Страница 61 из 124
– Я не просто расстроилась, – всхлипнула Винна. – Я стала… обузой для тебя.
– Тише. Послушай, я хочу забраться повыше, чтобы осмотреться. Ты оставайся здесь, следи за Огром. Если что-то случится, он поймет это раньше тебя. Справишься?
– Да, справлюсь, – ответила Винна.
Он поцеловал ее, и она в ответ отчаянно обняла его. Эспер знал, что должен что-нибудь сказать, но не мог найти подходящих слов.
– Я недалеко, – только и сказал он.
Они оказались в той части гряды холмов, где на каменистой почве деревья прочти не росли. В качестве дозорной вышки Эспер выбрал робинию, притулившуюся на самом краю сыпучего каменистого уступа. Забравшись на дерево, лесничий мог увидеть другой вход в реун, точнее, не само отверстие, а чудовищного змея, если он вдруг оттуда появится.
Эспер повернулся в другую сторону, и его глазам предстала более приятная картина: река Эф резво бежала по симпатичной долине, расчерченной прямоугольниками садов и пастбищ. Примерно в лиге отсюда, на возвышении, Эспер разглядел колокольню того самого монастыря, куда направлялся Стивен в день их знакомства. Когда Эспер сам оказался там, он был ранен и несколько не в себе. Если бы не Стивен, он бы умер.
В сгущающихся сумерках, в одеянии из прозрачной дымки, которая струилась сквозь ровные ряды яблоневых деревьев, ждущих лишь поцелуя весны, чтобы вновь покрыться цветами, долина выглядела мирной.
Где сейчас Стивен? Наверное, мертв, ведь он был со слиндерами. И Эхок тоже, скорее всего, погиб…
Эспер понимал, что должен испытывать отчаяние и горе, как в ту минуту, когда Стивен и Эхок попали в лапы к слиндерам. Но сердце больше не болело, на смену боли пришла ярость.
Эспер решил, что это хорошо.
Сквозь тучи просочилась ночь, знакомый мир померк, уступив место царству звуков и запахов. Звуков по зимнему времени было совсем мало: холодящий душу пронзительный крик совы, свист ветра, обдирающего брюхо о костлявые ветви деревьев, шорох маленьких коготков по коре.
А вот запахи казались более вещественными: мокнущие в ледяных прудах листья, аромат гниения, замедленного холодами, травянистый запах коровьего навоза, поднимающийся с пастбищ внизу, и дым – орешник и старые яблони, сжигаемые в долине, и червивый витаэк, когда ветер дует со стороны Средних земель, и что-то чуть ближе – дуб, а еще еле различимый мятный привкус сассафраса, сумаха и черники, составлявших подлесок.
И сосновой лучины.
Эспер прислушался и уловил легкое потрескивание огня, чуть ниже по склону.
Стараясь не дышать, он осторожно слез с дерева. Если там есть монах, прошедший по тому же священному пути, что и Стивен…
В таком случае Эспера уже наверняка обнаружили. Члены ордена святого Мамреса – к которому принадлежит большинство их врагов-церковников – сражались, как безумные львы, но обладали не более острыми чувствами, чем он сам. А вот те, кто прошел по путям и Декмануса, и Мамреса, представляли наибольшую опасность.
Вернувшись к Винне, Эспер обнаружил, что она спит, и снова несколько мгновений не мог принять решения. Он боялся оставить ее без защиты, однако желание узнать, кто развел костер на склоне холма, оказалось сильнее страха. Кроме того, Огр, хоть и устал, по меньшей мере поднимет шум, если подойдет кто-то чужой. Огр присмотрит за Винной.
Эспер начал медленно, ползком, спускаться вниз по склону цепляясь за кусты и невысокие деревья, которые прижимались к камням и скудной земле. Он не спешил, решив, что впереди еще целая ночь. Это было хорошо, поскольку двигаться он мог только на ощупь и полагаясь на свои инстинкты.
Когда он наконец заметил едва различимые оранжевые отблески на стволе дерева внизу, было два или три часа после полуночи. Сам костер лесничий не видел, но догадывался, где он. Эспер слишком сильно взял к востоку, и теперь от цели его отделял почти отвесный склон холма.
Поэтому он снова начал подниматься наверх, забирая чуть западнее. Отблески огня исчезли, но Эспер теперь уже знал правильное направление и незадолго перед рассветом вышел к огню.
К этому времени костер уже почти прогорел, лишь жалкие язычки пламени танцевали на углях. Эспер заметил, что кто-то сидит около него, и еще один человек сидит рядом. Больше ничего разглядеть не удавалось. Стоянка находилась примерно в двенадцати королевских ярдах ниже того места, где замер лесничий, под длинным каменистым уступом.
Удастся ли ему попасть в них? Угол не слишком удачный.
Тучи рассеялись, но луны не было, только далекие, бесполезные звезды. Может быть, когда солнце встанет, удастся найти позицию получше. Эспер решил подождать, надеясь, что Винна не испугается по пробуждении. Вообще-то он никогда не считал ее пугливой, но после сегодняшнего…
Земля под ним задрожала.
Он услышал, как раскололся камень, а в следующее мгновение по склону прокатился камнепад. Не слишком близко, но и не слишком далеко.
Затем последовал грохот и рев дыхания, и до Эспера донесся пока еще едва различимый тошнотворный запах.
Как он и ожидал, вурм прополз через реун и теперь выбирался из него со стороны реки Эф. Значит, он примерно в четверти лиги слева.
Эспер по-прежнему его не видел, хотя прекрасно слышал, как он движется вниз по склону в сторону долины.
– Вот она, – произнес незнакомый мужской голос с забавам северным акцентом.
– Я же тебе говорил, – ответил его спутник.
Этот голос был лесничему отлично знаком. Фенд. Впрочем Эспер так и думал, что встретит его здесь. В конце концов, путешествовать по открытой местности верхом на вурме, наверное приятно, но когда твой скакун вгрызается в камень, вряд ли тебе захочется остаться на нем. Да и небезопасно оказаться среди толпы враждебно настроенных слиндеров. Нет, Фенд, разумеется, не настолько глуп.
Сейчас вурм удалялся от них. Фенд находился прямо внизу.
Начнем по порядку…
Эспер стал нашаривать рукой уступ, ветку, все, что угодно, чтобы получить возможность выстрелить. К своей радости, он обнаружил каменный выступ, которого раньше не заметил. Осторожно – очень осторожно – он лег на него животом, а потом наложил стрелу на тетиву.
– Нам нужно спуститься за ним? – спросил незнакомый голос.
Фенд коротко рассмеялся.
– Не все ревестури сбегут. Некоторые будут сражаться.
– С ваурмом?
– Не забывай, кто они такие. Ревестури знакомы с некоторыми очень древними священными путями и могущественными сакаумами. Да, никто из них, скорее всего, не сможет убить нашу милую крошку, но представь себе, какие сакаумы они используют, пытаясь это сделать.
– О. То есть нам лучше еще немного постоять в сторонке.
– Точно. Если все пойдет хорошо, тварь перебьет ревестури, а если юный Даридж там, принесет его нам. Но если у священников есть в запасе какой-нибудь сюрприз…
При упоминании Стивена Эспер замер.
– А что, если Дариджа убьют?
– Они не больше нашего хотят, чтобы он погиб, – ответил Фенд. – Но если это случится, что ж, так тому и быть.
– Ему это не понравится.
– Не понравится… Это будет очень серьезной неудачей – но не более, чем неудачей.
Эспер жадно ловил каждое подслушанное слово. Почему Фенд охотится на Стивена? Как может чудовище, вроде вурма, «принести» его? В пасти, что ли? И, во имя Грима, кто такие ревестури и кому служит Фенд?
Один из собеседников поворошил угли в костре, и тот разгорелся ярче. Теперь Эспер четко видел Фенда. Лесничий прицелился, стараясь дышать медленно и ровно. Он не сомневался, что попадет. И Фенд наконец будет мертв.
Возможно, его смерть оставит несколько вопросов без ответов, но с этим придется смириться. Да и в любом случае спутник Фенда, похоже, знает, кому они служат. Вторая стрела его ранит, но оставит в живых, чтобы он мог отвечать на вопросы.
Затем Эспер заберет у них противоядие и вылечит себя, Винну и лошадей. Когда вурм вернется, он встретит его стрелой, которую ему дал прайфек. Может быть, Стивен будет с ним.