Страница 130 из 202
Местность вновь пошла под уклон. Внизу раскинулась плоская обширная равнина, усеянная маленькими поселками, прямоугольниками полей и зелеными кружочками рощ – долина Белой Лошади, так она называлась.
"Миражи" вновь почти прижимались брюхом к поверхности земли. В радионаушниках пилотов прозвучал низкого тона басовитый прерывистый сигнал – бип, бип. Это означало, что воздушная радарная разведка начала за ними охоту. И американцы, и англичане держали в небе над южной Англией самолеты "Авакс".
Сигналы радара стали тоном выше. Они уже не гудели, они попискивали. Значит, их засекли.
Летчик усмехнулся. "Авакс" слишком поздно проснулся. Четыре французских боевых машины были уже в двадцати километрах от цели. Всего девяносто секунд полета. Он покачал свой "Мираж" в воздухе, привлекая внимание товарищей, и увеличил скорость.
НОВОСТИ СИ-ЭН-ЭН, РЕПОРТАЖ СО ВЗЛЕТНОЙ ПОЛОСЫ, АЭРОДРОМ НОРТОН, В ОКРЕСТНОСТЯХ ОКСФОРДА
Телеведущий Си-эн-эн оживлял свой рассказ об усилении военных приготовлений показом впечатляющих кадров, передаваемых непосредственно с места событий.
Гигантские транспортные самолеты, вытянувшиеся в линию, не были похожи на летательные аппараты, способные оторвать свою колоссальную массу с бетонированной полосы. С разных сторон к ним устремлялись грузовики и тягачи с платформами, забитыми контейнерами, ракетными установками, бронетехникой. Направляющие диски конвейеров безостановочно вращались и тянули бесконечные серые ленты, на которые ложился груз, давя на них всей тяжестью, чтобы почти тотчас же быть проглоченным и исчезнуть в ненасытной утробе воздушного великана. Гражданские самолеты разнообразной раскраской отличались от выкрашенных в одинаково зеленый цвет военных машин, предназначенных для переброски личного состава.
Нескончаемые колонны пехотинцев исчертили взлетное поле зелено-коричневыми пятнистыми лентами. Они тянулись из-за горизонта к трапам самолетов и проглатывались распахнутыми, как жадные рты, люками. Солдаты горбились под тяжестью своего снаряжения. Каждый нес на себе не меньше ста двадцати фунтов амуниции, не считая оружия.
Главная взлетная полоса длиной в три километра сделала военно-воздушную базу Нортон основным пунктом, откуда люди и грузы направлялись на польский фронт.
Тележурналист специально надел брюки цвета "хаки", такую же рубашку и десантную маскировочную куртку. Одежда военного образца давала ему ощущение сопричастности ко всему происходящему.
Он чувствовал себя маленьким, но небесполезным винтиком в запущенной на полную мощь военной машине. Он напрягал голос, перекрикивая рев авиационных двигателей и лязг ленточных погрузчиков.
– Британская 1-ая бронетанковая...
Внезапный, сверлящий слух до боли звук остановил его на полуслове. Волны этого звука кругами расходились в пространстве, леденя душу.
– Что это за шум? – Паническое свое состояние репортер старался упрятать за внешней деловитостью. – Может быть, это учебная тревога?
Но он уже знал, что это такое.
Телевизионный кадр пересек бегущий куда-то офицер с криком:
– В укрытие! Всем в укрытие!
Взрывы перекрывали надсадный вопль сирены.
Изображение в телекамере вздрогнуло, потом перекосилось. Мелькнули в кадре ангары, казармы, диспетчерские вышки. Обрывки фраз доносились через микрофон до телезрителей.
– Боже, посмотри туда! Ты в порядке?.. Что с камерой?
Изображение мелькало и металось, так же, как и люди вокруг, охваченные паникой. Но вот кадр вновь установился, и взгляду открылась совсем иная картина. Столбы дыма поднимались над взлетной полосой. Из горящих машин вырывались огненные ленты и, как змеи, сплетались в воздухе. Это взрывались контейнеры и ящики с боеприпасами. Колонны пехотинцев рассыпались и превратились в толпу куда-то бегущих с воплями ужаса людей, спотыкающихся, падающих и корчащихся от боли или остающихся лежать неподвижно на обожженной траве и бетоне. Дымно-огненные грибы вырастали на глазах. Красно-оранжевые шары возникали повсюду и лопались, рассыпая в воздухе вокруг раскаленные металлические частицы.
УСТЬЕ ТЕМЗЫ
Немецкая подлодка под командованием капитана Теодора Риттера лежала на дне в устье Темзы. Она спряталась за обломками корабля, затонувшего еще в годы последней войны. До Лондона было рукой подать – всего сорок километров.
Подводные лодки Германии были безымянными. Лодка Риттера не составляла исключения из общего правила. Она просто обозначалась номером "U-32". Размеры ее были небольшими – в одну пятую часть атомной подлодки класса "Лос-Анджелес". В отличие от американских подводных великанов, немецкие подлодки не совершали далекие рейды на расстояние в десятки тысяч миль. Они предназначались для прибрежных операций неподалеку от своих баз.
Подлодка "U-32" класса "212" принадлежала к новому поколению подобных судов. Современная техника давала ей дополнительные шансы на победу в схватке с противником. Вместо дорогостоящего атомного реактора, на ней стоял не потребляющий воздуха двигательный агрегат. Более старшему поколению подлодок, когда их аккумуляторы "садились", приходилось всплывать на поверхность, запускать для подзарядки дизельные моторы и запасаться воздухом. Это был достаточно "шумный" процесс, а на войне "шуметь" подлодке было очень рискованно.
"U-32" и лодки такого же типа не нуждались в подзарядке и всасывании воздуха. Баллоны с жидким кислородом под давлением приводили в движение механизмы, заменяющие дизели. Субмарина могла заряжать свои батареи под водой и далее продвигаться в полной тишине при помощи электромоторов. Сочетание такой бесшумной техники с поглотителями электромагнитных полей, с покрытием, поглощающим сонарное эхо, с локаторной системой поиска целей разведки и управления огнем делало лодку "U-32" так же, как и ее сестер-близнецов, смертельно опасной для любого противника.
Проникнуть так глубоко во вражеский тыл мимо противолодочных патрулей Объединенных сил было нелегко. Немецкая подлодка не спешила ввязываться в бой. Осторожно маневрируя, она благополучно обошла все одиночные фрегаты и эсминцы, встреченные по пути, не трогая их. Зато и ее никто не тронул. У капитана и экипажа была своя задача.
И вот, наконец, лодка тихо опустилась на мягкий ил на дне Темзы. Когда остановились все двигатели, ни один акустический сонар уже не мог ее обнаружить. Она не отражала никакого электронного эха. Локаторы прощупали устье Темзы и ничего не "увидели", кроме слегка холмистого дна и утонувших предметов – следов всеми давно забытых кораблекрушений.
На руках у немцев были три козырные карты – во-первых, малые габариты подводной лодки, водоизмещением всего в одну тысячу тонн; во-вторых, ее надежное антирадарное покрытие. И, в-третьих, что важнее всего, ее скрывал проржавевший корпус мертвого корабля, лежащего на дне. "Покойник" прикрывал собой живого, застывшего в напряженном ожидании подводного хищника. Риттер и его экипаж приготовились ждать долго. Терпения и выдержки им хватало, как у паука, раскинувшего свою сеть и выжидающего свою жертву. Только воздух внутри лодки с каждым часом становился все тяжелее и все непригоднее для дыхания.
Корабль Королевского флота "Брекон" возглавлял конвой судов, направляющихся в Гданьск. Построенный из особо прочных материалов, снабженный всем, что смог изобрести человек для борьбы с подводным врагом, "охотник" за минами класса "Хант" зарекомендовал себя в битве за Фолклендские острова, в считанные часы уничтожив минные заграждения аргентинцев, установленные перед входом в Порт-Стэнли.
Теперь он следовал со скоростью десять узлов, исследуя устье Темзы со всей тщательностью, на которую был способен. В кильватер ему шли два фрегата "Чатэм" и "Лондон". Три крупнотоннажных транспорта и замыкающий морской фрегат "Арджилль". На военных кораблях поддерживалась полная боевая готовность. На транспорты было погружено тяжелое вооружение, боезапас, а также личный состав одного из ударных полков армии Великобритании.