Страница 170 из 195
Конвульсивно дёргающееся тело Командора (он всё ещё на что-то надеялся и сопротивлялся – отчаянно, до конца) безвольно сникло, Аргентар зашатался. Не знавший доселе поражений великий воин не мог поверить в победу врага и сейчас – придётся убедить его в этом.
Руки Эндара сомкнулись на горле начальника одиннадцатой фаланги и временного командующего Десятого легиона и резким движением разорвали золочёную цепь-ожерелье из Абсолютного Металла на могучей шее – символ и артефакт, усиливавший магические действия любого Алого Мага-Воителя в ранге Командора и постоянно им носимый (как Капитаном – браслет).
Аргентар начал заваливаться набок, глаза закатывались, а Эндар вторым движением (естественно, сопровождаемым сильнейшим Заклятьем Сокрушения) свернул ему голову – совсем как серому зверю в Великом Лесу Пограничного Мира когда-то. Могущественный Маг, возмечтавший сделаться Императором Алых Воителей и заменить Орден Империей, безвольным мешком рухнул наземь, как только победитель разжал пальцы. Сильное тело, сплошь заляпанное кровавыми пятнами, дёрнулось ещё раз и вытянулось, зарывшись лицом и вывернутой шеей в траву.
До магического слуха Эндара донёсся слабый прерывистый звон – это разрушалась вся тонкая структура Сущности, физическое тело которой уже умерло. Как уходила, недоумевая , Первичная Матрица – Душа – Эндар не стал отслеживать , он еле держался на ногах. Но то, что Великий Алый Маг умер окончательно , бывший Капитан и бывший Властелин понял.
Мог ли когда-нибудь даже подумать Воитель Эндар, всегда восхищавшийся воинскими и магическими талантами Командора Аргентара, что их последняя встреча так закончится...
Эндара шатало, реальность Случайного Мира плыла и качалась перед его замутнённым болью и усталостью взглядом – с противником такой силы он ещё никогда не сталкивался. Если бы Командор не был так изранен, то в траве валялось бы сейчас бездыханное тело самого Эндара, а не Аргентара. Да, если бы не это – и если бы не исполненный предельно-отчаянной решимости прыжок Мерсены...
На подгибающихся ватных ногах Маг побрёл вниз по склону холма, туда, куда было отброшено силой магического удара тело Молодой Колдуньи, и где оно лежало сейчас – неподвижно. Эндар уже знал, что его там ожидает, он видел погасшую ауру ведьмы, так что сомнениям и надеждам места не оставалось. Но то, что он увидел обычным взором , когда прошёл, наконец, эти двадцать шагов (ему показалось, что он шёл целую вечность), потрясло и ошеломило его так, что Маг почти мгновенно пришёл в себя, забыв и слабость, и боль.
Девушка лежала навзничь, широко раскинув так хорошо умевшие обнимать руки, роскошные чёрные волосы пологом расстелились по траве. Она была мертва, мертва уже необратимо , её Душа ушла своей привычной дорогой, пока Эндар добивал своего страшного противника. А прекрасное тело Мерсены (девушка была очень красивой – даже по меркам Магов) было чудовищно и беспощадно разодрано от горла до низа живота, как будто ведьма попала под страшный удар когтистой драконьей лапы. Вместо совершенных форм и бархатистой кожи (Эндар хорошо помнил её тепло) была теперь мешанина из мяса, сломанных костей и внутренностей, обильно залитая кровью. Не пострадало только лицо, оно осталось точно таким же, каким было всегда, лишь приобрело цвет белого мрамора. Капли крови разлетелись широким веером далеко по сторонам, однако, чуть приглядевшись, Маг понял, что большая часть капель вовсе не кровь. Это были сочные алые ягоды, которые Молодая Колдунья заботливо собирала – для него.
Вот и всё. Прощай, Мерсена...
Перед внутренним взором Мага вдруг побежала череда женских лиц – Инь-существа, так или иначе погибшие за него или из-за него. Одурманенная ведьма Мириа, живое орудие заговора Видящих... Та девушка из Отряда – её Душа не ушла бы, не поддайся он ревности и мстительности и не займись Иридием после гибели крейсера Лидеров... Лесная дикарка Хоэ, убитая Несущими Зло в тот миг, когда она осмелилась бросить призыв-крик о помощи, обращённый к нему, к Эндару... Аэль... Нет, вот здесь он не причём: Аэль погибла из-за Техномага... Чёрная Колдунья, имени которой он так и не узнал – она покончила с собой, после того, как он... Шоэр, Дарительница Жизни, спасшая их всех и пожертвовавшая собой... Шемреза, оставшаяся под руинами разваленного голубыми молниями Звёздных Валькирий дворца Неведомого Мага в Хамахере... Ледяноглазая Владычица Карисса – она, правда, была откровенным врагом, павшим в бою... Янтарные Викингессы Сигрид, Лейнарта и Хьела, погибшие в Мире Обители – их лица он помнил смутно. А ведь если бы они не ввязались в такую затяжную и упорную драку... Будь Таном тот же Свард, командуй он дружиной, Золотые Волшебницы остались бы живы. Искатель отступил бы раньше, прекратил бой и отвёл бы своих, как только стало ясно, что узнали они уже достаточно, а противник им явно не по зубам. А он, Эндар, упрямо старался искупить свою вину – чужими жизнями...
И, наконец, Мерсена, Молодая Колдунья Мерсена, чьё изуродованное тело лежало в двух шагах и ещё не остыло окончательно. Мерсена, неудержимая и отчаянная в любви (да и во многом другом) девчонка, чистейшей воды жертва , отдавшая свою жизнь только лишь для того, чтобы продолжал быть он, Маг по имени Эндар, – а для Мерсены он всегда оставался Властелином ... Бедная девочка, она сама решила все проблемы...
Как же так? Издревле и всегда мужчины погибали ради того, чтобы оставались живыми женщины ; мужчины умирали из-за женщин, но никак не наоборот! Или же это жестокая плата за то, что Инь окончательно и бесповоротно добился равенства с Янь (и даже, зачастую, превосходства)?
Усилием воли Маг прервал череду видений, повернулся к трупу Аргентара и с непонятным и неожиданным для самого себя бешенством вскинул вверх левую руку с браслетом.
С пальцев стремительно рванулся-потёк жгучий жидкий огонь, жадные огненные змеи обняли физическую оболочку Командора, свиваясь в ярящийся сноп. Пламя взвыло и зарычало, словно дорвавшийся до добычи хищный зверь, охватило и скрыло труп полностью, взметнулось клубящейся и изгибающейся рыжей гривой. Огню хватило нескольких мгновений, и когда отбушевавшее пламя опало и угасло, на холме осталось только выжженное в траве чёрное пятно размером в человеческий рост, покрытое слоем жирного пепла.