Страница 69 из 327
Чакрабарти был прав, но выбрать нового командующего станцией — задача не из легких. Сайдмор оказался полезен, но никогда не имел жизненно важного значения даже во время войны. Сейчас, когда война по сути дела выиграна, Сайдмор будет всё менее важен для стратегических нужд Звездного Королевства, а это значит, что ни один честолюбивый офицер не обрадуется, если его отошлют в такое захолустье. Даже не учитывая, сколько ещё потенциальных каверз таится в этом назначении.
Несмотря на сказанное им Юргенсену и Чакрабарти, Яначек в глубине души был уверен, что правительство предпочтет избежать любой ненужной конфронтации с андерманцами — и будет право. Первый Лорд никогда не одобрял экспансионистского нажима, который он часто испытывал и со стороны флота, и со стороны парламента. Вот почему во время своего первого срока на посту в Адмиралтействе он любыми силами старался не ввязываться в возню вокруг Василиска, пока эта психопатка Харрингтон, едва не втравила их в боевые действия против хевов на пять стандартных лет раньше, чем это в конце концов произошло.
Если дойдет до противостояния, он, конечно, порекомендует кабинету пойти на существенные территориальные уступки андерманцам. В конце концов, эти территории никогда не принадлежали Звездному Королевству, и во всей Силезии, по его мнению, не нашлось бы ничего такого, что заслуживало бы риска вооруженного столкновения, не говоря уже о настоящей войне. Но это означало, что человек, которого откомандируют на Сайдмор, неизбежно окажется в ситуации, когда ему придется сдерживать андерманцев, прекрасно зная, что никакого дополнительного подкрепления не будет. А если андерманцы откажутся сдерживаться и дойдет до открытого конфликта, правительство почти наверняка снимет с себя ответственность за действия командующего станцией. Даже при лучшем раскладе любой, кому посчастливится командовать Сайдмором, запомнится как офицер, допустивший чтобы Империя двинулась на Силезию. Это будет, конечно, не его вина, но в восприятии коллег — и командиров — закрепится стойкая ассоциация.
Так где же ему найти человека, который при худшем повороте дела возьмется таскать решетом кипящую воду, убедит андерманцев, что будет сражаться до последнего, лишь бы не допустить их в Силезию (по крайней мере, до получения неизбежного приказа отступить и не лезть больше не в свое дело), и которым можно будет пожертвовать, если правительство решит снять с себя ответственность за его действия? Навскидку он никого вспомнить не смог, но был уверен, что потом что-нибудь придет в голову.