Страница 35 из 91
Клер засмеялась:
- Это перестановка фигур. Рокировка, как говорят шахматисты... Думаешь, я не знала, что бешу тебя своими постельными монологами? Хм, конечно, знала. Но ты принадлежал мне, понимаешь? Ты был моей собственностью и я имела полное право вести себя так, как хочется мне. А мне нравилось помучать тебя, мой нежнейший эстет, предпочитающий трахаться под Бетховена. Теперь ситуация изменилась: преуспевающая, но, увы, не совсем юная звезда Клер Ривз заманила в постель главу солидной газеты, чтобы усладить и привязать к себе. Она с нетерпением ждет, когда "Ироничный наблюдатель" вспомнит о "яркой, колоритной актрисе", которой он некогда уделял столько внимания. - Голос Клер, продолжавшей ласкать Дастина, перешел на томное мурлыканье. - Ведь ты ещё способен замечать кого-то, кроме своей парализованной куклы?
- Если сомневаешься, то зачем выманила меня сюда? Репортаж с площадки "Сладкой мести" должен превратиться в сплошные дифирамбы в твой адрес, я правильно понял?
- А разве все не так? Ты не доволен мной, милый?
- Ты неподражаема, и знаешь это. Сегодня у меня возникло такое чувство, что я провел ночь с абсолютно неизвестной мне женщиной. Но это была именно та женщина, о которой я мечтал все эти месяцы.
- Естественно, дорогой, я же провожу на съемочной площадке по десять часов в день. И знаешь, чем я там занимаюсь? Млею от страсти, ну. буквально плавлюсь, как масло на солнце. Бразильский костюмер упаковывает мою грудь в такие корсажи, что не обнажиться просто невозможно. И, знаешь, всякий раз, как он появляется рядом, вот эти штуки (Клер приподняла свои груди) буквально рвутся к нему навстречу! Это и есть великая сила искусства.
- Кто же так возбудил мою девочку?
- Ах, милый! Ты совсем не в курсе нашего сериала. Конюх! Мой личный конюх - здоровенный детина с приплюснутым носом, весь в волосах и огромными масластыми ручищами! Педро Фуэнтос действительно был жокеем... - Клер опустила ресницы. - Интимные сцены удаются ему совсем неплохо. Такие мощные данные...
- Об этом я тоже должен писать? - Усмехнулся Дастин, оттолкнув руку Клер.
- Да нет же! Мы с ним партнеры - и только. Сегодня ночью моим конюхом и господином был ты, радость моя. А Эухения Санчос - та самая, свихнувшаяся от вожделения матрона, наслаждалась своим унижением Боже! Ты восхитительно мучил меня, Дастин!
- Пожалуй. - Дастин вонзил зубы в спелое манго, не обращая внимания на стекающий по руке сок. - Пожалуй, ты действительно отлично вошла в роль, Клер. Я получил то, по чему здорово истосковался - знойную бразильскую страсть.
- Так значит, миллионные подарки, полученные от юной жены, обходятся не просто?
Вздохнув, Дастин поднялся и с хрустом потянулся, разминая тело.
- Боюсь, ты опоздаешь. Уже семь. Плюс час на грим и костюм.
- Пустяки! Сегодня я буду тонуть. В батистовой рубахе на голое тело и в накладных ресницах Полчаса вполне достаточно. Ах, черт, он уже здесь! Услышав гудок машины, Клер быстро поднялась. - Экипаж подан. Крикни этому уроду-шоферу, что я выйду через десять минут... Извини, извини, я забыла, что твой визит в мою спальню теперь следует держать в тайне. - Выйдя на террасу, Клер крикнула шоферу: "Пять минут, я уже выхожу" и накинув пестрый сарафан, направилась в ванную.
Дастин оделся.
- Я подкачу на съемочную площадку через час, чтобы взять интервью у этого Бермудоса, или как его там... Не ляпни, пожалуйста, что мы уже виделись. Я прямо из аэропорта, слышишь? - Дастин старался перекричать шум воды, льющейся в душе.
- Все поняла. - Вдевая в уши серьги, появилась Клер. - Сегодня у меня трудный день. Ровно в восемь, во что бы то ни стало, жди меня здесь, бэби. - Чмокнув Дастина в щеку густо накрашенными губами, Клер внезапно нахмурилась. - Мне необходимо с тобой очень серьезно поговорить. Понимаешь, - очень!
...Заинтригованный Дастин поджидал Клер, соображая, куда клонит его экстравагантная любовница. Они применила все свое влияние и женскую власть, чтобы вытащить Дастина в Бразилию.
Это было не так-то просто - ведь речь шла не о праздном репортерчике, а главе крупного издания.
Появление нового хозяина "Ироничного наблюдателя" произвело фурор.
- Я же сказал, что покидаю вас до лучших времен, друзья. Так вот - для "Наблюдателя" и меня лично они настали. - Объявил Дастин на собрании коллектива. - Прежде всего, я хочу сообщить вам, что освобождаю от должности заведующего отделом культурных новостей мистера Баклина, считающего, что голос нашей газеты является предметом купли-продажи...
Расправившись со своим бывшим шефом, Дастин провел крупную реорганизацию в редакции, удалив тех, кто явно не симпатизировал ему или не обнаружил достаточно деловых качеств. Он и впрямь собирался сделать свою газету самым влиятельным печатным органом Лос-Анджелеса.
Начало благоприятствовало удаче. Пресса с наслаждением раздула романтическую историю женитьбы Мориса на наследнице "бриллианта Хоупа". Ни одной колонки светской хроники не обходилось без репортажа о молодой семье, купившей в Беверли-Хиллз очаровательную виллу. Дом, построенный в 30-х годах. был известен тем, что принадлежал представителям трех поколения звезд, сверкнувших и разорившихся. Его стоимость объяснялась скорее историческим значением, чем ценностью построек. Самуил Шольц, исполнявший обязанности управляющего делами Сандры, незамедлительно оплачивал все счета.
Наняв первоклассных строителей, супруги полностью переоборудовали дом и усадьбу, дополнив мастерски реставрированные элементы довоенного стиля новинками бытовой техники.
Дастин проявлял особую заботу о супруге, требуя от дизайнеров и архитекторов учета специфики её передвижения и образа жизни. Все небольшие подъемы в доме были снабжены пандусами, а межэтажные переходы - лифтами. Ванная и бассейн в саду имели специальные приспособления, чтобы инвалидка без особых усилий могла самостоятельно пользоваться всеми услугами комфорта. Садовники хлопотали над сооружением цветущих оазисов, создающих ощущение первозданных зарослей.
- Спасибо, милый! Я даже не догадывалась, что так люблю все это красивые вещи, комфорт, цветы! - Сандра поднимала на Дастина полные обожания и трепета глаза. Похоже, она считала его чуть ли не святым.
Он и сам теперь нравился себе до головокружения. Лучше было не заглядывать в многочисленные зеркала виллы, отражающие образ нового Мориса - хозяина. победителя, любимца Фортуны. Очень знаменитый имиджмейкер Голливуда занялся составлением обширного гардероба Мориса, подбором парфюмерии, прически и даже стиля речи. Правда, маэстро не нашел нужным что-либо кардинально менять, а лишь ограничился совершенствованием природных данных Дастина.
- Вам стоит попридержать как можно дольше юношеское обаяние, детский наив в глазах, ощущение некой застенчивости, идущей не от комплексов, а от скромного желания слегка притушить свое великолепие. - Причесывая Дастина, маэстро явно любовался им. - Эти качества как раз здесь у нас в большом дефиците. И слишком дорого обходятся тем, кто хочет отработать их по специальной методе.
- Неужели? - Искренне удивился Дастин существованию техники создания "флера невинности". И подумал о том, что именно из-за своего чистосердечия и простодушия дурнушка Сандра так быстро добивается расположения окружающих.
Перебравшись в новый дом, Сандра взяла новую прислугу. Дастин настоял, чтобы старуха Кэт и дворецкий Фил получили расчет. Попечалившись, Сандра выделила верным слугам пожизненный пенсион и получила у мужа разрешение заняться подбором горничных и повара. Похоже, она не ошиблась - в доме поддерживался порядок и покой, а все попытки хозяина подловить служащих на злоупотреблениях окончились неудачей.
Завершив реорганизацию редакции, Дастин вернулся к журналистике. Теперь он сам мог отбирать для себя самые выгодные темы и характер их освещения. Ряд репортажей с крупных кинофестивалей и выставок придал имени Мориса профессиональный блеск.