Страница 1 из 8
Блеск алмазов и коварство
Детектив
Николай Михайлович Калифулов
© Николай Михайлович Калифулов, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Три месяца назад меня назначили директором филиала детективного агентства «Филёр», который ранее возглавлял Роман Захарович Бережной. Именно он настоял на моём назначении, перед тем как уехать работать в центральный офис столичной конторы. Поводом послужил развод с женой. Роман Захарович остро переживал расторжение брака и когда ему предложили повышение, не раздумывая согласился.
Его бывшая жена Раиса Марковна Шмулович, сорока семи лет, известная в городе бизнес – леди вскоре выскочила замуж за сорокалетнего красавца. Раиса Марковна была удачливым предпринимателем. Доставшийся ей в наследство небольшой капитал в виде драгоценных изделий, она приумножила: за короткое время создала сеть ювелирных магазинов и выкупила контрольный пакет акций ювелирной фабрики.
Детективное агентство «Филёр» занимало три комнаты на третьем этаже восьмиэтажного здания в самом центре города. Я сидел за столом и перебирал ворох служебных бумаг. Неожиданно заверещал мобильный телефон. Я взглянул на дисплей: звонил Бережной.
– Здравствуй Гриша.
– Здравствуйте, Роман Захарович, – ответил я, немного удивлённый. – Вы приехали в Орёл?
– Нет. Я в Москве. Но дело не в этом. Я сразу перейду к делу. Моя жена совершила глупость, бросив меня и выйдя замуж за молодого прохвоста. Он нигде не работает и тянет из неё деньги. Она только что звонила, сообщила, что уличила мужа в чём—то скверном, но по телефону рассказывать об этом не решилась. Она не знает что делать. В полицию обращаться не хочет. А я не могу к ней приехать, так как вечером выезжаю в командировку. У меня к тебе просьба: разберись в ситуации, помоги ей.
– Хорошо, Роман Захарович, постараюсь помочь Раисе Марковне, – обнадеживающе ответил я.
– Я не сомневаюсь, – сказал он и отключил связь.
Я вернул мобильник в карман и причесался, перед тем как провести короткое совещание. В отражении зеркала на меня смотрел выше среднего роста худощавый мужчина, с удлинённым скептическим выражением лица, с залысиной в лобной части головы, с лёгкой проседью на висках, голубыми глазами и плотно сжатым ртом. Я испытал сумбурные девяностые годы, набрался опыта и не разочаровался в жизни. Я был в полном расцвете сил, выглядел гораздо моложе своих лет, а всё, потому что следил за своим здоровьем: спорт и рациональное питание сделали своё благоприятное дело.
Я положил расчёску в карман и впустил в кабинет своих сотрудников. В течение получаса я раздал им соответствующие распоряжения, подписал необходимые документы. Затем с чистой совестью поехал на встречу с Раисой Марковной.
Особняк в Ново—Некрасовке окружал высокий каменный забор. Кованые ворота и калитка, выполненные в едином стиле средневековья, отличались своей помпезностью. Я толкнул калитку.
К парадному входу вела дорожка из тротуарной плитки, по обеим сторонам разрослись георгины. На ровно постриженных газонах красовались кусты роз. Чуть в стороне возвышалась огромная беседка, которую обвивали виноградные лозы. К ней вела садовая тропинка. За домом среди многочисленных плодовых деревьев виднелись ягодные насаждения. Чуть в стороне я заметил постройки: гараж, баню, сарай.
Я подошёл к двери и нажал на кнопку звонка. Ждать пришлось недолго. Дверь открыла хозяйка. Раиса Марковна была ни красавицей, ни уродиной, ни толстой, ни худой. Как мне показалось, в ней не было никакой женской привлекательности, никакого очарования. Брюнетка в больших черепаховых очках, в туфлях на низком каблуке. Вид у неё был такой постный и нудный, какой бывает только у обделённых лаской пожилых женщин. На ней была надета синяя блузка с рюшей и фиолетовая юбка. На шее подвеска украшенная бриллиантом, серьги и перстень из той же коллекции. Её глаза непередаваемого сиреневого оттенка довольно бесцеремонно рассматривали меня. Выражение лица было одновременно скептическим и оценивающим. Я невольно отвёл взгляд. Она распахнула дверь. – Вы Григорий Гонымар?
Я утвердительно кивнул.
– Проходите, – сказала она и отошла в сторону, пропуская меня.
Я проследовал внутрь дома. Передо мной открылось великолепное пространство современной роскоши просторного холла. Элитный статус интерьера подчеркнул изысканный барельеф с романтическим городским пейзажем. Не менее гармонично вписался в интерьер резной декор, которым инкрустированы все двери в особняке, а также завитки лепнины на потолке. Гладь натурального мрамора на полу дополнена элегантными орнаментами из резного камня. Раиса Марковна обустроила себе роскошный особняк – образец расточительства и крикливого хвастовства.
На стене я увидел огромную картину с изображением амазонки со светлыми волосами, заплетёнными в косички. Девушка была верхом на великолепном вороном жеребце с характерной белой звёздочкой во лбу, который приподнялся на дыбы. На заднем плане изображены лучники, скачущие на красивых лошадях. Я залюбовался картиной. Раиса Марковна встала рядом. – Это моя дочь – Жанна, – пояснила она.
– Великолепный портрет, – оценил я. – За ней, наверное, женихи бегают табунами, как те всадники.
– Нет, – спокойно возразила она. – Любое ухаживание мужской особи она отшивает мгновенно. Знающие её характер мужчины к этому привыкли и не пристают.
Раиса Марковна поправила свою причёску и окинула меня проницательным взглядом. – Мой бывший супруг хорошо о вас отзывался. Он сказал, что вы один из немногих, кто не болтлив и готов помочь женщине, которая запуталась в жизненных обстоятельствах.
Меня охватило состояние неловкости. – Я помогу вам, насколько это возможно, – буркнул я и приготовился слушать.
– Прежде чем перейти к подробностям, мне хотелось бы узнать вашу реакцию на мою странную находку, – вымолвила она. – Идёмте со мной. Я покажу вам кое—что.
Хозяйка провела меня в просторную уютную спальню, соседствующую с ванной и туалетом. Комнату, несомненно, занимал мужчина. Об этом нетрудно было догадаться по бритвенному прибору, мужским шампуням и одеколону на туалетном столике с зеркалом. Изящный мебельный гарнитур белого цвета был прекрасно вписан в интерьер спального помещения.
Хозяйка подошла к платяному шкафу, открыла дверцу, вытащила наружу чемодан с цифровым замком, колёсами и двумя ручками (сверху и сбоку), поставила у моих ног и открыла. В глаза бросилась чёрная карболитовая коробочка с выдвижной крышкой. Раиса Марковна посмотрела на меня. – Взгляните на содержимое.
Я присел на корточки и открыл коробочку. Она была заставлена пузырьками с разноцветной жидкостью.
– Что это? – с удивлением спросил я.
– Я хотела, чтобы вы на это посмотрели, – взволнованно вымолвила она.
– Я стал перебирать странную коллекцию, внимательно вчитываясь в этикетки и произнося: – Сок аканита, сок асклепида, сок кантареллы, сок цикуты…
– Пока хватит, – раздражённо прервала хозяйка. – Что вы думаете об этом?
Я с удивлением взглянул на неё. – Трудно сказать, – ответил я. – Возможно, лекарства или наркотики.
– Вы ошибаетесь, – в её голосе прозвучало явное неодобрение.
Я вынул пузырёк с надписью «сок цикуты» и стал внимательно рассматривать. Меня внезапно осенило.
– Неужели яд, – тревожась, предположил я.
– Вот именно, – с облегчением выдохнула Раиса Марковна. – В интернете об этом я нашла единственную информацию: Сок цикуты, он же яд цикуты, тот самый, который выпил Сократ перед казнью. Надеюсь, вы знаете кто это?
– Это древнегреческий философ, – ответил я. – Наверное, яды принадлежат вашему мужу. Но тогда возникает вопрос: для кого они предназначены?
Раиса Марковна приуныла. – О Боже, – тяжело проронила она. – Я не могу поверить, чтобы Виктор всё это приготовил для меня.
В её голосе слышались волнительные нотки. Я ощутил, как у меня вспотели ладони. Но я решил её успокоить. – Думаю, это не связано с вами, просто какое—то недоразумение. У вас есть домработница?