Страница 4 из 85
Она резко повернула голову и удивленно посмотрела на него:
— Вопросы? Какие вопросы?
— Поймите меня правильно, миссис Деверидж. Я крайне поражен количеством и качеством той информации, которой вы владеете, и убежден, что у вас превосходные источники. Но боюсь, вам известно слишком много обо мне и моих делах.
Это была весьма опасная игра, но она победила. Перед ней сидел загадочный Торговец Мечтами, тайный владелец самого экзотического парка развлечении в Лондоне. Конечно, она поступила рискованно, сказав ему, что знает, кто он такой. Неудивительно, что это его встревожило. Он вращался в высшем свете, значился в списках гостей самых модных и знатных домов и состоял членом всех лучших клубов. Но даже богатство не могло уберечь его от той катастрофы, которая неминуемо разразится, если общество узнает, что приняло в свои самые элитные ряды торгаша.
Мэделин не могла не восхищаться дерзостью этого человека. Он выбрал себе роль, достойную великого Эдмунда Кина. Никто не знал, что он Торговец Мечтами. Ему удавалось держать это в тайне. Никто не думал сомневаться в источнике его богатства, ведь Артемис Хант был джентльменом, а у джентльменов не принято обсуждать денежные вопросы, исключая те случаи, когда становилось известно о полном разорении. Человек, лишившийся состояния, должен был пережить уничтожающее презрение и самые жестокие сплетни. Не случайно многие приставляли пистолет к виску, дабы избежать скандала, связанного с финансовым крахом.
Сегодня вечером у Мэделин не было другого выхода. Она фактически шантажировала Ханта, чтобы добиться от него помощи. Разумеется, это ей даром не пройдет. Артемис Хант — один из самых искушенных в тайной науке джентльменов. Такие люди обычно очень скрытны по своей природе.
Хант всеми силами пытался утаить свое прошлое, связанное с ванэа, что вызывало у Мэделин сильное беспокойство. В отличие от его владения «Павильонами мечты» членство в Ванзагарском обществе не повлияло бы на его связи в светских кругах. Все-таки ванза — наука, которую изучают только джентльмены. Но он намеренно окутал себя тайной. Нет, это явно было не к добру.
Насколько она могла судить из собственного житейского опыта, члены Ванзагарского общества в общей своей массе были безобидными чудаками. Изредка среди них попадались полные безумцы, а кое-кто был по-настоящему опасен. Мэделин начинала подозревать, что Артемис Хант принадлежит к последней категории. Когда окончится эта ночная эпопея, ей придется столкнуться с множеством совершенно новых проблем. Как будто ей мало старых! А с другой стороны, мрачно подумала она, все равно в последнее время ей не спится по ночам, так что будет чем заняться.
Мэделин вздрогнула, всем своим существом чувствуя присутствие Ханта. Казалось, он заполонил собой маленький салон кареты. Он был не таким крупным, как ее кучер Латимер, но ширина его плеч и пугающе томная грация движений странно волновали, а умные, проницательные глаза лишь усиливали ее неизъяснимое смятение.
. Мэделин поняла, что этот мужчина ее очаровал, несмотря на все что она о нем знала.
«Не будь дурой!» — одернула она себя, поплотнее закутавшись в плащ. Только не хватало связаться с еще одним членом Ванзагарского общества.
Но отступать было поздно. Она приняла решение и теперь должна осуществить собственный план. Возможно, от ее смелости зависит жизнь Нелли.
Карета с грохотом остановилась. Артемис погасил фонарь в салоне, потом отдернул занавеску и выглянул в темное окно. Мэделин невольно залюбовалась его сильными, сдержанными движениями.
— Ну, мэм, мы приехали к западным воротам. Как видите, здесь весьма оживленно даже в такой поздний час. Сомневаюсь, что на глазах у людей можно схватить девушку и затащить ее в карету. Если, конечно, она сама этого не хочет.
Мэделин подалась вперед и осмотрелась. Вход в парк был залит светом множества разноцветных фонарей. Низкая цена на билеты позволяла людям всех слоев общества развлекаться в «Павильонах мечты». Леди и джентльмены, провинциальные мелкопоместные дворяне, владельцы магазинов, подмастерья, горничные, лакеи, офицеры, франты, повесы и бродяги — все входили и выходили через эти ярко освещенные ворота.
Хант прав, решила Мэделин. При таком скоплении людей и экипажей довольно трудно силой затащить женщину в карету так, чтобы этого никто не заметил.
— Ее похитили не перед самыми воротами, — объяснила она. — Элис сказала, что они с Нелли стояли в начале ближайшего переулка и ждали карету, которую я за ними послала, когда появились эти негодяи. — Мэделин осмотрела темный въезд на узкую улочку. — Должно быть, она имела в виду вон тот угол, где сейчас слоняются мальчишки.
— Хм-м… — с явным сомнением, обронил Артемис.
Мэделин кинула на него обеспокоенный взгляд. Если он не воспримет все это всерьез, то сегодня ночью они ничего не добьются. А время между тем уходило, — Сэр, мы должны торопиться. Если мы промедлим, Нелли увезут в публичный дом, и мы ее никогда не найдем.
Артемис задернул занавеску и взялся за ручку дверцы.
— Сидите здесь. Я сейчас приду.
Она вдруг устремилась вперед со своего сиденья:
— Куда вы?
— Успокойтесь, миссис Деверидж. Я не убегу, только справки наведу и вернусь.
Он легко спрыгнул на землю и захлопнул дверцу кареты. Она смотрела ему вслед, раздраженная и ошеломленная быстротой, с которой он взял инициативу в свои руки.
Несколькими ловкими движениями Артемис поправил пальто и шляпу. Мэделин была поражена результатом: он стал неузнаваем.
Перестав быть джентльменом, только что вышедшим из клуба, он тем не менее сохранил прежнюю уверенную точность движений, хорошо знакомую Мэделин. Его поступь так сильно напоминала походку Ренвика, что ее передернуло. Эти плавные, вкрадчивые движения навсегда связались в ее сознании с повадками опытных мастеров боевых искусств ванза.
«Может, я совершила серьезную ошибку, обратившись к этому человеку? — вновь подумала Мэделин. — Прекрати! — осадила она себя. — Сегодня вечером, отправляя записку в его клуб, ты отлично знала, на что идешь. Ты хотела его помощи и получила ее. Вот только каким боком это тебе выйдет, неизвестно».