Страница 13 из 18
— Ах… — повторила за нею вслед Тереса, прижимая ладонь к лицу. Из ноздрей ее хлынула алая кровь. Малдер схватил с соседнего стола салфетки, подал их Скалли.
— Принеси с кухни лед, — велела Скалли.
Она запрокинула девушке голову, велела плотно зажать нос, а сама стала быстро сворачивать из салфеток тампоны. И в этот момент в кафе вбежали двое: доктор Немман и с ним мужчина лет сорока пяти в непромокаемой куртке.
— Тереса, поехали домой, — быстро заговорил доктор, — Тереса, Тереса, пойдем, дорогая…
Он плечом, довольно грубо отодвинул Скалли и сам стал зажимать дочери нос.
— Мне кажется, она не слишком-то хочет ехать с вами, — сказал Малдер.
— А мне плевать, что вам кажется, — закричал доктор не оборачиваясь, — мне плевать, слышите, вы?
Ему хотелось быть грозным и страшным, но голос выдавал его с головой.
— Она больна, — мрачно сказал мужчина в дождевике, и Скалли узнала этот голос. Перед нею стоял тот охранник из леса. —Тереса, твой папа хочет отвезти тебя домой. Там он тебя помоет…
— …дома тебе ничто не будет угрожать, — говорил доктор все так же торопливо и жалко, — мы с детективом Майлзом никому не позволим…
— Так вы отец Билли Майлза, — Малдер наклонил голову и изогнул шею так, будто хотел всмотреться в лицо детектива сбоку, а то и с изнанки. В голосе его прозвучало какое-то особое понимание.
— Верно, — сказал детектив. — И вы держитесь от моего мальчика подальше, ясно вам ?
Вдвоем они усадили мягкую, как ватная кукла, девушку в тот устрашающий джин, обвешанный фарами и прожекторами, и укатили.
Бармен с шумом втянул в себя воздух. Малдер взглянул на него, но бармен отвернулся и стал протирать чашки.
— Нам тут должно понравиться, — сказал Малдер, любуясь задними габаритными огнями отъезжающего джипа. — Что ни день, то Хеллоуин. Как ты считаешь, Скалли?
Дождь, кажется, прекратился, но в воздухе продолжала висеть мелкая водяная взвесь. Ветер нес ее вдоль улицы, и казалось, что вдали горит что-то еще.
— Мне кажется, эти двое в курсе всего, — сказала Скалли. — Они знают, кто в ответе за убийства.
— Они знают что-то, — согласился Малдер. — Но вот что именно?
— А в чем ты сомневаешься? Они с самого начала давали ложные сведения. Врач и детектив. Весь спектр возможностей для злоупотреблений. Покрывать друг друга… ты и сам говорил… Они пытались помешать нашему расследованию, даже вскрытию. Может быть, они и выкрали труп… — Скалли в запальчивости рубила воздух ладонью. — Ну подумай: кому еще мог понадобиться труп?
— А им-то он зачем? — посмотрел на нее Малдер. — И вообще — для чего уничтожать улики? Чтобы усилить наши подозрения?
— Не знаю, — слегка растерялась Скалли.
— А вот интересно, агент Скалли, что лежит в оставшихся двух могилах? — сказал Малдер задумчиво…
9 марта 1992 года
05:12
Скалли думала, что им придется долго бродить по темному кладбищу, переходя от могилы к могиле, при свете фонарей читая имена, а потом вынимать душу из шерифа, требуя новой эксгумации — прямо сейчас, в пять утра… не терпит отлагательств, у вас тут трупы крадут, можно сказать, из-под ножа… И дождь опять лил как из ведра, небеса прохудились, стало по-настоящему холодно, ботинки промокли, и ног она уже не чувствовала. Однако — никого будить не пришлось. По запаху сырой разрытой земли они вышли к двум свежим ямам. На поваленных камнях были знакомые имена…
— Черт возьми, что же тут происходит?! — Малдер на долю секунды вышел из себя. Потом на лице его появилась кривая улыбка. — Что ж, нет худа без добра. Пожалуй, теперь я могу сказать наверняка, кто убийца… если здесь вообще можно использовать этот термин…
— Детектив? — попыталась угадать Скалли.
Малдер покачал головой.
— Сын детектива. Билли Майлз.
— Парень в коме? Ты шутишь?
— Нет.
— Неподвижно лежащий уже четыре года?! Выбежал, раскопал могилы…
Малдер молча, глядя ей прямо в глаза, наклонил голову. У него было странное выражение лица.
— Но это же… — Скалли не могла найти слов.
— Напоминаю некоторым сомневающимся и трезвомыслящим: Пегги О'Делл была почти четыре года прикована к креслу-каталке. Но погибла она, перебегая дорогу перед грузовиком.
— Хорошо. И как ты это объясняешь?
— Все это очень сильно напоминает некоторые описания вмешательства пришельцев.
— С летающих тарелок?
— Ты считаешь, что я сумасшедший… Скалли, вспомни: не так давно у нас с тобой украли десять минут времени. Всего каких-то десять минут, но мы не знаем, где мы были в это время и что делали… Что? — он наклонился, всматриваясь в лицо Скалли.
— Малдер… подожди, я вспомнила… я не вполне понимаю… Часы Пегги остановились в девять ноль три, а погибла она около двух ночи… И мы… с нами… в девять ноль три!..
— Какие часы у нее были? — спросил Малдер.
— Такие… я не запомнила марку, но явно дешевые и старые. Механические, которые заводятся…
— …и останавливаются при всякого рода встрясках, — кивнул Малдер. — Так оно и есть, Скалли. Ее тоже похищали вместе с нами. Лес собирает детей… а эти метки — след от анализов, что ли… или пропуск… и то вещество — помнишь формулу? — которое им вводят, оно вызывает посмертную перестройку организма…
— …а потом та сила, которая их собирает, заставила Пегги бежать в город…
— …раскапывать могилы…
— …а может быть, уже из города?.. и эта сила управляет Тересой, заставляя ее убегать в лес… у этих пришельцев есть такой приборчик… — Скалли чувствовала, как безумие охватывает ее.
— Совершенно верно, — сказал Малдер, и тут Скалли залилась хохотом. Это был не очень здоровый нервный смех, этакая истерика первой степени, но Дана ничего не могла с собой поделать. Дождь заливал лицо, и даже если из глаз текли слезы, этого никто не заметил бы.
— Ну, поехали, что ли? — спросил Малдер.
— Куда?
— Навестим нашего подозреваемого…
— Билли?
— А что, разве есть кто-то еще?
Рэймон, штат Орегон
9 марта 1992 года
Дежурная медсестра мисс Кэнтербери, строгая дама лет пятидесяти, отнюдь не задыхалась от счастья лицезреть двух агентов ФБР в шестом часу утра. Но профессиональная корректность не позволила ей поделиться с ними своим настроением. Лишь иногда в интонациях прорывалось что-то такое… впрочем, легко относимое и на счет конца долгого дежурства.