На крутых виражах

Четыре истребителя, ведомые старшим лейтенантом С. Т. Ивлевым, сопровождали штурмовиков в район Орла. При подходе к цели на них напали восемь ФВ-190. В разгар боя старший лейтенант К. Ф. Соболев заметил, что один "фоккер" заходит в хвост самолета младшего лейтенанта Аксютчева. Еще несколько мгновений, и тот будет сбит. Но советский летчик упреждает фашиста и меткой пулеметной очередью срезает его - и врага уничтожил, и товарища спас от верной гибели. Всего в этом бою Соболев сбил два вражеских самолета. Столько же фашистов вогнал в землю и старший лейтенант С. Т. Ивлев. Наша группа возвратилась на аэродром без потерь.

В тот же день, 12 июля, отличились летчики группы капитана А. Г. Шевцова, сопровождавшие штурмовиков в район города Новосиль. Вчетвером они выдержали поединок с двенадцатью "фокке-вульфами" и одного уничтожили. Кстати говоря, сбил его молодой летчик старший сержант А. А. Борисов.

В конце напряженного дня командир полка подвел итоги. На разборе присутствовал весь летный состав. Первым выступил С. И. Орляхин, затем Шевцов, Ивлев, Соболев, Гончаров и Григорьев. Из сказанного сделали выводы: во-первых, противник все усилия авиации нацелил на помощь своим терпящим неудачи наземным войскам; во-вторых, он действует большими смешанными группами; в-третьих, инициатива переходит в наши руки.

- Не исключена возможность, - сказал в заключение командир, - что завтра, 13 июля, нам придется не только сопровождать штурмовиков, но и прикрывать свои наземные войска, усилить борьбу за господство в воздуха.

После разбора летчики эскадрильи во главе с Гончаровым направились в столовую на ужин, а меня Орляхин попросил остаться. Наедине он сообщил не очень приятную новость: летчиков Соколова и Забилло откомандировывали в другое соединение. Жаль было расставаться с обстрелянными воздушными бойцами. На их место назначили двух бывших летчиков-инструкторов, проходивших у нас стажировку. Что ж, подумалось мне, для уныния причин нет. Научим и этих воевать по-настоящему.

Глава девятая.

Жаркий июль

13 июля, еще до восхода солнца, командир полка уточнил боевую задачу. Группами численностью 6-16 самолетов мы должны были в течение дня прикрывать от ударов с воздуха свои наземные войска, которым предстояло наступать из района Новосиль, деревень Покровское, Нижняя Скворчь в направлении Кромы, Навля.

Обо всем я рассказал летчикам и техникам, подробно объяснив обязанности каждого. Ничего не было забыто из того, о чем шла речь накануне.

Первую половину дня эскадрилья находилась в резерве. Летчики буквально осаждали меня вопросами: "Когда же вылет? Почему нас не пускают в воздух?" Как мог, успокаивал их: с часу на час ожидается дополнительный приказ командира дивизии.

Между тем вторая и третья эскадрильи нашего полка и летчики других частей соединения уже ходили на боевые задания.

Нам стало известно, что четверка Як-7 из 431-го истребительного авиаполка во главе со старшим лейтенантом В. Савоськиным в районе села Вяжи отважно атаковала группу бомбардировщиков противника, которую прикрывали восемь Ме-109ф. Ведущий бомбовоз был сбит, остальные рассеяны. В этом бою машина Савоськина была настолько изрешечена, что пришлось сажать ее на фюзеляж. Техники и механики немедленно приступили к ремонту самолета, а командир четверки пересел на другой истребитель и снова повел своих товарищей в бой.

Вторая и третья эскадрильи нашего полка выполнили по одному вылету, но одержали внушительную победу - сбили 10 самолетов противника. Летчики рассказывали, что противник действует большими группами бомбардировщиков и истребителей, знакомили нас с тактическими приемами врага. Шевцову тоже удалось побывать в воздухе. Выполняя задание, он сбил "Мессершмитт-110".

Успехи однополчан и соседей усиливали нетерпение летчиков моей эскадрильи, ожидавших приказа на вылет. И этот приказ наконец поступил: шестнадцатью самолетами прикрыть боевые порядки наземных войск, начавших наступление. Ударная группа состояла из трех звеньев, ведущими которых были Орляхин, Шевцов и я. Ивлев возглавил звено прикрытия. Идти впереди всей группы приказали мне, поскольку большинство летчиков (9 человек) были из первой эскадрильи.

Поднявшись с аэродрома, мы взяли курс в район прикрытия. Командир полка, находившийся во главе третьего звена, запросил по радио обстановку. Офицер наведения, который находился в расположении наших наступающих войск, сообщил, что противник действует смешанными группами по 40-50 самолетов с высоты 2500-3000 метров.

- Надо мной сейчас вражеской авиации нет, но она вот-вот подойдет. Поторопитесь.

Мы увеличили скорость до максимальной. Чтобы иметь превосходство над противником, набрали высоту 3800 метров. Придя в район Новосиля, сделали круг. В это время радиостанция наведения передала, что с северо-запада подходит большая группа немецких самолетов.

Мы находились в выгодных условиях - со стороны солнца. Орляхин приказал идти навстречу противнику, который находился на удалении 30-40 километров.

Несколько минут спустя мы обнаружили два десятка вражеских бомбардировщиков и до десяти истребителей прикрытия, которые шли на высоте 2000 метров. У нас было превышение над ними в 1800 метров.

- Ивлеву связать боем истребителей прикрытия противника, два звена ударной группы атакуют первую десятку бомбардировщиков, вторую атакую я со своим звеном, - поставил задачу командир.

Стефан Ивлев, имея преимущество в высоте, проскочил мимо нас и завязал бой с истребителями прикрытия, а мы двенадцатью Ла-5 навалились на бомбардировщиков. Хорошо прицеливаясь, каждый из нас вел огонь сначала с дальней дистанции по вражеским стрелкам, потом с близкой дистанции - по кабинам летчиков и моторам.

Три "юнкерса", объятые пламенем, начали беспорядочно падать. Враг дрогнул, его боевой порядок рассыпался. Последующая атака наших истребителей заставила противника сбросить бомбы на свои войска и повернуть на северо-запад.

Ивлеву удалось связать боем шесть фашистских истребителей, а четыре все же наседали на нас. Тогда командир полка приказал Шевцову со своим звеном заняться этой четверкой, а я и Орляхин в составе двух звеньев вернулись в район прикрытия.

Ивлев доложил:

- Сбили одного ФВ-190, иду к вам.

Шевцов, разделавшись с четверкой "мессеров", одного из которых сбили, тоже шел в район прикрытия. И вот мы все в сборе, заняли боевой порядок на высоте 2500 метров. Офицер наведения похвалил нас за хорошую работу и предупредил, чтобы мы были внимательны: не исключено, что группа истребителей противника снова придет, чтобы сковать нас боем и обеспечить свободу действий очередной группе бомбардировщиков.

Так оно и случилось. Противник перехитрил нас - подошел к нашему району со стороны солнца на высоте более 4000 метров. Сверху свалились около двадцати Ме-109 и ФВ-190. Бой принял ожесточенный характер. Отбиваясь и защищая друг друга, мы вышли из-под удара и навязали фашистам бой на вертикалях. Временами ведомый и ведущий вынуждены были меняться ролями. Так, в один из моментов Саша Самков стал моим ведущим. Он взял в прицел Ме-109 и дал по нему длинную очередь. Тот вспыхнул и с отвалившейся плоскостью заштопорил к земле.

В это время нас внезапно атаковал противник. Я, что называется, отделался удачно: очередь, выпущенная гитлеровцем, прошла мимо. Машина Самкова получила повреждение.

- Трясет мотор, приборная доска разбита, - доложил Александр.

Пилотировать он не мог, его следовало выключить из боя, но делать этого было нельзя. Тогда я приказал по радио паре Григорьева оказать мне помощь в прикрытии Самкова. Схватка закончилась. Противник потерял еще четыре истребителя и ушел на запад.

Орляхин подал команду следовать звеньями на свою точку, так как у нас боеприпасы и топливо были на исходе. Самков шел впереди, мы за ним. По радио я передал всем: обеспечить посадку в первую очередь Самкову. Вот и аэродром. Саша выпустил шасси. Вместо покрышек висели клочья резины. К счастью, радиоприемник у него работал. Я посоветовал ему привязаться получше ремнями и сажать машину левее посадочных знаков, чтобы в случае чего не мешать посадке других летчиков. Самков блестяще приземлил свой самолет, за что командир полка объявил ему благодарность.