Страница 195 из 232
Капитан воспользовался предоставившейся возможностью, чтобы дать отдых команде и отдохнуть самому. Несмотря на то, что каждый из них с благодарностью воспользовался бы предложением провести в постели месяц, четыре-шесть часов сна казались им чем-то вроде кружки воды для умирающего от жажды в пустыне, достаточно, чтобы продержаться еще немного. А продержаться оставалось действительно немного: ровно сто миль до остроконечной кромки арктических льдов. Примерно шестнадцать часов хода.
«Чикаго» плыл в пяти милях перед остальными двумя субмаринами. Каждый час Макафферти поворачивал на восток и с помощью буксируемой антенны определял их точное положение. Это было непросто: услышать «Бостон» и «Провидено» было трудно даже на таком расстоянии.
Капитан пытался понять ход мыслей русских. Тактика навала, к которой прибегали группы «криваков» и «гриш», не оправдала себя. Русские поняли, что одно дело использовать эти корабли для заградительных операций против группы «кипанч», но совсем другое — против современных подводных лодок, несущих торпеды и ракеты дальнего действия и пользующихся компьютеризованной системой управления огнем. Их зависимость от акустических буев, действующих в активном режиме, снизила эффективность противолодочных самолетов, а тактика, едва не принесшая им успех — когда русские помещали дизельную подводную лодку между полосами акустических буев и затем спугивали цель сброшенной наугад торпедой, — тоже потерпела неудачу. Слава Богу, подумал Макафферти, что они не подозревают, насколько близко оказались от успешного осуществления этого плана. Их подводные лодки типа «танго» являлись опасными противниками, бесшумными, с трудом поддающимися обнаружению, однако русским все еще приходилось расплачиваться за недостаточно совершенное гидролокационное оборудование. Короче говоря, теперь Макафферти был почти уверен в благоприятном исходе операции — более уверен, чем на протяжении нескольких последних недель.
— Ну, как дела? — обратился он к офицеру у прокладочного столика.
— Похоже, они движутся по тому же курсу, что и раньше, в десяти тысячах ярдов позади нас. Мне кажется, что вот это — «Бостон», он маневрирует заметно больше. «Провидено» тащится по прямому курсу. Мы сумели точно определить ее позицию.
— Лево руля десять градусов, переходим на новый курс три-пять-пять, — скомандовал Макафферти.
— Есть лево руля десять градусов, переходим на новый курс три-пять-пять. Сэр, руль положен на левый борт, десять градусов.
— Отлично, — отозвался капитан и отпил глоток горячего какао. Это была приятная перемена после кофе. «Чикаго» медленно поворачивал на север. В кормовом машинном отделении механики подводной лодки следили за приборами, контролирующими действия реактора, работающего сейчас на десяти процентах своей мощности.
Единственное, что было плохо, — это шторм, бушевавший на поверхности. По какой-то причине по шапке мира один за другим проносились шквалы, а этот бушевал всерьез. По мнению акустиков, волны, разгоняемые ветрами в сорок узлов, превышали пятнадцать футов, что было необычно для арктического лета. В результате шторма чувствительность гидролокаторов снижалась на десять-двадцать процентов, однако по мере приближения к паковым льдам условия будут приближаться к идеальным. Бушующие волны станут ломать льдины площадью с акр, превращая их в ледяное крошево, а при таком грохоте обнаружить американские субмарины будет невозможно. Шестнадцать часов, сказал себе Макафферти. Шестнадцать часов — и мы покинем опасную зону.
— Рубка, докладывает гидропост. Обнаружен контакт на пеленге три-четыре-ноль. В данный момент у нас не хватает данных для более точной характеристики.
Макафферти прошел вперед к акустикам.
— Покажите.
— Вот здесь, шкипер. — Старший акустик постучал пальцем по дисплею. — Я не могу сосчитать число оборотов, сведения слишком отрывочные. Похоже, это атомная подводная лодка, — добавил он.
— Попытайтесь смоделировать ситуацию.
Старший акустик нажал на кнопку, и на соседнем экране появилась модель ситуации, показывающая приблизительное расстояние, рассчитанное компьютером на основании местных гидрологических условий. Расстояние прямого гидролокационного обнаружения чуть превышало тридцать тысяч ярдов. Глубина была еще недостаточной для возникновения зон схождения, но уже прослушивались отдаленные низкочастотные шумы от паковых льдов. Эти шумы скоро начнут мешать акустикам различать гидролокационные контакты, подобно тому как яркий солнечный свет мешает видеть горящую электрическую лампу.
— Различаю постепенное изменение пеленга, слева направо, пеленг на цель сейчас три-четыре-два…, немного затихает. А это что? — Старший акустик посмотрел на новую расплывчатую линию в нижней части дисплея. — Возможный новый контакт на пеленге ноль-ноль-четыре. — Линия исчезла на две минуты и появилась снова, теперь на пеленге ноль-ноль-шесть.
Макафферти подумал, а не пробить ли боевую тревогу. С одной стороны, очень скоро может возникнуть необходимость атаковать эту цель…, но ведь такая необходимость может и не появиться. Не лучше ли дать команде отдохнуть еще несколько минут? Он решил подождать.
— Контакты становятся более четкими. Теперь у нас два возможных контакта с подводными лодками на пеленгах три-четыре-ноль и ноль-ноль-четыре.
Макафферти вернулся в рубку и приказал повернуть на восток, чтобы буксируемая антенна с гидролокационными датчиками могла прислушаться к новым целям и одновременно снять крюйс-пеленги на них, чтобы определить расстояния. Он получил больше данных, чем рассчитывал.
— «Бостон» поворачивает на запад, сэр. Я ничего не обнаружил в том районе, но «Бостон» определенно направляется на запад.
— Пробить боевую тревогу, — приказал Макафферти. Капитан знал, что не следует так будить людей, столь нуждающихся в сне. В кубриках и каютах по всей подводной лодке люди мгновенно просыпались и скатывались со своих коек, причем одни падали на палубу, тогда как другие карабкались наверх в тесных помещениях. Они занимали свои места по боевому расписанию, заменяя находившихся там вахтенных, у которых по боевому расписанию были другие посты.
— Посты заняты по боевой тревоге, сэр.
Опять за работу. Капитан стоял, склонившись над прокладочным столиком, и обдумывал создавшуюся тактическую ситуацию. Две возможные субмарины противника находились слева и справа от его курса, ведущего на север, к кромке паковых льдов. Если «Бостон» изменил курс, значит, Симмс тоже заметил опасность — или на западе, или за кормой. Всего за двадцать минут спокойная уверенность покинула Макафферти, и на смену снова пришло параноидальное настроение. Что происходит? Почему две подводные лодки находятся почти прямо на его пути?
— Подвсплыть на перископную глубину. — «Чикаго» начал медленно всплывать с крейсерской глубины семьсот футов. На это потребовалось пять минут. — Поднять радиоантенну.
Тонкая мачта пошла вверх, выталкиваемая гидравлическими цилиндрами, и начала передавать оператору электронные данные.
— Шкипер, обнаружил три радиолокатора самолетного типа, действующие в высокочастотном диапазоне, — произнес оператор и считал пеленги с экрана.
Это «беары» или «мэи» «"Мэями" по классификации НАТО называются турбовинтовые морские разведывательные противолодочные самолеты Ил-38.», подумал Макафферти.
— Посмотрим вокруг. Поднять перископ. — Капитан дал возможность перископу подняться на полную высоту выше бушующих волн. — О'кей, вижу «мэй» на пеленге один-семь-один низко на горизонте, летит на запад — сбрасывает акустические буи! Опустить перископ! Акустик, у вас есть что-нибудь на юге?
— Ничего, кроме своих подводных лодок. «Бостон» уходит за пределы досягаемости, сэр, его почти не слышно.
— Погружаемся на шестьсот футов. — Русские почти полностью полагаются на данные, полученные от акустических буев, действующих в активном режиме, черт побери. Как только субмарина достигла заданной глубины, он приказал повернуть обратно на север и замедлить ход до пяти узлов. А вот теперь они пытаются обнаружить нас пассивными гидролокаторами. Должно быть, где-то им удалось что-то услышать…, а может быть, и нигде. Слежение с помощью пассивных гидролокаторов — исключительно сложный процесс, и даже с помощью высокотехнологичного оборудования, применяемого на западных флотах, приходилось сталкиваться с множеством ложных контактов… С другой стороны, мы фактически и не скрывали направление своего движения. Русские могут заполнить весь этот район своими кораблями. Почему бы нам не попробовать что-то иное? Но что? Оставался еще один проход на север, но он был еще уже этого Западный проход между островом Медвежьим и Нордкапом гораздо шире, но там сосредоточена половина советского Северного флота, образующего заслон. Интересно, удалось ли уйти «Питтсбургу» и остальным лодкам? Наверно. Они могли двигаться быстрее Ивана, так что опередят его, не дав ему возможности организовать преследование. В отличие от нас.