Страница 56 из 57
– Кажется, идет буря, – заметила доктор Элизабет.
Она сняла Исис с планширя и опустила ее на палубу. В это время палуба задрожала, резко похолодало, завыл порывистый ветер. Раздались раскаты грома. Мими повернулась к корме и позвала:
– Ал, выходите из воды! Шторм надвигается!
– Не беспокойтесь, милочка, – сказала экстрасенс. – Это необычная буря. Природа хочет предупредить нас, что пора наладить контакт!
За сгущающимися черными тучами наблюдал и Джон Уолден. Но делал он это с глубины шестьдесят пять футов через перископ "Риковера".
– Похоже, наверху вот-вот грянет шторм, – сказал Уолден, вращая перископ. Его взгляд вновь наткнулся на деревянный рыболовный траулер, который он заметил раньше. – Надеюсь, эти люди плотно задраили люки.
Его слова прервал отчаянный возглас вахтенного офицера:
– Машинная команда докладывает о неполадках системы энергоснабжения! Сработала блокировка реактора!
Как бы в подтверждение серьезности сообщения вдруг погас свет. Палуба дрогнула и наклонилась вперед.
– Потеряна нулевая плавучесть, – доложил вахтенный офицер.
– Продуть аварийную, всплываем! – приказал Уолден, и вновь повернулся к перископу но его остановил ответ вахтенного.
– Невозможно, командир. Отказали балластные насосы!
– Какого черта? – выругался Уолден, озадаченный таким оборотом событий.
Чтобы хоть как-то овладеть контролем над обстановкой, он опустил перископ и вернулся к штурвалу. Боцман с вахтенным офицером стояли над пультом погружения и всплытия. Освещая пульт фонариком, они изучали показания приборов.
– Объявить боевую тревогу! Боцман, связаться с машинным отсеком и выяснить, что там у них происходит, – приказал Уолден.
Пока звучал сигнал боевой тревоги и команда занимала боевые посты, лодка вновь начала погружаться в пучину, откуда ей только что удалось выбраться. Уолден, схватившись за поручень, с чувством собственного бессилия наблюдал, как его люди отчаянно боролись за восстановление энергоснабжения.
Из многих боевых постов лишь гидроакустики продолжали нести обычную вахту. Внимание Тима Лейси, дежурившего второй срок подряд, привлек гипнотический монотонный звук, исходивший, как ему казалось, с самого дна разреза. И он на всякий случай доложил об этом командиру. К его немалому удивлению, Уолден велел дать этот таинственный звук на репродукторы внутри корабельной связи в центральном посту.
Стоя рядом с рулевыми, Джон Уолден вслушивался в звуки, привлекшие внимание Тима Лейси. С помощью штурмана ему удалось определить, что они действительно исходили со дна разреза, с глубины около тысячи семисот футов.
Ранее коммандер Томас Мур рассказал об удивительном устройстве, которое, как подозревали в следственной службе флота, могло быть установлено на дне разреза. Не веря в возможность создания установки, способной разложить материю на элементарные частицы, Уолден тогда отнесся к его рассказу скептически. Но сейчас он уже начинал сомневаться, не слишком ли поспешным оказались его выводы.
Лелея слабую надежду, что устройство, о котором говорил Мур, действительно существовало, и именно оно было причиной неприятностей, возникших на "Риковере", Уолден приказал группе управления огнем готовить к пуску две самонаводящиеся торпеды Мк-48. К тому времени источник загадочных шумов был установлен уже точно, информация введена в систему управления огнем лодки, и был произведен пуск торпед.
Палуба дрогнула, когда торпеды вышли из аппаратов. Уолден скрестил пальцы и прочел молитву, чтобы силы небесные помогли его лодке выкарабкаться из бездны.
21
Игорь Валерьян остался в реакторном отсеке "Академика Петровского", ожидая доклада об успешном исходе эксперимента.
Он знал, что такое сообщение придет по каналам спутниковой связи из штаба Тихоокеанского флота во Владивостоке. Если все пройдет по плану, ему сообщат, что родина теперь располагает американской лодкой "Хайман Дж. Риковер". Это крупное достижение станет предвестником еще более значительного события.
К его великому разочарованию, с мостика сообщили о приближении шторма. Это сообщение испортило ему настроение, и он подумал о том, что неплохо было бы зайти в каюту и пропустить стаканчик-другой для бодрости. Хорошая водка всегда придавала ему бодрости. Но скучный голос оператора-акустика прервал приятные мысли.
– Акустический контакт, товарищ адмирал. Похоже на подлодку.
Поспешив к акустику, Валерьян с тревогой спросил:
– Вы можете классифицировать цель?
Пока акустик манипулировал клавиатурой, к пульту подошел доктор Петров с чашкой чая в руках и спокойно спросил:
– Кто бы это мог быть?
– Вероятнее всего, "Пантера", – предположил Валерьян.
Его взгляд нервно впился в экран широкополосного монитора. Сообщение акустика не улучшило настроение, к тому же он слишком долго возился с аппаратурой.
– Я не совсем понимаю, товарищ адмирал. Но анализ показывает восемьдесят семь процентов вероятности, что это американская ударная лодка 688 проекта.
– Но этого не может быть, – воскликнул Валерьян. – Неужели установка не сработала?
– Весьма маловероятно, – ответил физик. – Вы слышали предварительные доклады, Игорь Михайлович. Нам известно наверняка: лодка вошла в зону действия поля и не выходила из нее.
– Но 688 все еще здесь, – возразил Валерьян.
Петров укоризненно покачал головой.
– Ведь я предупреждал, что надо было подождать. Но вы не послушались, в результате мы, возможно, уничтожили собственную лодку.
– Я не верю в это, – рявкнул Валерьян. – Может быть, это не "Риковер", а другая лодка 688 проекта? Или наши датчики шалят? Как бы там ни было, надо действовать, исходя из последних данных. Приготовьтесь к перезарядке установки, доктор!
– Ни в коем случае, – вскричал Андрей Сергеевич. – Мы и так слишком далеко зашли!
– Дурак! – выругался Валерьян, грубо оттолкнул физика и бросился к пульту управления реактором. – Если вы отказываетесь, доктор, я сделаю это сам!
Невзирая на острую боль в ошпаренной горячим чаем руке, Андрей Сергеевич попытался остановить Валерьяна.
– Прошу вас, Игорь Михайлович, вы только усугубите трагедию.
Адмирал яростно набросился на клавиатуру и, когда реактор вновь пришел в действие, с пафосом воскликнул:
– Если тут и происходит трагедия, то из-за вашего трусливого упрямства, Андрей Сергеевич! Ваше бездействие могло стоить Родине будущего! – прежде чем нажать клавишу подачи энергии на резонансную установку, адмирал посмотрел на физика и громко провозгласил:
– Вы – живой свидетель исторического момента! Да здравствует Родина!
В тот момент, когда адмирал Валерьян нажал кнопку, первая торпеда "Риковера" врезалась в стену разреза и взорвалась. Вторая попала в генератор, и взрывная волна разрушила соединительную муфту, но было поздно: по разорванному кабелю уже устремился обратный скачок энергии и в то же мгновение огромной силы взрыв разнес "Академика Петровского" на куски.
Не успели обломки судна упасть на воду, как энергосистема "Риковера" возобновила работу. Джон Уолден вздохнул с облегчением и дал команду к всплытию.
Когда лодка всплыла, и Уолден вышел на мостик, он увидел на морской поверхности лишь огромное масляное пятно, да кое-какой судовой хлам – все, что осталось от красавца "Академика Петровского". Когда один из сигнальщиков заметил маячивший вдали катер, появилась надежда, что кто-то уцелел в этой необъяснимой трагедии. Уолден приказал сблизиться с катером. На его борту оказались трое потрясенных наблюдателей ООН. Уолден принял их на борт и отправил вниз. Больше никого найти не удалось. Морские глубины надежно хранили тайну ГСА "Авалон", его отважного экипажа и пятерых спасенных акванавтов.
Эпилог
Ал подтянулся и вскарабкался на корму "Солнышка". Он продрог, кружилась голова. Туман был настолько густ, что на расстоянии вытянутой руки ничего нельзя было разглядеть. Головокружение прошло, но старика охватило необъяснимое чувство тревоги, напомнившее ему детство.