Страница 202 из 206
— Ага, — понимающе кивнул я. — Намного лучше.
Мы оба призадумались и умолкли. Печальную паузу вновь прервала Риши — надо же, а ведь раньше, я имею в виду, во время оно, эта почетная обязанность в основном выпадала мне.
— Мне, кажется, пора идти... Через четыре минуты у меня заканчивается обеденный перерыв!
Я бросил взгляд на свои часы «Луч». В Москве было без четырех минут два часа дня. И через четыре минуты обеденный перерыв заканчивался в магазине спортивной одежды, который располагался в холле гостиницы, — я планировал завернуть туда на предмет новых кроссовок. Забавное совпадение.
— Мне страшно неудобно тебя задерживать, Иришка... Но во сколько именно у тебя заканчивается обеденный перерыв?
— В два часа, как всегда.
— Ничего себе! То есть у вас, на Ардвисуре, сейчас 13.56?
— Если быть точной, 13.57! Что-то случилось?
— Дело в том, что у нас тоже 13.57!
— Не может этого быть! — всплеснула руками Риши. — Так не бывает!
— Бывает. Но очень, очень редко! Выходит, вы на Ардвисуре живете по московскому времени!
— Ну уж нет! Это вы живете по времени города Нарс!
Мы оба рассмеялись — причем от души.
— Ах, Москва, — мечтательно промолвила Риша. — Там, наверное, красиво!
— Прилетай — сама увидишь! Вместе с Римушем прилетай! Буду рад с ним познакомиться. Уверен, мы подружимся. Я тоже люблю стихи... правда, в основном русские. Римуш — прекрасный человек! Он сумел сделать тебя счастливой. — Я очень старался выражать свои чувства так, как это принято в Конкордии. Чтобы Риши поняла — я не шучу.
— Саша! Милый Саша! И ты тоже... тоже прекрасный человек! — Расчувствовавшаяся Риши прижала руки к груди, подалась вперед, к экрану. — И я всегда буду любить тебя, — бархатным от волнения голосом промолвила она.
Казалось бы, эту фразу Риши говорила мне не впервые. Но только теперь ее обещание вечной любви звучало... как-то не так! Клянусь, не было в нем надрыва, не кровоточило оно. Не звенели в нем невыплаканные слезы. Их не было! А что было? Одна лишь лазурно-голубая, божественная отрешенность, которую легко вычитать между строк буддийских притч, разглядеть в небесах за белыми силуэтами древних русских церквей, угадать в добрых глазах стариков, решающих кроссворды в весенних скверах.
— Я тоже буду всегда, всегда любить тебя, Риши, — пообещал я.