной, печальный дух,
Знаю, вижу - вот твой след, Смытый бурей стольких лет. В те'нях траурной ольхи Сладко дышат мне духи,
В листьях матовых шурша, Шелестит еще душа,
Но за бурей страстных лет Всё - как призрак, всё - как бред,
Всё, что было, всё прошло, В прудовой туман ушло.
Июнь 1909
3
Когда мучительно восстали Передо мной дела и дни, И сном глубоким от печали Забылся я в лесной тени,
Не знал я, что в лесу девичьем Проходит память прежних дней, И, пробудясь в игре теней, Услышал ясно в пеньи птичьем:
"Внимай страстям, и верь, и верь, Зови их всеми голосами, Стучись полночными часами В блаженства замкнутую дверь!"
Июнь 1909
4
Синеокая, бог тебя создал такой. Гений первой любви надо мной,
Встал он тихий, дождями омытый, Запевает осой ядовитой, Разметает он прошлого след, Ему легкого имени нет,
Вижу снова я тонкие руки, Снова слышу гортанные звуки,
И в глубокую глаз синеву Погружаюсь опять наяву.
1897 - 1909 Bad Nauheim
5
Бывают тихие минуты: Узор морозный на стекле; Мечта невольно льнет к чему-то, Скучая в комнатном тепле...
И вдруг - туман сырого сада, Железный мост через ручей, Вся в розах серая ограда, И синий, синий плен очей...
О чем-то шепчущие струи, Кружащаяся голова... Твои, хохлушка, поцелуи, Твои гортанные слова...
Июнь 1909
6
В тихий вечер мы встречались (Сердце помнит эти сны). Дерева едва венчались Первой зеленью весны.
Ясным заревом алея, Уводила вдоль пруда Эта узкая аллея В сны и тени навсегда. Эта юность, эта нежность Что' для нас она была? Всех стихов моих мятежность Не она ли создала?
Сердце занято мечтами, Сердце помнит долгий срок, Поздний вечер над прудами, Раздушенный ваш платок.
23 марта 1910 Елагин остров
7
Уже померкла ясность взора, И скрипка под смычок легла, И злая воля дирижера По арфам ветер пронесла...
Твой очерк страстный, очерк дымный Сквозь сумрак ложи плыл ко мне. И тенор пел на сцене гимны Безумным скрипкам и весне...