Страница 16 из 124
– Проклятье.
Слиндерами жители Усттиша называли слуг Тернового короля. Когда-то они были людьми, но те, с которыми довелось встретиться Эсперу, сохранили в себе не много человеческого.
Они ходили в лохмотьях или вовсе без одежды и выли, точно дикие звери. Он видел, как они разрывали людей на части голыми руками и пожирали окровавленную человеческую плоть, как бросались на копья и, умирая, нанизывали себя на древко, чтобы добраться до своих врагов. Говорить с ними было бесполезно.
И они были уже очень близко. Как он мог их не услышать?
И почему не услышал Стивен, с его обостренными святым чувствами? Похоже, мальчик теряет свои способности.
Эспер быстро огляделся по сторонам. Ближайшие деревья в основном были тонкими, с гладкими стволами, но примерно в пятидесяти королевских ярдах в стороне рос раскидистый железный дуб, чьи ветви тянулись к самому небу.
– К тому дереву, – скомандовал он. – Быстро.
– Но Нейл и Казио…
– Мы ничего не можем для них сделать, – рявкнул Эспер. – Мы не успеем добраться до них вовремя.
– Мы можем их предупредить, – предложила Винна.
– Слиндеры уже там, – сказал Стивен. – Видишь?
Он показал вперед. На противоположной стороне узкой долины возникла лавина тел, перехлестнувшая через гребень и спускающаяся вниз по крутому склону. Было похоже на наводнение, которое тащит целую деревню в пропасть, только без воды.
– Матушка святого Тарна, – выдохнул один из воинов Данмрога. – Что…
– Беги! – прорычал Эспер.
Они побежали. Тело Эспера отчаянно стремилось к спасительному дереву, но он заставил себя пропустить Винну и Стивена вперед. Он услышал, как дрожит земля за его спиной, и вспомнил, как однажды несколько дней подряд огромная туча саранчи бушевала в северных предгорьях, пожирая все на своем пути.
Они были на полпути к дубу, когда Эспер краем глаза уловил какое-то движение и повернул голову посмотреть. С первого взгляда казалось, что существо состоит из одних ног, напоминая огромного паука. Впрочем, он сразу понял, что это такое. У чудовища было лишь четыре длинных конечности, а не восемь, и они заканчивались подобием человеческих рук с когтями. Толстое, мускулистое тело, довольно короткое по сравнению с ногами, тоже отдаленно походило на человеческое, в особенности если не обращать внимания на чешую и густой черный мех.
Однако в его морде не было ничего человеческого – желтые выпученные глаза над двумя щелями, заменявшими нос, и впалая пасть с черными зубами, скорее напоминающая лягушачью или змеиную. Чудовище мчалось в их сторону, отталкиваясь от земли всеми четырьмя лапами.
– Уттин, – задыхаясь, крикнул Эспер, которому уже довелось однажды встретиться с подобной тварью и даже убить ее, но это было чудо.
У него осталось в запасе еще одно такое же чудо, но требовалось два, потому что примерно в тридцати ярдах следом за первым уттином появился другой.
Эспер поднял лук и сделал один из самых удачных выстрелов в своей жизни – стрела попала первому чудовищу в правый глаз, и оно повалилось на землю, а лесничий, не останавливаясь, продолжал мчаться к дереву. Однако чудовище почти мгновенно поднялось на ноги и бросилось за ним. Другое тоже почти нагнало их, и Эсперу показалось, что оно ухмыляется.
Следом появились слиндеры, просочившиеся между деревьями. Уттины принялись пронзительно верещать, когда на них набросились мужчины и женщины с дикими глазами, сначала парами, потом по трое, и вскоре уже дюжинами.
Похоже, слиндеры и уттины не слишком жаловали друг друга. Или не могли договориться, кто из них сожрет Эспера Белого.
Маленький отряд наконец добрался до дуба, и Эспер подставил руки, чтобы подсадить Винну на нижнюю ветку.
– Лезь наверх, – крикнул он. – Лезь до тех пор, пока не поймешь, что дальше не сможешь.
Стивен был следующим, но, прежде чем он успел как следует ухватиться, Эсперу пришлось встретиться с самым резвым из их врагов.
Он оказался крупным мужчиной с сильными мускулами и торчащими в стороны черными волосами. Лицо его было столь звероподобным, что напомнило Эсперу легенды про вервульфов, и он подумал, не слиндеры ли положили им начало. Все прочие дурацкие волшебные сказки уже успели ожить и сделаться реальностью. Если когда-либо и существовал человек, превратившийся в волка, это был он.
Как и все слиндеры, мужчина атаковал, нисколько не заботясь о собственной жизни, он рычал и тянул к Эсперу руки с окровавленными сломанными ногтями. Лесничий взмахнул топором, зажатым в левой руке, надеясь отвлечь врага, но тщетно. Слиндер не обратил внимания на ложный выпад и продолжил наступать, позволив топору располосовать себе щеку. Эспер вогнал ему кинжал под нижнее ребро и торопливо надавил, метя в легкое, а потом выше, в сердце, пока зверочеловек продолжал наседать, размазывая Эспера по стволу дуба.
Было больно, но дерево спасло его от падения на землю. Лесничий едва успел оттолкнуть от себя умирающего слиндера, чтобы встретить следующих двух. Они напали разом, и, когда Эспер поднял топор, чтобы отогнать их, один вцепился зубами лесничему в предплечье. Взвыв, Эспер ткнул кинжалом врагу в живот и почувствовал, как горячая кровь заливает руку. Он резанул, вспарывая брюхо, слиндер выпустил его, и Эспер вонзил свой топор в глотку второго.
Еще несколько сотен были уже всего в нескольких шагах.
Топор застрял, и Эспер оставил его в ране, подпрыгнув и ухватившись за нижнюю ветку скользкими от крови пальцами. Он попытался удержать кинжал, но, когда один из слиндеров схватил его за щиколотку, выпустил его, чтобы крепче ухватиться за толстый сук обеими руками.
Сверху вниз свистнула стрела, затем еще одна, и его противник ослабил хватку. Эспер качнулся и ловко подтянулся на ветку.
Взглянув вниз, он увидел, как слиндеры накатываются на ствол дуба, словно морские волны на берег. Из их тел уже начала образовываться большая куча, по которой карабкались все новые и новые слиндеры.
– Проклятье! – выдохнул Эспер, сдерживая тошноту. Он взял себя в руки и поднял голову. Винна была примерно на пять футов выше остальных, в руках она держала лук и стреляла в слиндеров. Стивен и два солдата ее догоняли.
– Лезьте выше! – крикнул Эспер. – Вон туда. Чем тоньше ветки, тем меньше слиндеров сможет пройти за нами разом.
Он лягнул в голову ближайшего врага, поджарую женщину со спутанными рыжими волосами. Она зарычала и свалилась с ветки, приземлившись среди своих извивающихся товарищей.
Эспер заметил, что уттины все еще живы. Их было уже трое, и они отчаянно сражались со слиндерами. Выглядело это так, словно свора собак пыталась загрызть троих львов. Безумцы падали, заливая все вокруг кровью, острые когти и зубы уттинов разрывали и вспарывали их тела, но слиндеры побеждали благодаря своему превосходству в числе. Прямо на глазах у Эспера один из уттинов упал, подсеченный под колени, и уже в следующее мгновение слиндеры с ног до головы вымазались в его багряной маслянистой крови.
Когда уттины будут мертвы, слиндеров все равно останется еще много. Эсперу пришлось отказаться от смутной надежды, что враги уничтожат друг друга.
Винна, Стивен и два солдата уже послушались Эспера, и теперь он последовал за ними, пока наконец они не добрались до ветки над длинным, почти вертикальным участком ствола. Эспер снял с плеча лук и стал ждать преследователей.
– Они другие, – пробормотал он сквозь зубы, выстрелив в слиндера, добравшегося до основания ветки.
– В каком смысле? – крикнул сверху Стивен. Волосы на голове Эспера встали дыбом – судя по всему, сверхъестественные способности Стивена были в порядке.
– Они более худые и значительно сильнее, – ответил он. – Не такие, как раньше.
– Я видела только мертвых слиндеров у холма с нобагмом, – сказала Винна, – но я не помню, чтобы они были так татуированы.
Эспер кивнул.
– Точно, то-то я и думаю, что же с ними не так. Этого тоже раньше не было.
– Такие татуировки делают горцы, – проговорил Эхок.