Страница 132 из 202
Адмирал Джек Уорд прошел во внутренний двор Министерства обороны мимо часовых, отдавших ему честь. Секретарь адмирала, лейтенант Харада, сопровождал его. Они прилетели из Хитроу на крошечном британском вертолете, прозванном "Газелью". Эта же "Газель" ожидала их в центре дворика. Мотор уже работал, винт медленно вращался. Адмиральский самолет с флагманского авианосца в свою очередь ждал их на взлетной полосе Хитроу, чтобы доставить командующего флотом обратно в море.
Адмирал низко пригнулся под вращающимися лопастями винта "Газели", протиснулся внутрь вертолета и уселся на узкую неудобную скамью за спинами двух пилотов. Харада занял место рядом с ним и захлопнул боковую дверцу вертолета.
Адмирал наклонился к уху второго пилота и попросил:
– Пожалуйста, взлетайте, как только будете готовы, мистер!
– Есть, сэр! Потерпите еще полминутки, – светловолосый блондин оглянулся на адмирала с улыбкой. – Мы только ждем Высочайшего соизволения подняться в воздух от очень "нервных девиц" из службы противовоздушной обороны. – Я прав, Тони?
Старший пилот, не снимая наушников, кивнул.
– Проклятые лягушатники и джерри полезли на нас опять, сэр! На этот раз их засекли над Саутхемптоном. Говорят, они натворили там немало гадостей.
Уорд нервно ерзал на жестком сиденье. Ему было совсем не с руки пережидать на берегу воздушные атаки неприятеля. Особенно сейчас, когда события начали разворачиваться с молниеносной быстротой.
Внезапная возросшая интенсивность французских и немецких нападений на британские аэродромы и порты принесла очень много неприятностей. После неудачной попытки нанести вред его авианосцам, высшее командование ЕвроКона, вероятно, решило ударить по самому слабому звену той цепи, которая связывала польский фронт и Америку. Оно стремилось нанести как можно больший ущерб, а может быть, совсем вывести из войны Англию.
Окончание холодной войны сразу же замедлило деятельность военных Соединенного королевства по перестройке и укреплению своей воздушной обороны. Станции слежения за противником, несколько эскадрилий перехватчиков "Торнадо" и батареи ракет "Пэтриот" могли, разумеется, поразить достаточное количество вражеских целей. Но они не были в состоянии уберечь страну от всех вражеских рейдов, появление которых в небе над Англией было непредсказуемым. Ведь французские авиабазы находились так близко от британских островов – всего несколько минут полета, и они уже над южной Англией.
И вот результат. Первые же атаки ЕвроКона нанесли непоправимый ущерб. Рейд "Миражей" на базу в Нортоне оставил после себя развалины, сотни убитых, больше тысячи тяжелораненых. Последующие рейды привели к почти таким же потерям. Воздушные и подводные атаки уничтожили большое количество транспортных самолетов и судов, а главное, погиб их груз, который был дороже золота.
Лидеры ЕвроКона питали надежду, что удар по Англии заставит США и других союзников содрогнуться от ужаса. Действительно, значительные потери привели к тому, что британские войска приостановили свое продвижение на польском фронте. Вероятно также, они надеялись, что командование ВВС Объединенных сил, чтобы усилить оборону Британии, прекратит, за недостатком средств, бомбардировки объектов на территории Франции и Германии. Но жертвы, принесенные Соединенным королевством на алтарь войны за демократию, наоборот, укрепили решимость Вашингтона и Лондона сотрудничать еще теснее между собой и ответить ударом на удар. Негодяи, засевшие в парижских и берлинских правительственных кабинетах, вероятно, плохо знали историю и законы, управляющие сознанием людей в экстремальной ситуации.
Уорд прибыл в Лондон накануне поздно ночью, чтобы присутствовать на утреннем заседании Объединенного комитета начальников штабов. Перелет обошелся ему дорого – сутки без сна, гнетущая усталость, боль во всем теле. Но зрелище, которому он стал свидетелем, вознаградило его за все неудобства и страдания во время долгого пути. Несмотря на три большие звезды, сверкающие на его погонах, адмирал был незаметен и, казалось, играл самую незначительную роль в блестящем обществе, в которое он попал. Его окружали такие деятели, как британский премьер-министр, командующий британской армией, королевскими военно-воздушными силами, королевским военно-морским флотом, а также командующий морскими операциями всех флотов США и председатель Объединенного комитета начальников штабов всех родов войск Америки.
Премьер-министр начал свою вступительную речь со следующего сообщения:
– Я только что разговаривал по "горячей" линии связи с президентом США, а также с премьер-министром Норвегии. Нами было решено возложить на вас новое задание, джентльмены. Причем, его необходимо выполнить как можно скорее. Миссия, которая вам предстоит, имеет значение поистине историческое. Вы должны уничтожить весь арсенал тактического и стратегического ядерного оружия Франции.
Уорд вспомнил тот внезапный и изумленный хор голосов, которым встретило высокое собрание заявление премьер-министра, произнесенное, кстати, тихим голосом, без всякого пафоса. Начать охоту за французским "атомом" означало переступить опасную грань. Несмотря на то, что он получил из Вашингтона предупреждение о том, что такой приказ может поступить, он все-таки не ожидал от политиков подобной решительности.
– Пока, слава богу, не наблюдается признаков того, что наши враги намерены использовать ядерное оружие против Соединенного королевства или Норвегии. Но мы все прекрасно знаем, что их поведение непредсказуемо.
Уорд в очередной раз восхитился истинно британской логикой премьер-министра. Подтекст был таков: они очень плохие, а мы – очень хорошие, поэтому мы имеем право делать все, что нам заблагорассудится, и это всегда будет справедливо и пойдет на благо человечеству. Уорд слушал премьера и вспомнил то, чему был свидетелем несколько дней назад. Воспоминание об "атомном солнце" в небе над своим кораблем заставило его вздрогнуть.
– Париж должен почувствовать, что его прижали спиной к стене, – продолжал премьер-министр. – Мы не можем предугадать действия людей, доведенных до отчаяния, поэтому мы должны пойти на этот шаг, чтобы лишить змею ее ядовитого жала.
Началось обсуждение деталей операции. Уорд еще раньше предлагал кое-какие меры, которые были теперь включены в план. Но некоторые из превентивных действий, предложенные премьер-министром, были настолько решительны и жестоки, что даже у адмирала они вызвали внутренний протест.
Американские корабли класса "Огайо" получили приказ перенацелить свои ракеты на Францию, а также часть их на Германию. Главная мишень – это ядерные силы. Вторая цель – центры управления связью с армейскими подразделениями на всех направлениях.
То же задание получили корабли королевского флота.
Наибольшую тревогу в оперативном плане вызывал пункт о выведении из глубоких и тщательно охраняемых шахт и приведении в боевую готовность ядерного оружия. Специально отобранные американские подлодки и надводные корабли должны срочно переоборудовать свои управляемые "Томагавки" на использование ядерных боеголовок. Хотя Объединенные силы не хотели бы первыми применять ядерное оружие на густонаселенной территории, они полны решимости заставить Францию понять, кто победит и кто проиграет, если начнется потасовка.
Вот такой тирадой закончил свое выступление премьер-министр Великобритании.
Тревожные размышления адмирала прервал голос пилота:
– Понял, мое сердечко, моя любовь до гроба! Даешь свободный коридор прямо в Хитроу? Спасибо, моя красавица. Два-шесть-два... Уровень пятьсот футов. – Он крутанулся на своем вращающемся сиденье. – Пожалуйста, пристегнитесь, джентльмены! Взлетаем! Лягушатников прогнали. Они драпают к себе домой, в болото! Нам расчистили дорожку.
Лейтенант Харада поинтересовался:
– А что будет, если мы выйдем за пределы воздушного коридора?