Страница 15 из 124
Регент мысленно перевел 13 фраскиуса на стандартный календарь. Путешествие состоялось сегодня! Голографическая карта показывала крохотный кусочек вселенной между мирами Центра и планетами Окраины. Он набрал название планеты назначения на консоли цоколя. Среди сотен активных звездных систем, внесенных в макроголографический атлас, замигала красная точка: Двусезонье располагалось в сорока световых годах от Сиракузы и в семи световых годах от Красной Точки, планеты ссыльных, планеты раскатта. Сорок световых лет были максимальным радиусом действия деремата, что для частной машины было великолепным достижением.
Вдруг в памяти Стри Вортлинга всплыло одно имя – Шри Митсу, смелла конгрегации, которого Церковь Крейца приговорила к вечному изгнанию на Красную Точку. По всей вероятности, Шри Алексу предпринял это долгое путешествие, чтобы встретиться с Шри Митсу, вторым из трех наставников индисской науки. Двусезонье располагалось на границе радиуса действия машины и было лишь промежуточным пунктом путешествия. Тот факт, что домосед-сиракузянин решил поспешно покинуть свой город, оставить дочь и цветы, доказывал, что ситуация была серьезной, и подтверждал предчувствия регента Маркината. Но последнему не хватало конкретных деталей, и его мысли так перепутались, что он ощутил панику.
Внезапно раздались шум шагов и голоса. Стри Вортлинг едва успел спрятаться на балконе второго этажа и улечься на паркет из драгоценного дерева у ажурной балюстрады. Отсюда он видел гостиную первого этажа, где одна за другой зажглись водяные бра.
В комнате появились два человека. Наемники-притивы, которых было легко узнать по белым маскам и серебряным сверкающим треугольникам, заделанным в нагрудники серых комбинезонов. Когда они осмотрели гостиную, из тени возникли новые существа, столь же бесшумные, как призраки. Стри Вортлинг затаил дыхание: один из вновь прибывших был Паминкс, коннетабль Сиракузы. На нем был традиционный синий бурнус. Откинутый на плечи капюшон позволял видеть голый бесформенный череп, зеленоватое шершавое лицо и желтые глаза навыкате. Его сопровождали два скаита-чтеца, одетых в ярко-зеленые бурнусы, а также кардинал-крейцианец в фиолетовой накидке на пурпурном облегане с квадратной нашивкой высшего руководства Церкви, за которым неотступно следовали два мыслехранителя в бело-красных бурнусах. Три наемника, один из которых носил черные комбинезон и маску, дополняли группу.
– Этот человек знал намного больше, чем мы подозревали, – заявил коннетабль металлическим, безликим голосом. – А дочь?
– Мы прибыли слишком поздно, ваше Превосходительство, – ответил наемник в черной маске. – Она телепортировалась до того, как…
– У вас есть координаты ее переноса?
– Ее рематериализация запрограммирована на планету Двусезонье, планету из системы Трех Огней.
– Вероятно, она пытается добраться до Красной Точки и вступить в контакт с раскатта Шри Митсу, наставника индисской науки, как и ее отец-еретик.
– Два наших лучших человека и скаит-чтец уже отправились за ней из наших казарм. Кроме того, мы приготовили для нее ловушку на Красной Точке.
– Будьте осторожны: Шри Алексу, несомненно, научил ее основам индисской науки. Чтец, быть может, не сумеет ее обнаружить.
– Мы не нуждаемся в вашем чтеце. На этот раз, ваше Превосходительство, мы ее не упустим.
– Надеюсь. Обратите тело в пепел…
Два наемника направились к беспорядочней куче одеял и подушек. Эта груда, нарушавшая порядок в доме, совсем ускользнула от внимания Стри Вортлинга во время поспешного обследования дома. Наемники извлекли из нее неподвижное тело, в котором регент без колебаний узнал своего старого друга Шри Алексу, словно погруженного в глубокий безмятежный сон. Кардинал-крейцианец, толстяк с багровым лицом, сотрясался от нервного тика и постоянно бросал через плечо взгляды на своих мыслехранителей, застывших в двух шагах от него.
Наемники оттащили труп в прихожую. Один из них извлек оружие в форме груши из сумки, висящей на плече, и направил дезинтегратор на восковое лицо Шри Митсу. Круглая пасть оружия извергла ослепительный зеленый луч.
Лицо, конечности и одежда сиракузянина скрутились, как охваченная пламенем бумага. Вскоре вместо тела высилась бесформенная серая груда. Она уменьшалась в размерах, пока от нее не остался крохотный слой черной пыли. В воздухе запахло горелым мясом.
Все это время остальные наемники рыскали по всем углам первого этажа. Бесценные античные книги, четырехмерные донафлинские фильмы и голографические документы были свалены на низкий столик.
– Надо ли обыскивать комнаты второго этажа, ваше превосходительство? – спросил наемник в черной маске.
Когти страха вонзились в живот Стри Вортлинга, а тело покрылось саваном из ледяного пота.
– В этом нет необходимости, – ответил Паминкс после недолгого молчания, показавшегося регенту бесконечным. – Наверху помещение деремата и спальни, а у сиракузян нет привычки смешивать работу и отдых, не так ли, ваше преосвященство?
– Конечно, конечно, – пролепетал кардинал, явно раздраженный присутствием наемников и вонью горелой плоти.
– Хорошо. Пусть эти остатки суеверия последуют за своим владельцем. Надо раз и навсегда уничтожить зародыши еретичества. Не так ли, ваше преосвященство?
Кардинал побледнел. Манера Паминкса постоянно брать его в свидетели, словно коннетабль испытывал извращенное удовольствие, превращая его в сообщника мерзкого убийства, все больше раздражала его. Но он собрал все ресурсы ментального контроля и превозмог отвращение к подельникам. Тайное поручение, данное ему Непогрешимым Пастырем, муффием Барофилем Двадцать Четвертым, имело неприятные, даже отвратительные стороны, но он должен был выполнить его безупречно ради величия Крейца. А главное, ради собственной карьеры в Церкви.
– Конечно, конечно, – пробормотал он. – Да охранит нас своей святостью Крейц…
Чтец мысленно вошел в контакт с коннетаблем.
– Ваше превосходительство, я обнаружил чуждое присутствие на втором этаже.
– Глупец! Неужели вы думали, что я ждал вашего сообщения, чтобы заметить это? По-вашему, почему я не позволил наемникам обыскать второй этаж? Речь идет о Стри Вортлинге, регенте Маркината. Я ожидал встретить его здесь: я знал, что он тайно покинул дворец Феркти Анг. И знал также, что он хочет встретиться с Шри Алексу. Кое-кто из его ближайшего окружения сообщил мне о его подозрениях, касающихся нашего Проекта.
– Но, ваше превосходительство, почему вы им не занялись до открытия асмы?
– Еще одна мысль подобного рода – и я отправлю вас в матричные чаны Гипонероса. Насильственная смерть руководителя обязательно ведет к расследованию со стороны конгрегации смелла. Риск был слишком велик.
– Что мы должны сделать?
– Пока ничего. Лучше поройтесь в его мозгу и скажите, что он действительно знает о Проекте. А пока я продолжу беседу с кардиналом.
– Хорошо, ваше превосходительство.
Кардинал осторожно приступил к проблеме, которую поручил ему решить муффий:
– Э… ваше превосходительство, вы не можете не знать… после процесса Шри Митсу, о котором вы только что упомянули… вы не можете не знать, как я уже говорил, что некоторые… государственные деятели Сиракузы, и не самые мелкие, занимаются развратом, который может, скажем, стать известным широкой публике, что нежелательным способом подействует на сиракузский народ и… э… на остальные народы Конфедерации в свете ваших проектов…
– Вы, полагаю, говорите о противоестественной сексуальной практике, – прервал его коннетабль, прекрасно знавший, куда клонит его собеседник.
– Именно так, ваше превосходительство, именно так. Если ваш проект успешно завершится, а он завершится, ибо такова воля Креза, было бы неподходящим показывать всему миру поблекший образ сиракузской цивилизации… Ваше превосходительство, он не знает о Проекте ничего, кроме того, о чем мы здесь говорили…
– Продолжайте ваше обследование. Постарайтесь уловить его дальнейшие намерения. А я пока подумаю над тем, как наилучшим образом решить нашу проблему.