Полюби незнакомца

Безусловно, именно так все и будет. Уж у мисс Гертруды был просто нюх на такие вещи. Давным-давно до неё долетели слухи об этом Эштоне Уингейте, красивом, как сам дьявол и полном такого же соблазна. Знала она и о добром десятке очаровательных молодых дам, которые сходили с ума, пытаясь подцепить его на крючок. Среди этих охотниц наиболее упорной была Марелда Руссе - она частенько приезжала к ней в магазин и, дожидаясь примерки, охотно болтала о том, как он сходит по ней с ума. Его поспешная женитьба доставила немалое огорчение раздосадованной девице. Она была в такой ярости, что не постеснялась пустить по всему городу слухи, один нелепее другого. Уж не вызван ли этот поспешный брак какими-то темными обстоятельствами! А вдруг разъяренный отец просто заставил Эштона жениться?! Если её спрашивали, как такое возможно, раз уж речь идет о таком упрямце, как мистер Уингейт, брюнетка только раздраженно передергивала плечами. О чем это они? Не он первый, не он последний, кто с пьяных глаз бесчестит невинную девушку, а потом, так и не протрезвев, идет к венцу, чтобы сделать благородный жест. Даже тогда было ясно, что все это - полный вздор, столько черной зависти чувствовалось в словах Марелды, ну, а теперь, когда она своими глазами увидела избранницу Эштона, мисс Гертруда могла бы руку дать на отсечение, что в гнусных сплетнях не было ни крупицы правды. А уж если и предположить, что все-таки в них есть доля истины, то, стало быть, этот счастливчик в пьяном угаре наткнулся на бесценное сокровище!

Сделав приглашающий жест, портниха пригласила их следовать за собой. Пропустив её вперед, Лирин прижалась к Эштону.

- Держу пари, мисс Гертруда - мастерица на сладкие слова. Наверное, все её клиентки слышат то же самое или нечто похожее!

Он усмехнулся и теснее прижал её к себе, обхватив за тонкую талию.

- А вот и нет, милая. Мисс Гертруда, если хочешь знать, прославилась именно благодаря тому, что всем и каждому говорит то, что ей вздумается! Так что можешь не опасаться, что её медоточивые речи льются прямо в твои хорошенькие, розовые ушки. А раз вы сами этого не замечаете, мадам, так позвольте вам сказать, что смотреть на вас - истинное удовольствие. И я намерен посвятить этому занятию всю свою жизнь.

Эштон, конечно же, заметил, что он - отнюдь не единственный мужчина, который не в силах отвести глаз от Лирин. Ее красота притягивала взгляды. Когда они, распростившись с мисс Гертрудой, заглянули в близлежащую гостиницу хоть немного передохнуть и чего-нибудь выпить, представители сильного пола просто не могли отвести от неё глаз. Полдень уже миновал, и посетителей в баре было не так уж много - не более полудюжины мужчин, которые чинно сидели за столиками. Кое-кто из них, знакомые Эштона, насели на него, прося представить их Лирин, и потом неохотно уходили, похлопав его по плечу и пожелав счастья. Другие, незнакомые, взирали на неё в почтительном восхищении. Но были и такие, кто не стеснялся в открытую пожирать Лирин откровенно жадным взглядом. Вздернув одну бровь и угрюмо насупившись, Эштон молча сверлил наглецов взглядом, пока они в конце концов не были вынуждены отвернуться. Он усадил Лирин за столик в самом дальнем конце зала и уселся рядом, охраняя свое сокровище, которым он не намерен был делиться ни с одной живой душой. Но даже в своем уголке он чувствовал, как хозяин гостиницы, длинноногий, тощий человек, то и дело кидает на них удивленные и любопытные взгляды. Это было непонятно - ведь Эштон отлично знал, что этот тип - порядочный зануда, который в жизни не обращал ни малейшего внимания ни на одну женщину, интересуясь только, как бы потуже набить карман. Тем не менее Лирин, по-видимому, чем-то привлекла его внимания, и Эштон был донельзя удивлен, когда хозяин подошел к их столику.

- Прошу извинить меня, сударыня, но я слышал, как мистер Уингейт говорил, что вы - его жена.

Лирин кивнула и неуверенно улыбнулась.

- Совершенно верно.

Хозяин гостиницы задумчиво поскреб в затылке, вид у него был изрядно смущенный.

- Стало быть, я обознался. А мне-то пришло в головы, что вы и есть та самая леди, которую разыскивает мистер Синклер.

- Мистер Синклер? - удивилась Лирин.

- Да, мэм. Мистер Синклер говорил, что его супругу вроде как похитили и привезли сюда, в этот город. Но раз вы замужем за мистером Уингейтом, значит, то та, стало быть, совсем другая леди.

- По-моему, я никогда даже не слышала о мистере Синклере, - тихо пробормотала Лирин. На душе у неё почему-то стало тяжело. - А почему вы решили, что это именно я?

- А как же, мэм! Ведь она как-то заходила сюда, и я даже видел её, правда, издалека. Сначала я было решил, что мужчина, который сопровождал её - просто её кучер, потому как он сидел на козлах и правил. Ну, а потом, как он снял номер рядышком с ней и ни на шаг её от себя не отпускал, тогда, стало быть, ясно - ошибся я! Она, бедняжка, видно сильно о чем-то печалилась, но мне так и не довелось ни словечком с ней перекинуться. Да и близко-то я её почти не видел. И вот что скажу я вам - что-то странное было во всем этом деле, уж больно они оба места себе не находили. Этот мужчина, что с ней, он был так себе: ни рыба, ни мясо. Но вот мистер Синклер - тот мужчина видный, настоящий барин, верно вам говорю. Опять-таки странно когда мистер Синклер приехал в город, того, другого, и след простыл. И эту бедняжку с собой прихватил, по крайней мере, я так думаю. Мистер Синклер пару дней рыскал тут, все разыскивал эту парочку, потом собрал вещички жены, нанял человека, чтобы доставить их, а сам уехал. С тех пор я раз или два видел его в городе, но ведь он не из наших мест. Да и о себе не шибко-то много рассказывает.

- А когда это случилось? - спросил Эштон.

Хозяин гостиницы с неуверенным видом поскреб заросший щетиной подбородок и поднял глаза к потолку.

- Сдается мне, незадолго до того, как сгорела психушка, - Он ещё немного подумал и решительно кивнул головой, - Точно, как раз в это время.

Противный холодок пополз по спине Лирин. Хоть она и твердила про себя, что старик-хозяин наверняка спутал её с какой-то другой женщиной, которую он видел пару раз и только издалека, а она сама - не кто иная как Лирин Уингейт, но все было напрасно. Налетевшие сомнения безжалостно грызли её. Если бы она не имела ничего общего с этой незнакомой женщиной, с чего бы это хозяин подошел к ним и завел этот разговор? С другой стороны, как же тогда портрет? Портрет, который неопровержимо доказывал, что она именно та, кем её во всеуслышание объявил Эштон. С отчаянием утопающего ухватившись за этот последний довод, как за соломинку, Лирин постаралась отбросить прочь мучившие её сомнения.