Страница 3 из 5
– Да там меня какими-то таблетками передознули. Желтенькими такими, – спокойно ответил Майкл. – Короче, пустой треп. А если откажешься, то революции не будет ни фига. Как показали события в Тунисе, один бесстрашный самоубийца может вдохновить миллионы. А ты же у нас безбашенная, наша любимая мисс Суицид! Значит, завтра в десять штурмуем полицейский участок. Сэлли, оголишь перед штурмом свою грудь. Будешь как Свобода, ведущая народ. А ты, Джонни, возьмешь гитару и будешь играть для штурмующих.
– Что играть? – спросил Джонни.
– Ну, уж точно не классику. Играй по обстоятельствам. Когда будем гнать копов, сыграй «Let It Be».
Майкл поднялся со стула.
– Ладно, мне пора! – сказал он. – И вы не засиживайтесь. Завтра чтоб были как огурчики.
– Можно ли заниматься сексом в ночь перед Революцией? – спросила Сэлли у Майкла.
– Нельзя, – ответил Майкл. – Самый секс завтра будет! Peace&Vodka!
На следующий день, рано утром, Джонни вызвонил Майкла:
– Майк, Сэлли ночью того… передознулась. Нет больше нашей Сэлли. Видать, она хотела стать такой же доброй и жизнелюбивой, как и ты, наглоталась желтеньких таблетосов, но передознулась капитально. А может она просто, наконец, добилась своего.
– Ёпта, вот и накрылась революция медным тазом, – огорчился Майкл. – Теперь и мне в пору в петлю. Ах, Сэлли!
– Да-а, не получилось нашего совместного выступления. А как бы было красиво: «Suicide Sally&Joh
– Нет, тут нужна голая баба. В наше время толпа только за голой бабой и пойдет. А если баба еще и экзальтированная, как наша Сэлли…
– Ладно, пока!
Джонни-Гитара повесил трубку.
«А ведь я, – подумал Майкл, – в долги влез с этой революцией. Проклятый капитализм! Придется фьючерсы на революцию задвигать».
Ruff In The Jungle Bizness
Синие волны омывали африканский берег. У устья Нигера было полным-полно джунглей, в которых жили веселые обезьяны. Мартышки, орангутанги, шимпанзе, макаки и бабуины. Весело и беззаботно они прыгали по деревьям. С дерева на дерево: прыг-скок!
Прыг-скок! Прыг-скок!.. Прыг-скок!
С пальм падали кокосы. Абориген Василий искал сокровища. Отец Пимен крестил аборигенов в водах Нигера. Зимой Нигер замерзал, и отец Пимен шел по льду на ярмарку.
Раф был вожаком стаи шимпанзе. Он кричал и лазал по деревьям. До определенного времени все фрукты, будь то манго, бананы или кокосы съедались на месте стаями обезьян. Но однажды вожак стаи шимпанзе Раф с высокого-превысокого дерева увидел ярмарку – увидел, как люди торгуют. И он повел свою стаю на ярмарку. Вся стая сошла с высоты деревьев. У каждого шимпанзе в руках было несколько фруктов, которые они несли на ярмарку.
На ярмарке Раф продал фрукты и нанял репетитора, чтобы тот научил его считать и торговаться. Так происходило много дней. Скоро в лесу стал ощущаться дефицит фруктов. Фрукты стали выдаваться по талонам, а сушеные манго – в конвертах. Тот, кто был приближенным Рафа, получал сушеные манго в конвертах и обилие фруктов по талонам. Остальные обезьяны рубились за талоны и ели листья. Срывать плод с дерева для пропитания стало нельзя. Каждое дерево охранялось специальным бабуином. Был издан специальный закон о трех полосках манго, по которому бабуины могли избить палками любого, кто покушался на сладкие плоды манго.
Раф стал меняться. Он научился считать, торговаться, разговаривать. Красножопые макаки танцевали для него, а агрессивные бабуины охраняли веселье. Раф стал расчесывать свою шерсть. Затем шерсть стала опадать. Раф стал выпрямляться и прямоходить. Затем он сходил к цирюльнику и стал уже более похож на человека, чем на шимпанзе. Отец Пимен крестил Рафа в водах Нигера. Вот так, благодаря своему бизнесу, Раф стал человеком, тогда как его подчиненные продолжали оставаться обезьянами.
Абориген Василий, не найдя сокровищ, арендовал лодку и поплыл по океану. Океан был синий-синий. Ветра почти не было. Вдруг возле лодки лопнул пузырь воздуха, поднявшийся из пучины океана. И послышалось: I’d like to be under the sea in an octopus’ garden.
«Это Волшебный Пузырь!» – тут же догадался Василий. Тот самый Волшебный Пузырь, о котором ходят легенды, что когда он лопается, то освобождается воздух, в котором находится чья-то песня.
Тут же лопнул еще один Волшебный Пузырь:
Оказывается, что здесь затонула английская подлодка во время то ли Первой, то ли Второй мировой войны. Хотя, говорят, что никаких двух мировых войн не было, а была одна война с перерывом. Из пузырьков доносилась волшебная песня погибшей затонувшей команды подлодки.
Да, совершенно точно, что затонувшая команда подлодки живет под водой в саду осьминогов. Ведь только там глубоко под водой есть счастье.
Абориген Василий смотрел на лопающиеся пузырьки и слушал песню, как вдруг из воды выглянула чья-то голова. Это был Андрей Макаревич в костюме аквалангиста. Открыв лицо, он спросил у аборигена Василия: «Хорошо ли я пою песню The Beatles?». И запел: Ид лайк то бе ундер вэ се…
Но тут рядом с Макаревичем лопнул Волшебный Пузырь, и всё всем стало ясно.
В голодной России с миллионами нищих Андрей Махаревич вел кулинарную программу «СМЭК». «А сегодня мы будем готовить осьминога, которого я выловил у берегов Африки. И в гостях у нас Анатолий Чубейс – главный электрик и приватизатор страны», – сказал Махаревич, глядя в камеру.
В студию вошел Анатолий Чубайс в элегантном костюме. Чубайс перебирал в одной из рук пару батареек для успокоения. Он прошел к плите, а тем временем Макаревич достал топор и отрубил осьминогу ногу.
Тут внезапно в студии отключился свет. Кажется, свет отключился по всей Москве.
– Толя! – недовольно воскликнул Махаревич, как бы намекая Анатолию на его обязанность – чтобы свет был всегда.
– Извините, простите, – донесся из темноты голос Чубейса, – это Ванюша, мой сын. Я его оставил там за старшего, а он сорванец, видимо, лампочку выкрутил или на кнопку нажал. Или хуже того – рубильник! И нет контакта. Но не волнуйтесь: скоро свет будет! Наверное…
Махаревичу принесли свечу. Он зажег свечу на столе и стал на ней коптить ногу осьминога, и чтобы зрители не скучали, пел: «Пока не меркнет свет, Пока горит свеча».
Из дневника отца Пимена: «Вчера крестил семерых в Нигере. Двое утонули. Господи, когда же эта речка замерзнет?».
Анатолий Чубейс шел со съемок передачи «СМЭК» по темному городу, в котором не было ни капли электричества. Чубейс ощущал себя идущим по джунглям. Каменные джунгли – а в них свой Раф. И у каждого столба по бабуину. Темнота не давала прохожим возможности опознать Чубайса. Только в идеальной темноте Анатолий мог спокойно гулять по городу. И он наслаждался этой возможностью: свободно гулять и чувствовать себя хозяином каменных джунглей.
Снежные пирамиды
«Цивилизация Нун известна нам тем, что строила снежные пирамиды – великолепные огромные монументы», – заявил доктор исторических наук Клаус фон Ноф.
Цивилизация Нун была легкомысленна и сиюминутна. Она наслаждалась определенными моментами. Много работала ради этих моментов. А затем недолго наслаждалась. Зима была порой наслаждения. Но весной снег таял…
Одна ветвь народности Нун, прозванная историками Куннун мигрировала в Антарктику. Там она попыталась утвердить красоту снежных пирамид на века…
Остальные ветви цивилизации Нун стали использовать другой строительный материал вместо снега, и понастроили пирамид по всему миру.
Древние египтяне – это потомки цивилизации Нун, создававшей пирамиды из снега.