Страница 15 из 16
Бесправное юридическое положение женщины находило выражение и в том, что всякого рода претензии к молодому человеку, нарушившему обещание жениться на ее дочери, несмотря на существующую между ними близость, должна была предъявлять не вдова, а какой-нибудь ее родственник или свойственник (см. роль Гегиона в "Братьях"). Поэтому и состояние несправедливо обиженного сравнивают с положением беззащитной бедной вдовы ("Самоистязатель", 953). Что касается кары за оскорбление женского достоинства, то насильник или прелюбодей, застигнутый па месте преступления, мог быть тут же оскоплен (см, "Евнух", 946), а доказанное обвинение в совращении девушки из свободной семьи влекло за собой уголовное преследование вплоть до смертной казни. Избежать суда можно было, только женившись на обесчещенной девушке ("Братья", 349, 491, 723).
Любопытной чертой афинского семейного права была своеобразная забота об устройстве невесты, оставшейся сиротой: ближайший неженатый или вдовый родственник обязан был жениться на ней или выдать замуж, снабдив необходимым приданым. На этом строится, в частности, вся интрига в "Формионе", где Антифона в отсутствие отца "вынуждают" жениться на Фании под тем предлогом, что он приходится сироте-бесприданнице родственником. См. также "Братья", 652. С другой стороны, если девушке-сироте приходится встать на скользкий путь, в этом видят вину ее родственников, не взявшихся обеспечить ее будущее (ср. "Девушка с Андроса", 71).
Обратной стороной обязанности снабдить девушку приданым было признанное в Греции право отца подкинуть новорожденную, если он считал себя недостаточно обеспеченным, чтобы воспитать ее и выдать замуж (ср. "Самонстязатель", 627). Впрочем, подбросить могли и мальчика, если возникали сомнения в его отцовстве (см. "Свекровь", 399). Разумеется, в реальной жизни подкидывание детей не практиковалось так широко, как в комедии, где оно является одним из элементов интриги.
Говоря о семейных отношениях, следует отметить еще один серьезный пункт, в котором комедийный стереотип приходит в противоречие не только с жизнью, но и с собственной комедийной схемой. Молодые люди у Теренция редко бывают старше 20-22 лет. О девушках прямо сказано, что им 14-16 лет, да и в реальной жизни их выдавали замуж не старше 17 лет. Тем не менее матери этих девушек изображены глубокими старухами (ср. "Братья", 930-939), - в комедии используются только полярные противоположности: молодые - старики.
Наконец, несколько слов о "цене любви" в Древней Греции. Нормальным приданым считались два таланта, составлявшие 52,4 кг серебра, или 60 мин ("Самоистязатель", 838, 940); приданое в 10 талантов, назначаемое "девушке с Андроса" (951), - огромная сумма, которую можно объяснить скорее комическим преувеличением, чем радостью отца, нашедшего потерянную дочь.
Однако даже самое крупное приданое, выплачиваемое один раз, обходилось дешевле, чем бесконечные траты, производимые молодыми людьми на гетер: Федрия дарит Фаиде евнуха стоимостью в 30 мин, т. е. 1/2 таланта ("Евнух", 984), Вакхида требует с Клитифона 10 мин ("Самоистязатель", 601). Выкупить у сводника юную рабыню стоило, естественно, еще дороже: Формион должен раздобыть для очередного Федрии 30 мин ("Формион", 557), Эсхин выплачивает за арфистку для брата 20 мин ("Братья", 191-192) только потому, что насильно отбивает ее у сводника "по себестоимости".
САМОИСТЯЗАТЕЛЬ
Комедия поставлена на Мегалееийских играх в 163 г. Повторно показав а в 146 г. - для этого случая, как видно из дидаскалии, музыкальное сопровождение на неравных флейтах было Заменено исполнением на двух правых.
Оригиналом Теренция послужила одноименная комедия Менандра, известная только по незначительным отрывкам. К сожалению, "Самоистязатель" единственная пьеса Теренция, к которой не сохранился комментарий Доната.
Ст. 2. ...Роль старику дал... - Исполнителем пролога выступал обычно кто-нибудь из молодых актеров. На этот раз, памятуя нападки на поэта и провал "Свекрови" на тех же Мегалесийских играх в 165 г., Амбивий Турнион сам взял на себя роль пролога.
Ст. 5. (По нашему же...) - После этого стиха в переводе опущены ст. 6-9 как вызывающие сомнение в их подлинности. Вот их перевод: "(Даю новую комедию...), которая получилась двойной при простом содержании. Итак, я объявил вам, что она новая и какова она. А кто написал ее по-гречески, я сказал бы, если бы не думал, что большей части из вас это известно". Высказывание, в самом деле, не очень вразумительное. Что значит "двойная" пьеса при "простом содержании"? Имеет ли Теренций в виду двойную интригу при единстве сюжета, объединяющего судьбы обоих молодых людей? Не в духе Теренция и заигрывание с публикой, которая в действительности едва ли знала имя греческого автора, коль скоро комедия никогда ранее не переделывалась для римской сцены.
Ст. 31. ...дал дорогу весь народ рабу" - Теренций ставит в упрек своему противнику использование фигуры "бегущего раба", частой в новой аттической комедии и у Плавта.
Ст. 36. ...спокойную комедию... - В римской театральной практике различались комедия "спокойная" (stataria) и "подвижная", "оживленная" (metoria); от Амбивия Турниона, человека преклонного возраста, "подвижная" комедия с ее набором персонажей, перечисляемых далее, требовала уже чрезмерного напряжения сил.
Ст. 38. Парасит - персонаж новей аттической комедии, полуголодный бедняк, обычно помогающий молодому человеку в его любовных приключениях и ожидающий за это награды в виде сытного обеда. См. Менандр, с. 309-372; "Евнух", коммент. к ст. 246.
Ст. 39. Сикофант - в Афинах человек, сделавший своим постоянным занятием доносы и кляузы.
Ст. 62. Лет под шестьдесят тебе. - Ср. Менандр, фр. 102.
Ст. 77. Я - человек! - Один из многочисленных примеров того, как сентенции Терентия, извлеченные из контекста, продолжают жить своей жизнью. Хремет употребляет этот тезис гуманистической этики во вполне прозаической ситуации, оправдывая им свое любопытство.
Ст. 96. Коринфянка тут есть... - Терентий сохраняет греческий колорит оригинала.
Ст. 99. ...как надо бы с душой... - отголосок греческой этики. Ср. "Девушка с Андроса", 903 и коммент.
Ст. 111. ...в Азию... отправился... - Речь идет о наемной воинской службе, которая в Греции в последние десятилетия IV в. становилась для многих молодых людей средством существования и обогащения.