Страница 2 из 3
Мечту качаю, как ладью
Картины из того далёкого детства будут продолжать жить в её стихотворениях.
Глава II
Скорбь
Татьяна Алексеевна сидела в утренней тиши и писала мемуары о своей жизни. Такой далёкой и неестественной. Там были радости и печали, но не было этой выматывающей тоски от одиночества. Такой зелёной, как болото. Да, да, представьте себе, её тоска имела цвет. Эту зелень обрели, когда-то ярко голубые, глаза. Мысли скользили то в прошлое, то возвращались в настоящее… и строчками выливались в стихотворение:
Там – на кладбище, лежат дорогие её сердцу родные – мама, бабушка и дедушка, дядя, муж и сыночек Сашенька. Там… две могилки рядом – мужа и сына. Два креста. Очень часто она стоит у берёзок одна и мысленно ведёт с ними свой разговор:
По вечерам Татьяна Алексеевна всё писала и писала свои горькие, как полынь трава мысли в заветную тетрадочку:
Я который год вдовствую. Мой муж и сын Сашенька – погибли. Остались две мои кровиночки, две доченьки Леночка и Настенька. В 1999г – погиб муж, а в 2000г – умерла мама от рака. Четыре года ушло на выживание, только отошла, и вроде жить захотелось, как в 2005г-умер сын. И теперь по вечерам я записываю свои воспоминания в тетрадочку.
Мой папа погиб, когда мне было три года. Я его совсем не помню. Мама вышла второй раз замуж по любви. Она очень любила отчима и он отвечал ей взаимностью. Но их любовному счастью помешали обстоятельства. Мать отчима воспротивилась браку с женщиной, у которой был ребёнок. Нескончаемые скандалы на этой почве привели, в конечном итоге, к расставанию. Они больше так и не создали себе семью и жили поврозь, в разных городах.
Опять печаль – друзья уходят… Сегодня сотрудница сказала, что похоронили нашего общего знакомого. Я в это время была в Карловых Варах в санатории.
Александру посвящается:
***
Господи, как больно! Душа мечется в тоске по ушедшим в мир иной…