Страница 26 из 58
Он так был взволнован, что даже, против своего обыкновения, не извинялся, выражая несогласие со мной.
- Что там видно снаружи? - полюбопытствовал я, не без труда вставая и делая два шага к обзорной панели. Я сразу же увидел, что грязевой ландшафт исчез. Вместо него нас окружал унылый пейзаж Новой Англии с облетевшими деревьями и покрытой мокрыми листьями землей. По-видимому, дул довольно свежий ветер, так как голые ветви деревьев сгибались, и в воздухе носились сухие травинки и прочий мусор. Косые струи дождя, казалось, преследовали их. В стороне от нас, на расстоянии не более сотни ярдов, стоял небольшой домик, к которому вела хорошо утоптанная тропинка. Это было нечто среднее между землянкой и хижиной, обложенной дерном. Из окошка, застекленного бутылочным стеклом в свинцовом переплете, лился свет. Из кривой трубы, выходящей из раскисшей земли у подножия высокого дерева, поднималась струйка дыма. Это было похоже на какое-то подземное сооружение, но все равно казалось гораздо приятнее, чем все остальное, что нас окружало. Внезапно мы увидели, как из-за дома, если это действительно был дом, на четырех ногах выбежал высокий йлокк, одетый во что-то красное, похожее на облегающий чулок. Он пронесся по тропинке прямо к нашему кораблю и, остановившись всего в паре футов от нас, ткнулся носом в землю, пытаясь что-то вынюхать.
- Полковник, - произнес Хельм, - кажется, он знает, что здесь кто-то есть! Может...
- Давай поговорим с ним, - предложил я, протягивая руку, чтобы включить наружный громкоговоритель. Тут я заколебался - я был не очень уверен в своем знании языка йлокков. Свфт, правда, объяснил мне вкратце их грамматику - довольно, кстати, несложную, и он вместе с некоторыми нашими пленниками провел со мной своего рода "базовый курс", мы даже сделали гимнозапись. Но я пробыл в кодировочной камере совсем недолго, и у меня даже не оставалось времени на обычный сеанс постгипноза. Я спросил Хельма, знает ли он язык йлокков. Оказалось, что и он его не знал.
Тут, хватаясь за стены и потирая голову, из своего отсека вышел Смовия.
- Мне приснился чертовски скверный сон, - пробормотал он. - Будто меня застиг тайфун и вывернул наизнанку. Я это так ясно чувствовал, словно все происходит наяву - даже более того! Верите ли, я был просто рад, когда проснулся и увидел, что кишки не вылезли. Что тут у вас происходит - а это что такое?
Он в изумлении воззрился на младенца, которого Хельм все еще держал на руках. Хельм показал ему спящую мордочку крысенка.
- Мы его нашли, - объяснил он. - Он был - его оставили в карете, застрявшей в грязи. Бедный детеныш!
- Какая карета? - потребовал Смовия. - Какая грязь? - Он выглянул наружу, пытаясь найти ответ на свои вопросы. - Что здесь делает ребенок? Как он сюда попал? И где это "здесь"?
- Я не знаю, - честно признался я. - Детеныш был в корабле, замаскированном под карету, очень похожем на наш. Я не знаю точно, где мы, но где-то в глубине Желтой Зоны. Мы понемногу выбираемся из нее - здесь уже все более "нормально", - и я указал на домик и дорогу.
- Желтая Зона? - переспросил доктор, принимая спеленутого ребенка из рук Хельма. - Что-то я припоминаю. Вы, кажется, говорили, что это запретная область - сюда нельзя входить ни при каких обстоятельствах.
Он, казалось, был более сердит, чем испуган.
В обычном случае, да, конечно. Но следы, которые оставили йлокки, ведут прямо в Зону, поэтому было принято решение сделать исключение.
- А почему вообще появился этот запрет? - спросил доктор.
- Мы потеряли один корабль, потом еще и еще. Два последних экипажа были подготовлены и оснащены специально. После гибели третьего корабля было принято решение избегать Зоны и начать исследовать ее когда-нибудь потом, когда мы создадим новую технику и сможем разобраться, что же там проглатывает наши корабли и экипажи.
- Но если они не смогли вернуться, - не унимался Смовия, - почему вы думаете, что нам это удастся?
- А я так и не думаю, - ответил я. - По крайней мере, я не уверен, что нам повезет. Но я надеюсь, вернее, - жду, что узнаю что-нибудь, что даст нам возможность отсюда выбраться.
- Узнать здесь, в этой брошенной деревне или что это еще такое? Смовия почти кричал, но тут детеныш проснулся и захныкал, и Смовия переключил все свое внимание на то, чтобы его успокоить.
- По моей теории, - объяснил я ему, - Зона - это просто другой Распад, возникший, как и наш, в результате ошибок при проведении экспериментов в Сети, хотя, возможно, не такой глубокий. Здесь есть по крайней мере один островок относительной нормальности - это тот, откуда пришли наши захватчики. Могут быть и другие. Думаю, мы где-то близко. Я еще не провел полного анализа данных, которые фиксируют наши приборы, поэтому не знаю, прав я или нет.
- Так давайте этим займемся, - настаивал Смовия. - Сразу и начнем, полковник, если вы, конечно, не против. Честно говоря, то, что я не знаю, не суждено ли мне пополнить список исчезнувших в никуда, мешает моему пищеварению - хотя, правда, в последнее время мне не приходилось переваривать пищу. Тихо, тихо, малыш, - он снова отвлекся, баюкая детеныша. - Тихо, тихо. Все хорошо, все в порядке. - Он замолчал и с надеждой взглянул на меня. - Все в порядке, правда, полковник Байярд?
- Смотрите! - перебил его Хельм. Он указывал на панель обзора, где появилась маленькая группа высоких, худощавых созданий, бредущих, наклоняясь вперед. Отпечатки их ног в грязи образовывали извилистую линию, скрывавшуюся вдали.
- Это крысы! - выдохнул Смовия. - Вероятно, ищут ребенка. Нам бы лучше...
Прежде чем он успел закончить, одна из крыс, возглавлявших группу, взглянула в нашу сторону, заметила что-то, заинтересовавшее ее, и предупредила остальных. Они сбились в кучу и с угрожающим видом стали приближаться к нам. Затем один крысочеловек пошарил в кармане накидки и вытащил револьвер. Я узнал его - это был "Смит и Вессон", 0,38 калибра штатное оружие спецслужбы Сети. Видимо, его владелец был из числа ветеранов вторжения, а револьвер был его трофеем. Он прицелился в сторону йлокка в красном, который стоял к нему спиной, оружие дрогнуло в узкой длинной руке ветерана, и его сородич в красном завертелся на месте и упал на спину. Остальные тут же разбежались.