Страница 13 из 29
Внимание вошедшего привлекает канделябр. По-видимому, ему кажется, что канделябр стоит немного в стороне от своего обычного места. Он окидывает беспокойным взглядом комнату, подходит к укладке и надавливает большим пальцем на какой-то бугорок. Один из ящиков сам собой выдвигается. Мужчина достает оттуда ларчик, поднимает крышку и заглядывает в него. Потом он становится на скамейку и прячет ларчик за икону с изображением святого, сидящего на коне и держащего в руке тоненькое, того гляди, переломится, копье.
Внезапно мужчина оборачивается, словно почувствовав, что за ним кто-то неотступно наблюдает. Обнажив меч, он сходит со скамейки и медленно идет к кровати, отведя руку со свечой в сторону, чтобы пламя не мешало ему смотреть. Взгляд у него пристальный и настороженный.
Порыв ветра врывается в разбитое Кукшей окно и шевелит занавесь. Мужчина переводит взгляд на окно, прыгает к нему и несколько раз колет шевелящуюся ткань. Убедившись, что там никого нет, он откидывает занавесь и видит разбитое стекло. Ветер колеблет пламя свечи, стоящей на столике. Откуда-то снизу, перекрывая шум осады, доносится тревожный женский голос:
- Георгий! Георгий!
В это время грохот прекращается, его сменяет торжествующий вой толпы. Видно, ворота все-таки не выдержали. Мужчина кидается вон из комнаты, слышно, как он стремительно бежит вниз по лестнице.
Выйдя из укрытия, Кукша прячет нож и достает из-за иконы бронзовый ларчик. На ларчике изображены павлины и виноград. Открыв его, Кукша замирает в восхищении - в нем драгоценности, они мерцают и переливаются, словно ларчик полон небесных звезд.
Снизу доносится шум борьбы. Кукша не ждет ее исхода, он протискивается в окно и вскоре уже шлепает босыми ногами по нагретому мраморному полу бани. Предстоит пройти мимо эфиопа. Но теперь бояться нечего, ведь у Кукши есть деньги, а ларчик не так уж велик, чтобы заметно изменить вид Кукшиной сумы.
И все-таки Кукша волнуется, подходя к привратнику. Он положил монету на столик и охотно ушел бы, не дожидаясь сдачи, однако заставляет себя терпеливо смотреть, как привратник жирными черными пальцами отсчитывает деньги. Незачем вору привлекать к себе лишнее внимание.
И вот Кукша на улице. Он догадывается, что в суме его настоящее сокровище, что свободному с таким богатством можно жить, оставив воровство. Свободному, но не ему. А он раб, даже хуже, чем просто раб, он беглый раб, и над ним постоянно тяготеет опасность быть схваченным, даже если он не попадется на воровстве. И все-таки он на мгновение задумывается, не удрать ли ему от Рябого. Нет, Рябой все равно найдет его, и тогда ему конец,
Кукша отскакивает в сторону с проезжей части улицы и прижимается к стене. Мимо него проносится отряд всадников. Немного погодя ему встречается большой отряд пеших воинов, ощетинившийся копьями. По четыре в ряд воины торопливо шагают вслед за всадниками. До Кукшиных ушей долетает (или ему чудится?) недовольный голос одного из воинов:
- Глупый народ греки. Хочешь, бунтовать, бунтуй себе днем на здоровье. А ночью-то зачем?
И другой голос ему вторит:
- Что верно, то верно. Ночью бунтовать не дело.
Кукша глядит вслед воинам, удаляющимся в ночной темноте. Это царские гвардейцы идут расправляться с бунтовщиками. Видно, стражники и городское войско уже не в силах совладать с разбушевавшимися голодными толпами.
Глава одиннадцатая * МОГИЛЬНЫЕ ВОРЫ
Пора бы уже Рябому избавиться от своего раба и переменить наконец жизнь. Ведь ему ничего не стоит теперь осуществить заветную мечту - купить усадьбу и завести павлинов. В день бунта Рябой сразу стал богатым человеком. И надо же, на ларчике с драгоценностями, что принес ловкий Немой, изображены именно виноградник и павлины!
Конечно, раба лучше всего убить, чтобы ни одна живая душа никогда не узнала, откуда у Рябого состояние. Господь, словно нарочно, прибрал Мустафу в тот же вечер, когда Рябой разбогател. Ведь, кроме Немого, про его дела знал только один Мустафа. Нет, Рябой отнюдь не жалеет, что озлобленные женщины разорвали в тот вечер кабатчика. Он и тут успел под шумок кое-чем попользоваться.
Раньше, до погрома, в кабаке хозяйничал сарацин Мустафа, теперь хозяйничает христианин Петр - какая разница? Что выгадали эти несчастные? Ничего. Выгадал только он, Рябой. А то, что Петр, в отличие от Мустафы, боится скупать краденое, беда небольшая - в Царьграде найти скупщика краденого проще простого.
А нужда в скупщиках, конечно, есть. Немой каждый день приходит с богатой добычей, он делает большие успехи в воровском ремесле, если бы он был свободным, он бы со временем прослыл первым вором Царьграда. Разве решишься избавиться от такого работника? Утром ты от него избавишься, а вечером будешь думать: вдруг он сейчас принес бы еще один ларчик с павлинами!
Например, сегодня Рябой отправляет своего раба на хорошее дело. Умерла жена придворного сановника, и ее похоронили в загородном имении. Рябой узнал это, толкаясь среди зевак, глазевших на погребальное шествие. Он сопровождал тело покойной до места погребения и таким образом узнал, где ее похоронили. Рябой считает, что грабить богатых покойников - одно из самых прибыльных занятий. Сперва он сам ходил с Немым на подобные дела, а теперь отправляет одного. От нынешнего ночного предприятия он ждет хорошей добычи. Как жаль, что богатые умирают гораздо реже бедных!
По случаю предстоящего дела Рябой угощает своего раба, он помнит, как окупилась его щедрость в день бунта. С той поры он частенько подносит Немому чашу дешевого вина. Сейчас они сидят в кабаке у Петра, и Рябой, по обыкновению, прислушивается к пьяному гомону.
В кабак, нащупывая дорогу суковатой палкой, входит слепой. Он просит угостить его вином и за это обещает рассказать поучительную историю о том, как он сделался слепым. Подвыпившие благодушные посетители не прочь послушать слепого, что им стоит купить для него чашу-другую! Слепого сажают за стол, ставят перед ним чашу с вином, и он начинает свой рассказ.
- Был в Царьграде мор, и умерла девица, дочь богатого вельможи. А перед смертью она попросила отца своего, чтобы ее похоронили в загородной усадьбе, у церкви, что стоит там среди виноградников. Был я тогда могильным вором.