Страница 50 из 50
- Попрошу ваши фамилии, офицеры.
- Зачем? - изумился Бакмор Фиппс.
- У вас есть какие-нибудь основания задерживать этих двух людей? Или это просто за то, что они шли по Сельма авеню?
- А ну-ка, подожди-ка...- зашипел Гибсон Хэнд.
- Ходить, стоять или сидеть на Сельма авеню не является преступлением, независимо, что вы об этом думаете. И, как вы знаете, быть гомосексуалистом - тоже не преступление.
Бакмор Фиппс побледнел.
- Лучше вали отсюда, дерьмо, - предупредил он.
- А вы - люди! - сказал чужак бойцам. - У вас есть полное право находиться здесь, на Сельма авеню. Вы имеете право садиться в машины. В настоящее время нарушением закона является половой акт, совершенный за деньги. Это качается обоих полов. Нарушением закона является определенное поведение в общественных местах. Это касается обоих полов. И это все. Вам совершенно не обязательно терпеть выходки этих офицеров. - Он подкрепил свое утверждение энергичным жестом указательного пальца. Который случайно попал Бакмору Фиппсу прямо в глаз.
В деле, закончившемся в конце концов в городском суде Лос Анджелеса, фигурировали не те два бойца, что дрались из-за клиента на Сельма авеню. Дело называлось "Народ против Тергуда Пула", седого борца за права гомосексуалистов, который утверждал, что пытался защитить свободу двух членов "голубого" сообщества на Сельма авеню.
Другие свидетели (уличные чудовища и те два бойца) показали, что у них имелись весьма основательные причины, чтобы сломать Тергуду Пулу нос и ключицу, вывихнуть ему плечо и сплясать на его почках.
Активист прав гомосексуалистов попал в тюрьму за избиение полицейского и в конце концов предстал в суде лицом к лицу против всех четырех свидетелей. Два члена "голубого" сообщества, чьи права он пытался защитить, сказали присяжным, что он просто полез не в свое дело, и ему не следовало приставать к усердным и честно исполняющим свой долг полицейским, таким как офицер Фиппс и офицер Хэнд, которые оба сидели в суде в свободных трикотажных костюмах с пристегивающимися галстуками и мило улыбались пожилым леди из состава присяжных.
Кончилось все тем, что Тергуд Пул получил условный срок, 500-долларовый штраф и столько вмятин, трещин и синяков, сколько не получали две команды на стадионе "Супербоул" после финального матча. Двум бойцам вручили грамоту от командира голливудского участка за то, что они исполнили свой гражданский долг, придя на помощь двум терпящим бедствие полицейским.
В общем, это оказался не такой уж плохой день для уличных чудовищ, которые избавились от нескольких тонн нервного напряжения. Не часто в наши дни приходится исполнять свой долг полицейского так, как они исполнили его на Тергуде Пуле. Но пока они наслаждались Ватерлоо Тергуда Пула, сладострастный сборщик шариковых авторучек с фабрики в Бербанке уже готовился доставить Раскладную Джилл прямо в их мясистые лапы.
Его звали Бруно Бенсон, и ему до смерти надоело весь день сидеть и засовывать пружинки в шариковые авторучки. Вообще-то ему это так надоело и ему так хотелось развлечься с бабенкой, что он решил в четырнадцатый раз за месяц пригрозить фабрике терактом, уйти с работы, проехаться по Сансет стрип и постараться найти смазливую тридцатидолларовую девочку, которая может высосать батарейки из карманного фонарика. Во время обеденного перерыва он спокойно вышел на задний фабричный двор, залез на кабину стоящего там грузовика, перемахнул через забор в переулок, прокрался к заправочной станции на углу, набрал номер управляющего фабрикой и сказал ему то же, что говорил уже тринадцать раз: на складе, в одном из ящиков спрятана бомба, и она взорвется перед концом смены, если на автобусной остановке напротив телестанции Эн-Би-Си не оставят 100 тысяч долларов.
Управляющий, конечно, и не думал оставлять деньги на автобусной остановке, но Бруно Бенсона это нисколько не беспокоило. Потому что всякий раз, когда управляющий получал угрозу взорвать бомбу, он был вынужден по договору с профсоюзами вызвать полицию, а затем информировать служащих о вероятном взрыве бомбы, дав им возможность выбора: или уйти домой, или продолжить работу. В течение трех недель работы на фабрике Бруно Бенсон заработал в общей сложности 485 долларов, включая сверхурочные. Из-за него компания потеряла 230.687 долларов, что, по его мнению, делало его самым дорогим служащим в Бербанке, не считая Джонни Карсона.
После того, как Бруно Бенсон устроил себе свободный вечерок, он плотоядно крейсировал в своем пикапе по Сансет стрип в поисках шлюхи, посасывая из бутылки "Джим Бим", а Раскладная Джилл в это время говорила своей подруге Сладкой Люси в массажном салоне "Ред Валентайн", что она больше не хочет там работать, потому что эти скряги отбирают слишком много заработанных денег, и что она получает намного лучше в массажной конторе по вызову, чей телефон имелся на последних страницах справочника. Что означало, что ее не интересовал стодолларовый мешок с костями, который, сказала Сладкая Люси, приедет в восемь часов, чтобы воспользоваться их услугами.
Тем временем Хорек с Куницей развлекались тем, что стреляли в голубей, сидящих на крыше тайского ресторана, из пластмассовых рогаток дробью калибра "00", взятой из выпотрошенного патрона от полицейского ружья. Потом они немного покидали "летающую тарелку", пока Куница не решил продемонстрировать классный бросок из-за спины, и диск улетел на Вестерн авеню и упал в тележку алкаша-старьевщика, который в благодарность за господний подарок возвел очи к небу и продал его первому же роликобежцу за сумму, достаточную, чтобы купить пинту "Сники Пита".
Это произошло в то время как Хорек прощально глядел на уплывающий диск: он посмотрел вниз, на ресторан, и увидел, как ко входу медленно подъехал и остановился черный "бентли".
Пока оба нарка дрались, кому смотреть в бинокль, человек, сидевший за рулем, так и не выйдя из машины, наверное понял, что того, кто ему нужен, в ресторане нет, и слился с потоком проезжающих автомобилей.
- Сукин сын не собирается входить в ресторан! - воскликнул Хорек.
- Мне мешает проклятый автобус! - воскликнул Куница, яростно настраивая фокусировку бинокля.
- Стой, гад! - застонал Хорек. Но "бентли" повернул направо и уехал. Они даже не записали его номер.
Никакого хлопанья крыльями. Ни один голубь не взлетел от страха. Единственными бесящимися существами были Хорек и Куница, которые носились по крыше, орали и палили по скучным и апатичным птицам, совершенно не боявшимся этих двух ослов с рогатками. К тому времени, как нарки наконец решили перенести засаду на улицу, поближе к "тойоте", Бруно Бенсон проезжал мимо "Виски-Гоу-Гоу".
1 город на Диком Западе США в конце Х1Х в., "прославившийся" насилием и жестокими нравами.
2 здесь: бессмыслица. (Букв.) "отсюда не следует, что..." (лат.)
3 жаргонное наименование калифорнийской тюрьмы Сент-Квентин.
4 девятидневное моление с целью исполнить определенную просьбу или пожелание с помощью вмешательства Св. Девы Марии или другого святого.
5 два противоположных начала в древнекитайской философии.
6 Ведущий американский обозреватель.
7 На одной из улиц Лос-Анджелеса в асфальт вставлены бронзовые звезды с именами самых известных киноактеров и кинорежиссеров.