Страница 64 из 107
- Так, ясно, у шпиона в волосах спрятана отравленная шпилька. - Регент перевел взгляд на странную женщину. - А ну говори, каково противоядие?
- Нет у меня никакой отравленной шпильки, господин мой! - запричитала она. - Можете обыскать меня, если угодно.
- Ты наверняка спрятал ее, когда упал. Что ж, и твое знание ядов, наверное, тоже может еще пригодиться. Как твое имя?
- Эврикл, господин мой. Так меня раньше звали другие.
Регент рассеянно покивал.
- Басий, скажи часовым, чтоб тебя проводили к Кихезиппу, моему лекарю, - повелел он. - А вы все подойдите ближе и садитесь передо мной. Я устал задирать шею. Можете взять подушки, если хотите.
Я принес подушку для женщины-шпиона и еще одну, длинную, для нас с Ио. Раскладывая на полу, я слышал, как Басий разговаривает с часовыми.
- И ты тоже садись, Пасикрат, - сказал регент.
Гонец уселся на подушку по его правую руку.
- А теперь, Эврикл, расскажи, почему ты дал Артабазу такой совет.
- Потому что ничего лучшего я посоветовать не мог, - ответил Эврикл. Он помолчал, точно собираясь с мыслями. - Война - последний довод в политике; и уж определенной победы в ней ни за кем быть не может - по крайней мере, я так считаю. Глуп тот царь, который продолжает войну, зная, что можно все уладить, немного подумав и немного заплатив.
- Значит, ты считаешь, что твой Великий царь глуп? - улыбнулся регент.
- Великого царя там уже не было. А Мардоний - хороший воин, однако весьма недалекий человек. Вот если бы командовал Артабаз...
- И что тогда? Что было бы с эллинами? Ты ведь тоже эллин, как сам только что утверждал.
- Вами бы и правили представители эллинов, как здесь и в Малой Азии, где есть наши города. Какая, в сущности, разница? И зачем умирать стольким людям?
- А ты знаешь людей, которые думают так же? В Афинах, например?
- Уверен, такие есть.
- Ты осторожен. Впрочем, я тоже. - Регент взглянул на Ио и на меня. Позвольте мне объяснить вам - я имею в виду всех троих - то, на что вы, возможно, не обратили внимания. Правда, мне следовало бы сказать "позвольте _нам_ объяснить", ибо ранее я беседовал с Пасикратом, и он разделяет мое мнение.
Шпион по-женски испуганно схватился руками за щеки:
- Что же это, господин мой?
- Нас здесь четверо мужчин, и наши интересы настолько близки, что их почти невозможно различить. Сперва я скажу лишь о Спарте и о Лаконии. Мы, спартанцы, самые лучшие воины в мире, и Великий царь теперь это знает. Однако те, кому довелось услыхать звон мечей, понимают, что война - это не игра; мудрый человек старается избежать ее, если может. Что же касается славы, то мой дядя Леонид наелся ею досыта у Фермопил, и нашему семейству славы хватит до скончания веков - я уж не говорю о том сражении, которое выиграл сам. Таким образом, честный мир - наше единственное желание.
Женщина с мужским именем Эврикл едва заметно кивнула; ее немигающий взгляд был направлен на регента, точно она хотела заворожить его, как змея птичку.
- Наша страна разделена на такое множество воюющих полисов, - продолжал Павсаний, - что их буквально не счесть. Любая горная деревушка уже имеет собственные законы, чеканит собственные деньги и вооружает собственную армию, намереваясь, видимо, сокрушить такого же крошечного соседа. Ясно, что эллинам совершенно необходим прочный союз под руководством благороднейшего из полисов, а именно - моего родного города, который оказался таковым по счастливому стечению обстоятельств.
- По еще более счастливому стечению обстоятельств, - сказала женщина-шпион, - передо мной сидит сейчас представитель старейшего царского рода этого полиса, который, помимо того, является самым знаменитым и увенчанным славой из ныне живущих правителей.
- Благодарю тебя. - Регент с должным изяществом поклонился. - К сожалению, Спарта недостаточно сильна, чтобы объединить все остальные полисы. Более того, она еще и недостаточно богата. Я часто думаю: если бы нам, а не этим афинянам, так повезло и мы нашли бы в своей земле серебро или завладели бы сокровищницей Креза... (*131) - Павсаний пожал плечами и умолк. Потом заговорил снова: - Однако предположим: нам окажут помощь или мы хотя бы пригрозим этим - и мы получим дополнительное войско. Кавалерию, например, ибо наша слишком мала. Имея такую поддержку, а также некоторое количество золотых монет, чтобы одаривать ими кое-кого из дальновидных людей, можно многое сделать.
Женщина по имени Эврикл кивнула:
- О да, тогда многое было бы возможно!
- Господин мой, - шепнул Павсанию Пасикрат, - ты полагаешь, что можно говорить такое в присутствии этой девочки?
- Какое "такое"? Я мечтаю о заключении благородного мирного договора с Великим царем! Я мечтаю о величии Спарты, ибо она его заслужила, принеся стольких своих граждан в жертву! Что в этом плохого? Пусть девочка повторит мои слова любому!
- Ничего я повторять никому не буду, - сказала Ио. - Я вообще никогда ничего никому не пересказываю, разве что Латро, который сам ничего не помнит. Однако ты верно сказал, господин мой: интересы наших полисов совпадают!
- Повезло же твоему хозяину, девочка! Ну и рабыня у него! Умница! Я, собственно, давно это понял. Что же касается общих интересов, то сперва разберемся с этим Эвриклом, а потом уже вернемся к Фивам. Эврикл служит Великому царю, как он сам только что признался. Если точнее, он служит Артабазу. Он, естественно, мечтает получить вознаграждение за свою работу, как и любой другой человек. Великий царь хочет восстановить здесь былой престиж да еще и приумножить собственную славу. Так что мир и союзничество государств, возглавляемых благодарным ему правителем...
- Это именно то, о чем он мечтает, господин мой, - подсказал Эврикл. Я знаю это совершенно точно. Хотя, естественно, следовало бы посоветоваться с кем-то из приближенных царя...
- Естественно. Ну а теперь о тебе, девочка. Твой город уже однажды заключил союз с Великим царем и, как справедливо говорил тебе твой друг Пиндар, был бы непременно разрушен Афинами, если бы не Спарта и не мои личные запреты. Разве тебе непонятно: все, что хорошо для твоих сильных союзников, хорошо и для тебя?
Ио покачала головой: