Галина

Беру анкету - Господи, страниц двадцать! - начинаю писать. Слышу тихий, сладенький голос:

- Не торопитесь, вспомните, подумайте хорошенько...

А что мне вспоминать? Голодное детство? Работу с пятнадцати лет за кусок хлеба? Вот и все мои воспоминания! Да еще гвоздем торчит в голове: что наврать про родителя моего, от которого ничего, кроме подлости, не видела, а теперь могу из-за него всего лишиться - всего, к чему пришла каторжным трудом, талантом, всей своей жизнью.

Вопросам анкеты нет конца: кем были дедушка, бабушка, чем занимались до революции, владели ли недвижимостью, если умерли - то где? Родители: где родились, где учились, чем занимались до революции, чем занимаются теперь? Где живут? Если умерли - где похоронены? Есть ли братья, сестры - чем занимаются, где живут, где работают; есть ли родственники за границей, был ли кто-нибудь в плену у немцев, был ли кто-нибудь в оккупации... и т. д. и т. п.

Написала, что отец во время войны пропал без вести. Авось не докопаются, гады.

- Что-то быстренько... быстренько... Ничего не забыли?

- Ничего.

- Ну что ж, хорошо.

- А когда я ответ получу?

- Всё торопитесь, хе-хе-хе... Когда проверочку пройдете, тогда и получите...

(Между прочим, Виктор Нечипайло из-за того, что во время войны четырнадцатилетним мальчишкой оказался на оккупированной немцами Украине и написал о том в своей анкете, проходил проверочку два года и пришел в театр уже после смерти Сталина.)

Пулей вылетела оттуда на улицу. - Большой театр! Так вот каков ты, "могучий колосс"... Стоишь ты на глиняных ногах, и ничтожный карлик, прячущийся за ватной дверью, легким щелчком может свернуть тебе шею,

Вернулась в Ленинград уже без ликующего чувства победы. Перед глазами -анкетные листы; а в мыслях одно: докопаются они или нет? Успокаивает то, что об отце никто, кроме меня и Марка, не знает, - значит, донести некому. А вдруг все же узнали? Каждый день может прийти повестка из КГБ, а там разговаривать умеют... ученые...

Дни тянутся, как годы...

После всех конкурсных волнений наступила реакция: голос не звучит, нет никакой энергии, вся я - как выжатый лимон.

Проходит месяц - никакого ответа. Деньги кончились, надо ехать на заработки. Ну что же, опять в машину и - за свои песенки. Снова по деревням, колхозам после великолепной сцены Большого театра...

Так проползли три месяца. И вдруг - телеграмма:

"Приезжайте, вы зачислены в молодежную группу Большого театра. Директор театра Анисимов".

Bce! Свершилось!!! Я стала артисткой одного из лучших театров мира! Мне было двадцать пять лет.