'Сыны Рагузы'

- Невероятно!.. - притворно ужаснулся Билл.

- Да, да... И он говорил еще, что каждые полгода мы посылаем туда кругленькую сумму. И ему важно было узнать, как именно будет сделан очередной платеж: золотом или кредитками... И мне стоило большого труда выяснить этот вопрос...

Билл насторожился. Загадка дома на Портландской площади начинала разъясняться.

- А в тот вечер сэр Ричард был еще любезнее, чем всегда... И он рассказал мне, что очередной платеж будет произведен бумажками и что он будет отправлен двадцать девятого июля на пароходе... простите, забыла... на каком пароходе...

- Может быть, на "Эскуриале"? - спросил Билл.

- Совершенно верно! Какое странное название!.. Пятьдесят миллионов долларов! Какая глупость - посылать такую уйму денег этим американцам!.. А у меня на лестнице стоят двадцать поставщиков, и я не знаю, как мне с ними расплатиться! Ужасно, ужасно, мистер Хольбрук!

- Погодите! - перебил он ее. - Успели вы передать доктору Лэффину эти сведения?

- Конечно! Я позвонила ему немедленно, как только получила их!

Больше Биллу ничего не требовалось выяснять, и он постарался поскорее избавиться от Ла Флоретт, пообещав на прощанье немедленно известить ее о поимке доктора и о состоянии его финансовых дел.

Хольбрук вышел из редакции через несколько минут после ухода Ла Флоретт и отправился домой пешком.

Глава 40

Вернувшись домой, Билл застал экономку за генеральной уборкой.

- Где мистер Баллот, спрашиваете вы? Разве вы не знаете, что он уехал?

- Уехал? Куда?

- Да в Америку! Не можете же вы этого не знать!

- Когда?

- Сегодня утром.

- Разве сегодня суббота?

- Разумеется, сэр. Мистер Баллот очень надеялся, что вы вернетесь до его отъезда. Он оставил вам записку на столе.

Билл бросился к себе в комнату. Записка была чрезвычайно краткой, но весьма выразительной:

"Если будет хоть какая-то возможность - постарайтесь попасть на "Эскуриал". Происходит нечто весьма странное".

Билл посмотрел на часы. Было одиннадцать. В субботу в этот час в редакции не могло быть никого, но он знал, где искать редактора, и через несколько минут говорил с ним по телефону.

Редактор быстро принял решение.

- Поезжайте в американское консульство, объясните положение и убедите немедленно завизировать вам паспорт. А я договорюсь, чтобы вам оставили место на "Эскуриале". В котором часу он покидает порт?

- В полдень, то есть, через час.

Подумав, редактор сказал:

- Я вызову автомобиль, который отвезет вас в Саутгемптон, и распоряжусь, чтобы там ждал гидроплан. На нем вы доберетесь до Шербурга. Оттуда "Эскуриал" уйдет не раньше шести вечера. Есть ли у вас деньги?

- Нет, сэр.

- В таком случае вам будет передана необходимая сумма в американском консульстве.

* * *

В половине четвертого Хольбрук прибыл в Саутгемптон. Здесь он потратил некоторое время на поиски конторы авиационной компании, так что гидроплан поднялся в воздух только в пять. Билл уже начинал опасаться, что "Эскуриал" успеет выйти в море раньше, чем он прибудет в Шербург.

В половине седьмого впереди показались четыре гигантские трубы парохода. В тот же миг взвыла сирена. Это был сигнал к отправлению. Гидроплан стал снижаться и опустился на воду в тот момент, когда на "Эскуриале" поднимались сходни.

Билла, видимо, ждали, так как на самолет немедленно был брошен конец. Хольбрук с отчаянием ухватился за канат, и матросы благополучно втащили его на нижнюю палубу.

Глава 41

- Недурно!

Билл оглянулся. Ему протягивал руку улыбающийся Баллот.

Они вместе прошли в приготовленную для Хольбрука каюту, и молодой человек подробно рассказал Баллоту о посещении Ла Флоретт.

- Не думаю, - заметил Баллот, - что они предпримут попытку захватить деньги до прибытия парохода в Нью-Йорк. Во всяком случае, капитан и офицеры предупреждены о возможности нападения, а к кассе приставлены два вооруженных матроса.

- А среди пассажиров нет подозрительных субъектов?

- Пока трудно сказать, - ответил Баллот. - Кстати, вы еще не осмотрели пароход! Великолепное судно!..

Глава 42

"Эскуриал" действительно был лучшим кораблем из всех когда-либо пересекавших Атлантический океан. От гимнастического зала на верхней палубе до мраморного бассейна на нижней - все было обставлено с потрясающей роскошью. Десять лифтов. Главный зал, убранный коврами и обставленный чудесной мебелью, не имел себе равных.

На палубе в этот час было много пассажиров, так как к обеду еще не звонили. Билл все время оглядывался по сторонам в надежде увидеть Бетти Стоун. Баллот, заметив его беспокойство, сжалился над ним и сказал:

- Мисс Стоун занята сейчас распаковкой чемоданов. Я только что видел ее служанку. А вот, кстати, и Лоубридж!

Действительно, неподалеку сидел Клайв с папиросой в зубах. Встретившись глазами с Хольбруком, он улыбнулся и поднялся ему навстречу.

- Вот неожиданность, мистер Хольбрук! Когда изволили прибыть? Уж не тот ли вы смелый человек, которого мы подобрали с гидроплана?

- Да, я как раз тот самый сумасшедший.

Клайв с легкой усмешкой осматривал костюм молодого человека. Билл, как всегда, был одет довольно странно...

Решить эту проблему помог Баллот, выделив Хольбруку из своего гардероба часть одежды, которой у него оказалось гораздо больше, чем можно было предположить.

Пока Билл переодевался, слуга принес ему записку от мистера Стоуна с приглашением на обед. А когда молодой человек вошел в роскошную столовую, его встретила улыбка самой прекрасной, как ему казалось, девушки в мире.

- Как хорошо, что вы все-таки едете с нами, мистер Хольбрук! - сказала она. - Но только, пожалуйста, не рассказывайте мне ничего о докторе Лэффине и прочих ужасах! Поговорим лучше об этом чудесном корабле!

Билл рассмеялся.

Весь обед Бетти болтала о пассажирах парохода, среди которых было двадцать пять миллионеров, три известных писателя и звезда Голливуда.

- Подумайте, мистер Хольбрук, - двадцать пять! Неужели это не производит на вас никакого впечатления?

- Увы! Миллионеры обычно довольно скучный народ, и я полагаю, что большинство из них тяготится своим положением.