Страница 19 из 47
— Луна о сопку ударилась и на звезды рассыпалась, пошутил Лукса.
50
Напившись чаю, забрались в мешки, и я впервые, несмотря на крепкий мороз, проспал до утра, ни разу не проснувшись.
БОЛЬШИЕ РАДОСТИ
Еще одна неделя прошла впустую. В последнее время чувствую себя волком, безрезультатно рыщущим в поисках добычи, который несмотря на неудачи, вновь и вновь черпает невесть откуда силы, и все с большим ожесточением продолжает идти к заветной цели. Надежду на успех не теряю
t
tдухом не падаю. А когда подступает отчаяние, то сам себе напоминаю известную историю о лягушках.
t
"Попали как-то в горшок со сметаной две квакуши. Бока у горшка крутые да высокие - никак не выбраться. Одна лягушка сразу смирилась - все равно помирать. Перестала барахтаться и утонула. Вторая барахталась, барахталась, в надежде выбраться, и лапками сбила из сметаны масло. Тут она из горшка и выпрыгнула!".
Сегодня, когда настораживал капкан, боковым зрением уловил какое-то движение вдоль промоины. Оглянулся - норка! Пробежав немного, она змеей соскользнула и так быстро поплыла по узкой полоске воды, что только голова замелькала между заберегов. Вскоре я потерял ее из виду.
Обедать вернулся в палатку. Отдохнув, направился в сторону Разбитой. Выйдя на небольшой ручей, остановился и сразу обратил внимание на рябь, пробежавшую по глади черной полыньи. Меня это озадачило: ветра-то не было. В этот момент из воды показалась... норка. Надо же, — подумал я — то за неделю ни одной, то весь день перед глазами скачут. Держа в зубах рыбку, норка ловко взобралась на берег. Я застыл как вкопанный. Она оценивающе оглядела меня и, сочтя что я не опасен, встала как бобренок на задние лапки. Закончив трапезу, спрыгнула на лед и скрылась в воде, но через несколько секунд снова появилась и принялась чистить, прилизывать шубку.
51
t
tвскинул ружье, прицелился, но выстрелить не решился - далековато. Стал ждать, в надежде на то, что норка подбежит ближе. Прошло несколько томительных минут. Нервы дрожали от напряжения, сердце билось учащенно. Наконец зверек закончил прихорашиваться и... побежал прочь.
t
Раздосадованный, пошёл дальше, как вдруг навстречу выкатывается в Лукса. По веселым лучикам, разбежавшимся от его глаз, было видно, что он с богатым трофеем. И точно – я не ошибся. Лукса поймал соболя! Наконец лед тронулся!!!
— Камиль, не пойму, ты норку ловишь или медведя? – спросил он поравнявшись.
— А в чем дело? — оторопел я.
— Смотрел твои капканы на ключе. Зачем такой большой потаск делаешь?
— А как же? Кругом полыньи. С маленьким норка до воды доберется и ищи-свищи ее тогда.
— Неправильно думаешь. Норка с капканом в воду не идет — на берег идет. А если потаск тяжелый, то она лапу грызет и уходит. Однако пора мне - путик длинный, а день короткий, елка-моталка, — попрощался Лукса и размашисто заскользил своей дорогой.
Подходя к последнему канкану, я заметил, что кто-то дернулся под берегом у коряги. Затеплилась надежда: вдруг тоже удача? Но, увы — попалась любопытная сойка. У самого обрыва остановился, соображая, где лучше спуститься кловушке. И не успел глазом моргнуть, словно по волшебству, перед сойкой возник громадный филин. Окончания его маховых перьев необыкновенно мягкие и нежные. Поэтому летает он совершенно бесшумно, словно призрак. Размеры птицы меня поразили: высота не менее шестидесяти сантиметров, а голова как у трехлетнего ребенка.
Увидев над собой пернатого гиганта, сойка в смятении заверещала, вскинула крылья, но он бесстрастно занес лапу и вонзил когти в грудь. Резкий крик взметнулся в небо и тут же оборвался. Я свистнул. Филин поднял голову, вытаращил немигающие глаза и исчез так же бесшумно и
52
незаметно, как появился. Вот бестия! Спустившись вниз, вынул еще теплую сойку из ловушки и положил ее в пещерку вместо приманки, а капкан перенасторожил.
Солнце, весь день игравшее в прятки, перед заходом, наконец, избавилось от назойливых туч. Ветер стих. Высокие перистые облака, бронзовые снизу, предвещали смену погоды.
Гип-гип, ура!!! Я добыл первую в своей жизни пушнину!
Утром, как обычно, пошел проверять капканы. Валил густой снег. Порывистый ветер гонял по реке спирали снежных смерчей, мастерски заделывая неровности в торосах. В общем, погодка была "веселая". Даже осторожные косули не ожидали появления охотника в такое ненастье и подпустили меня почти вплотную. Испуганно вскочив с лежек, они умчались прочь гигантскими прыжками, взмывая так высоко, что казалось: еще немного — и полетят.
Приближаясь к капкану, установленному у завала, где часто бегал колонок, увидел, что снежный домик пробит насквозь, приманка валяется в стороне, а в пещерке торит факелом рыжий зверек со злобной хищной мордочкой в черной "маске".
t
t
tt
ttвозликовал. Сгоряча протянул руку, чтобы ухватить его за шею, но колонок пронзительно заверещал и, сделав молниеносный выпад, вцепился в рукавицу. Быстро перебирая острыми зубками, он захватывал ее все глубже и глубже. В нос ударил зловонный смрад, выделяемый всеми куньими в минуту опасности. Маленькие глазки сверкали такой лютой ненавистью, что
tt
t
t