Страница 55 из 155
Вокруг был незнакомый и удивительный мир. Впрочем, все миры, до сих пор виденные ею, были по-своему удивительны и незабываемы.
Она находилась на берегу огромного искрящегося водоема, плоские, пологие берега которого густо поросли высокой травой. В этом измерении Джемар был освещен голубым солнцем, богат зеленью и водой. Справа возвышались ослепительные скалы - видимо, на поверхность выходило месторождение хрусталя. Многочисленные кристаллы отражали голубой свет и рассыпали вокруг брызги огня. Смотреть было больно, и голова моментально разболелась.
- Куда идти? - произнесла Каэ вслух.
- К талисману идти, - сварливо сказал Ниппи, и она чуть было не подпрыгнула на месте.
- Ффу ты, напугал...
- Надо помнить о близких тебе существах, тогда тебя ничем не испугаешь, наставительно сказал перстень. - Ты со мной почти двое суток не говорила. Не совестно?
- Представь себе, нет, - огрызнулась Каэ.
- Какие же вы все-таки, боги, жестокие и неблагодарные существа, констатировал Ниппи. - И ведь приходится мириться.
- Искренне советую тебе быть терпеливым и кротким, - произнесла она. - И не лезь под руку, никакие талисманы меня сейчас не интересуют. Меня волнует, где находятся Тиермес, Траэтаона и остальные.
- Здесь я тебе не помощник, - важно сказал Ниппи. - Я не в состоянии определить, где находятся эти незначительные существа...
Он не договорил. Каэ в раздражении хлопнула себя по кисти правой руки, и перстень жалобно вскрикнул:
- Избиение! Жестокие и несправедливые кары! О боги, боги, как это на вас похоже!
- Молчи, знаток, - шепнула она.
Остановилась, замерла на месте с закрытыми глазами и внезапно ощутила непреодолимое желание двигаться вправо. Откровенно говоря, Каэ все еще не могла привыкнуть к преимуществам своего божественного происхождения и всегда подвергала сомнению свои прозрения и открытия - особенно те, что делались при помощи интуиции. Но все же она была не настолько глупа, чтобы сейчас ими пренебречь: все равно никакого иного способа обнаружить пропавших бессмертных не было. И она послушно двинулась в сторону сверкающих хрустальных скал. Ниппи бурчал что-то невразумительное, но очень тихо и ее действия вслух не комментировал.
Памятуя о том, что времени на все дела ей отпущено чуть больше двадцати трех часов, Каэ торопилась. Она почти бегом пересекла зеленую широкую равнину, иногда скрываясь в траве почти полностью - растения здесь, под благодатным голубым солнцем, были в рост человека, - добралась до звенящего ручья с прозрачной голубой водой. Здесь она почувствовала, как отчаянно и давно хочет пить. Кахатанна сорвала с головы шлем Ур-Шанаби и, повинуясь безотчетному движению, зачерпнула им живительной влаги. И тут же буквально всей кожей ощутила, что вода безопасна - свежа и прохладна. Она жадными глотками осушила весь шлем и еще один вылила на себя. Эта процедура взбодрила ее и придала сил.
- Спасибо, - сказала Каэ, обращаясь к ручью.
Странно, но она была уверена в том, что он не только слышит, но и понимает ее. Ручей в ответ что-то прожурчал, и несколько маленьких волн, совершенно невозможных при полном безветрии, ударились в берег возле ее ног. Казалось, вода прикоснулась к ней, привлекая ее внимание. Она понимала, что ее поведение граничит с безумием, но и сам этот мир тоже являлся плодом чьего-то гениального безумия, и она уступила.
- Я слушаю...
Ручей заволновался в своем песчаном ложе, заплескался, три стремительные рыбины, невесть откуда взявшиеся, остановились возле Богини Истины, помахивая хвостами, - их вытянутые, сильные, гибкие тела были яркого оранжевого цвета, и не обратить на них внимания было просто невозможно. Рыбы нетерпеливо тыкались носом в прибрежные камешки, отплывали на несколько шагов, затем поворачивали против течения и снова подплывали к тому месту, где стояла Каэтана. Более недвусмысленного приглашения она давно не видела.
- Иду, иду, не волнуйтесь.
Ручей, казалось, обрадовался ее понятливости, и рыбы поплыли вниз по течению. Каэ двинулась за ними, отметив попутно, что хрустальные скалы остались правее и выше.
Она не знала, сколько шла, следуя за оранжевыми рыбами. Наверное, прошло около полутора часов. Равнина и скалы давно скрылись из виду, она торопилась, солнце неумолимо ползло по небосклону, и тени становились все длиннее. Каэтана уже утомилась, но даже самой себе об этом, упрямо сцепив зубы, не говорила. Несколько раз поливала себя водой из ручья и выпивала несколько глотков, отчего сразу становилось легче.
Внезапно она остановилась, прислушиваясь: впереди что-то рокотало и ворчало, словно не вовремя разбуженный дракон. Тут и рыбы в ручье заволновались, словно пытались обратить ее внимание на себя. Течение явно усилилось, и они развернулись обратно. Каэ сообразила, что их работа выполнена и дальше она предоставляется самой себе.
- Благодарю, добрые друзья, - сказала она, нарочно обращаясь в пространство поверх ручья. Вряд ли сами рыбы обладали таким развитым разумом, скорее кто-то невидимый избрал этот волшебный способ довести ее до места назначения. Каэ не боялась, что ее обманули, - в глубине души она была уверена в том, что идет в правильном направлении. Просто таинственный доброжелатель значительно облегчил ей тяготы пути и сэкономил много времени.
Через пару десятков шагов равнина резко обрывалась, в воздухе висела водяная пыль, и ручей низвергался с невысокого уступа крохотным, но шумным водопадом. Вода скапливалась в маленькой впадине, образуя очаровательное озерцо. А на противоположном берегу этого озерца возвышался значительных размеров валун, внутрь которого вела не то нора, не то пещера в человеческий рост высотой. Нужно ли говорить, что Каэтану с неодолимой силой тянуло именно в эту нору?
- Я не хочу, - пожаловалась она невесть кому. - Опять блуждания под землей, какие-нибудь грызуны или ядовитые гады. Или бредовые порождения Тьмы...
- Мир не настолько разнообразен, - наставительно ввернул Ниппи. - Просто ты - неисправимый идеалист. А так ведь все очень просто: все существа делятся на жертв и палачей, даже если тебе неприятно об этом слушать. И потому хорхуты и тот червяк в заброшенном городе ничем друг от друга не отличаются. И этот, как его, катхэксин...