Страница 56 из 91
- Мне понадобится совсем немного времени. Совсем немного. - Твердила она с неожиданным упорством. - Только не мешай мне, прошу, не мешай!
Больше за весь перелет в Лос-Анджелес Берту не удалось вытянуть из неё ни слова. Сандра молчала с такой напряженной сосредоточенностью, будто решала в уме сложнейшие математические задачи.
- Я думала все это время в клинике, думала во время перелета в Штаты... Голова разламывается, а туман не рассеивается. Хотя мне удалось вспомнить достаточно, чтобы принять решение. - Сандра подняла на Берта строгие глаза. - Ты выручил меня, не уличив в обмане перед врачами и полицией. Я должна была попасть в Америку неузнанной и мне необходимо ещё несколько дней...
Думаю, дня через три-четыре ситуация разрешится. Только ещё одна просьба - мне понадобится немного денег, чтобы приобрести кое-что из вещей и расплатиться за номер.
Берт протянул Сандре бумажник:
- Возьми, сколько надо.
- Спасибо. Я возмещу все расходы. Хотя, конечно, я перед тобой в неоплатном долгу. Если бы ты знал, Берт, как много ты для меня сделал! Сизые, цвета грозового неба глаза смотрели на него с такой преданностью, что сердце Берта дрогнуло. Давно, очень давно, Мона не дарила его таким взглядом.
- Рад был помочь тебе, детка.
- Спасибо. Возможно, мы больше не увидимся. Тебе лучше держаться подальше от меня, пока... Пока все не закончится. Прощай. - Сандра протянула Берту руку, но вместо того, чтобы пожать её, Берт удобно расположился в кресле. - Так не пойдет, детка. Я не привык играть втемную. Меня использовали, заставили разыграть непонятную роль, а теперь - "Гуд бай, дружище!"
Берт нажал на кнопку. Появилась заспанная горничная с фальшивой улыбкой на отекшем лице.
- Господам что-то угодно.
- Угодно позавтракать. Что там у вас из деликатесов? Ну, чтобы не пришлось промывать желудок после отравления. Чизбургеры? Тащи, только побольше. И ещё хрустящий картофель, попкорн, "Пепси"... И будь добра, крошка, устрой хороший кофе. Этого достаточно? - Берт протянул пятьдесят долларов.
- Я живо управлюсь. - Пообещала довольная негритянка.
Берт озабоченно присмотрелся к Сандре:
- По-моему, тебе надо отдохнуть. А все разговоры потом, хотя я умираю от желания узнать, кому обязан счастьем обзавестись такой миленькой супругой... Если честно, у тебя измученный вид.
- Пойду приму душ и хорошенько подумаю ещё раз. Это здорово, что согласился меня выслушать. Уж очень тяжело держать все в себе. - Она закрылась в пластиковой кабинке в углу номера и сквозь шум воды Берт услышал:
- Совсем не просто признаться в том, что тебя хотели убить.
- Завершай купанье и расскажи все по порядку. Я умираю от любопытства. - Крикнул Берт, на самом деле озадаченный случившимся. Когда эта худенькая девочка, так потрясающе похожая на Мону, протопала в душ на своих ещё совсем недавно неподвижных ногах, он потряс головой, отгоняя наваждение. Все было очень похоже на сон или болезненный бред после черепной травмы.
Сандра вернулась, закутавшись в полотенце.
- Извини, у меня не во что переодеться, а платье далеко не свежее. Я сразу залезу под одеяло и буду говорить, пока не усну... Потом высплюсь... А завтра - убью их - Она сняла с мокрых волос полотенце.
- Смешно... Ты и впрямь - вылитая Мона. Только волосы тебе зря покрасили. были такие славные, детские русые кудряшки... Удивительная память для мужчины. Обычно меня в упор не замечали представители сильного пола.
- Но это же совсем другое дело! Все, что касается внешности моей жены - священно. Но кого ты собираешься пристукнуть?
Сандра вздохнула:
- Кажется, лучше начать все по порядку. Иначе ты ничего не поймешь... Первые дни в клинике прошли в каком-то полусне. Я почти ничего не могла вспомнить о себе, только имена и лица тех людей, что ухаживали за мной после того, как я пришла в сознание. Они и подбросили меня к воротам клиники. Пожилого мужчину с длинными седыми патлами звали Каха, а свою жену он называл просто Старуха. Они испанцы, их лачуга, похожая на избушку туземцев, стоит, очевидно, где-то на берегу. Мне был слышен шум волн. И ещё я вспомнила запах трав - старуха варила снадобья, чтобы лечить мои раны. Они говорили по-испански, и я ничего не понимала, да и вообще проваливалась в сон или, возможно, теряла сознание... Было очень больно... - Сандра поморщилась, стараясь сосредоточиться. - Потом в клинике врачи стали допытываться, кто я, но мне абсолютно не за что было уцепиться. Я знала лишь, что я американка, вспомнила конфеты, которые любила, запахи духов...
На одной из бесед профессор назвал имя Моны и показал ваши фотографии в журналах. У меня в голове словно вспыхнул прожектор, выхватывая из прошлого отдельные картины - гонки, тебя в гипсе и в вечернем костюме, женщину в ярко-красном платье с огромным вырезом на спине - тогда, на вечеринке после гонок в Бельгии и ещё раньше... Помнишь, меня унесли из ресторана, а рядом с тобой осталась здоровая, прекрасная женушка... И, кроме того... - Сандра смутилась. - Ты нравился мне, Берт. Наверно, я здорово завидовала твоей жене.
Сознание сыграло со мной злую шутку - выдало желаемое за реальность... Я назвала Моной, а доктора и капитан с радостью ухватились за это!
Мне надо было срочно делать операцию на изуродованном лице и требовался образец... Образцом стала Мона...
Ужасное началось позже - я стала вспоминать прошлое... Однажды в парке мне попалась дама в инвалидном кресле и я физически почувствовала подлокотники и кнопочки у пальцев, которыми регулировала движение... Из мрака всплыло имя - Сандра! И тут же отказали ноги. Я сидела на скамейке, окаменев от ужаса, и даже не могла позвать на помощь находящуюся рядом санитарку... Минут пять или десять я чувствовала себя полностью оглушенной, а потом мысли заработали быстро-быстро. Я вспомнила сразу все и поняла, что вернув свое настоящее имя, попаду в руки моих преследователей. А если мне не удастся подняться со скамейки и пойти - я не смогу больше скрываться под именем Мона. Все было так просто, так очевидно... Я встала и пошла...
Закрыв глаза, она откинулась на подушки и Берт испугался, что слишком упорствовал в своем допросе. В дверь постучали - негритянка вкатила скрипучую тележку с букетом запахов уличного гриль-бара. Жадно принюхавшись, Сандра подняла голову:
- Ого, целое пиршество. Я, оказывается, страшно проголодалась.
- Ну и хорошо, миссис! Аппетит - главное в жизни. Нет аппетита - и жизнь ни к чему... Моему брату удалили язву желудка... - Начала длинный рассказ горничная, но Берт категорически пресек ее:
- Нам не терпится побыть наедине с завтраком, дорогуша.
Разломав поджаренную курицу, он протянул половину Сандре и, постелив на одеяло салфетку, устроил на кровати поднос с тарелками.
- Теперь, с полным ртом, мне, наверно, не удастся выглядеть убедительной. Но так даже лучше - не очень страшно...
И вот я уже совсем была готова признаться профессору и полицейскому Лухасу в том, что перепутала свое прошлое. Я твердила свое настоящее имя, как крючком выуживая с его помощью из памяти все новые детали... Берт, ты не думаешь, что я сумасшедшая? Поклянись!
Он поднял два пальца с зажатым картофельным чипсом:
- Клянусь, что буду воспринимать все сказанное тобой как правду и только правду.
- Ладно. У тебя просто нет другого выхода. Налей мне "Пепси" для храбрости и слушай. - Сандра положила на тарелку недоеденную ножку курицы и в упор посмотрела на Берта. Он застыл с полным ртом, сделав серьезное лицо.
- В конце апреля, накануне моего дня рождения, мы поехали с Дастином в маленькое путешествие, выбрав чрезвычайно экзотическое место у берегов Испании. Маленький замок, нависший над морем, пустынный пляж... Остров Форментера, относящийся к Болеарам... Там было так тихо... Через два дня к нам прибыла Клер Ривз... Ты, наверно, видел её в фильмах. Клер давно дружила с Дастином и даже взяла в Лос-Анджелесе надо мной шефство. Я была польщена такой дружбой...