Полюби незнакомца

Эштон одобрительно хмыкнул, заметив, как один из охранников в остолбенении уставился на своего приятеля, явно рассчитывая на поддержку, но тот предпочел промолчать. Одно дело - ввязаться в драку с мужчиной, и совсем другое - перейти дорогу разъяренной женщине. Что-то пробормотав себе под нос, он предпочел отступить и дать ей дорогу.

- Ох, Эштон, она просто красавица! - восторженно воскликнула Ленора. Не обращая внимания на границу, она медленно обошла вокруг кобылы, любуясь великолепным животным. - А как её зовут?

- Милочка, - с довольной улыбкой ответил Эштон.

Ленора рассмеялась и ласково похлопала лошадь по крупу.

- Оно ей идет.

- Точно, - согласился он. На лице его сияла мальчишеская улыбка, глаза весело смеялись из-под темных бровей. - Она похожа на тебя - какая-то особенная. Ты на ней будешь просто загляденье.

Ленора вздохнула, ей вспомнилось предупреждение Малькольма и особенно злоба в его голосе.

- Но ведь я не смогу принять её. Тогда неприятностей не оберешься.

Эштон, похоже, был готов в этому.

- Я могу пока подержать её у себя. Здесь она будет в безопасности. И когда бы ты не захотела полюбоваться на нее...или прокатиться верхом...она будет ждать тебя. Всегда к вашим услугам, мадам.

Соблазн был велик.

- Может быть, Малькольм не станет возражать, если я как-нибудь просто одолжу её ненадолго, чтобы прокатиться? - предположила Ленора и тут же, поняв нелепость этого, грустно покачала головой. - Мне порой так тоскливо одной в этом доме. Мне ужасно хочется прогуляться, а что может быть лучше, чем проехаться верхом? - Вдруг в её глазах блеснула лукавая искорка. - А ты не мог бы оседлать ее...прямо сейчас?

Один из охранников решительно шагнул вперед.

- Миссис Синклер, мне кажется, вам не стоит...

- Молчать! - повелительно произнесла Ленора. - Я сама решу, что мне делать. А если Малькольму это не понравится, что ж...значит, так тому и быть.

Ухмыльнувшись себе под нос, Эштон взял кобылу под уздцы и повел её к небольшому навесу, где их уже поджидал Хикори. А Ленора позабыв о правилах приличия, бегом бросилась к дому, в спешке подобрав юбки почти до колен.

- Меган! - крикнула она, взбегая по лестнице, - Меган, отыщи мою амазонку. Я хочу проехаться верхом!

Уже через несколько минут Ленора торопилась обратно, одетая в легкую амазонку жемчужно-серого цвета. Пышное кружевное жабо легкими складками волновалось возле изящной шеи. Пересекая приграничную полосу, она заметила, что жеребец Эштона тоже оседлан и Хикори присматривает за ним. Эштон проводил человека, доставившего кобылу, и направился в Милочке. Бросив поводья конюху, он обхватил Ленору за талию и усадил её верхом.

- Надо посмотреть, не забыла ли ты, как держаться в седле, - сказал Эштон, вложив поводья в её руку. - Я бы не хотел, чтобы ты слетела с лошади.

Ленора не нашлась, что возразить и пустила кобылку шагом, собираясь понаблюдать за ней, потом легкой рысью и, наконец, галопом, пустив её по широкому кругу между домом и шатром. К её удовольствию, они быстро нашли общий язык и Эштон, одобрительно кивнув, вскочил в седло. К величайшей досаде охранников, Ленора поскакала в сторону от дома, увлекая за собой Эштона к берегу, где их никто не мог видеть.

Она наслаждалась поездкой, чудесной кобылой, а больше всего обществом Эштона. Ей было нужно столько всего обсудить с ним. Впрочем, как и ему - похоже, он тоже горел желанием поговорить с Ленорой, потому что, стоило им отъехать, как он засыпал её вопросами: как она себя чувствует, когда должна родить и, самое главное, когда же был зачат этот ребенок.

- Вскоре после нашего отъезда из Нового Орлеана, если не ошибаюсь, пробормотала она, бросив в его сторону встревоженный взгляд. - Кстати, учти: кроме тебя и Меган никто ничего не знает.

- Ради всего святого, не вздумай рассказать Малькольму! - предупредил Эштон. - По крайней мере, до тех пор, пока вы живете под одной крышей. Одна мысль о том, что способен сделать с ней этот человек, заставила его похолодеть от страха. - Я чувствовал бы себя намного спокойнее, если бы ты позволила мне отправить куда подальше и его самого, и его головорезов. А ты бы осталась с отцом, если бы захотела. Я бы даже согласился дать тебе слово не приближаться к дому...а, может быть, просто сунул тебя в карету и отвез к себе, где тебе самое место.

Ленора лукаво взглянула на него и усмехнулась.

- Ты уже на полпути к этому!

Фыркнув, Эштон откинулся назад.

- Хорошо, хорошо, согласен! Но это просто потому, что я волнуюсь за тебя!

Она бросила на него благодарный взгляд, и Эштон растаял. Сердце его пело от счастья. Господи, да знает ли она, что делает с ним, когда вот так смотрит на него и на лице её - нежность и любовь?!

- О Боже, что ты вытворяешь? - с беспомощной улыбкой простонал он. - Я словно воск у тебя в руках!

Ленора покачала головой.

- Ну, я так не думаю, - Бросив взгляд через плечо, она сообразила, что они отъехали уже довольно далеко от дома. - Пора возвращаться, - Вдруг Ленора хихикнула, как озорная девчонка, вспомнив растерянные лица охранников, когда они с Эштоном отъезжали от дома. - Знаешь, если Малькольм вернется домой раньше обычного, он может пристрелить своих людей!

- Отличная идея! - одобрительно кивнул Эштон.

- О, ради Бога, что за шутки, Эштон! - Ленора неодобрительно покачала головой. - А впрочем, может, ты и прав.

Они повернули лошадей и поскакали вдоль берега. Эштон остановил своего жеребца возле самой воды и спешился. Ленора натянула поводья и с удивлением следила за ним, пока он шел вдоль прибоя, что-то разглядывая у себя под ногами. Наконец он остановился и принялся разбрасывать песок носком сапога. Потом, схватив какое-то ракообразное, поднес ей на вытянутой ладони.

- Это краб, - сказал он, осторожно переворачивая кончиком пальца крошечное создание.

- Он, похоже, испугался, - предположила Ленора, глядя, как тот быстро подобрал под себя лапки.

- Да, мадам, вы угадали, - Эштон швырнул его на песок. Отряхнув влажные руки, он выпрямился и посмотрел ей в глаза - в них он прочел что-то очень знакомое, тот же голод, которым и сам он терзался уже так давно. Отчего-то оробев, он осторожно положил руку ей на бедро и замер, затаив дыхание. Медленно, очень медленно она склонилась к нему и коснулась его губ. Блаженство снизошло на него, Эштон пил сладостный нектар с её губ. Все в нем затрепетало...сердце пронзила сладкая боль, воскресившая в памяти его любовь и нежность