История Церкви

В западных церквах, например, африканской, испанской и других римский епископ издавна пользовался большим авторитетом как преемник апостола Петра. Для решения разных недоумений эти церкви, по древнему обычаю, обращались к римской церкви, хранившей апостольское предание, что дало повод римским епископам писать к этим церквам послания, в которых разрешались спорные вопросы на основании апостольского предания. Такого рода послания, появившиеся еще в конце 4-го века, при постепенном усилении власти пап, получили название декреталий, т. е. определений, и считались каноническими. Естественно, что приняв папские декреталии, западные церкви очутились в подчинении у римской церкви. Карфагенская церковь сильнее других церквей отстаивала свою самостоятельность, но и она, под гнетом вандалов, в 6 столетии вынуждена была искать опору в римской церкви. Что касается папской власти в ново основанных церквах в Британии, Германии и других странах, то она установилась очень просто. Здесь идея о главенстве папы распространялась вместе с самим христианством, тем более, что все главные миссии шли из Рима.

К началу 9-го века во всех западных церквах папа считался уже верховным главой и судьей Церкви. К этому же времени на западе появился новый канонический сборник, известный в истории под названием лжеисидоровских декреталий, на котором папы стали основывать свое мнимое право на главенство. В этом сборнике главное место занимают декреталии пап, начиная с самых первых времен римской церкви (с 77 г. по Р.Х.); почти все они или подложные, или искаженные.

Подразумеваются т. н. декреталии (decretaiia) пап (от Климента, третьего римского епископа, до Дамаса (384)), собранные неким Исидором, а потому и называемые лжеисидоровскими декретами. В соответствии с ними клир абсолютно неподведом светской власти, и высшей законодательной и судебной властью в церкви являются не соборы или митрополиты, а исключительно папы. В этих декреталиях много страшного и несообразного; считают, что они сочинены во Франции около 840 г. для защиты местных интересов, с тем чтобы вместо находившейся поблизости светской и митрополичьей власти подчиняться более отдаленной - в Риме. При тогдашнем невежестве выдумка удалась (хотя в самой Франции не сразу), тем более, что она соответствовала тогдашним понятиям и нашла покровительство у пап. Варварская латынь, противоречия, исторические ошибки - все это было обнаружено к концу средних веков.

По этим декреталиям папа как преемник князя апостолов - апостола Петра, обладает всей полнотой власти во Вселенской Церкви. Ему подчинены все церкви со своими предстоятелями, так что, если последние в известной мере пользуются властью, то эту власть они получают от папы. Без его соизволения не может созываться ни один собор, ни одно его решение не может быть приведено в исполнение. Все недовольные решением местных соборов и митрополитов могут обращаться с апелляцией к папе, и от него уже зависит окончательное решение, которому все должны подчиняться беспрекословно. В странах, удаленных от Рима, папой назначаются из старших митрополитов викарии апостольского престола, или примасы, которые пользуются на местах властью папы и служат, таким образом, проводниками центральной власти римских первосвященников. Таким образом, по лжеисидоровским декреталиям власть папы в Церкви стала выше власти даже Вселенских Соборов. Система церковного управления, изложенная в лжеисидоровских декреталиях и развившаяся на западе, известна в истории под названием папства.

Впервые начал ссылаться на лжеисидоровские декреталии и применять на практике раскрытые в них идеи о папском всевластии папа Николай I (858-867 гг.). Полностью разделяя эти идеи, он обладал всеми необходимыми для этого качествами - умом, твердым характером, строгой нравственностью. В период своего девятилетнего правления он сделал для возвышения папства больше, чем другие папы в течение многих десятилетий. Убедительным подтверждением этому служат его победы в спорах с Лотарем, правителем Лотарингии, и Гинкмаром, архиепископом Реймским. Лотар хотел развестись со своей законной женой Титбергой, чтобы жениться на некоей Валдраде. Аахенский (862 г.) собор, на котором сторону Лотаря заняли архиепископы Кельнский Гюнтер и Трирский Титго, разрешил ему развод и новый брак. Лотар женился на Валдраде. Но Титберга обратилась с просьбой о защите к папе Николаю I, который решил воспользоваться этим случаем для проявления своей власти. Он назначил новый собор в Меце (863 г.), под председательством своих легатов, для вторичного расследования дела о браке Лотаря. Но и этот собор, находившийся под влиянием Лотаря, решил дело в его пользу. Гюнтер и Титго, главные деятели на соборе, сами отвезли папе на утверждение соборные определения. Николай, очень хорошо осведомленный о ходе рассмотрения дела на соборе, решил со всей строгостью отнестись к ослушникам его приказаний и покровителям явного прелюбодеяния. Он отменил постановления Мецкого собора, лишил сана Гюнтера и Титго и пригрозил тем же остальным епископам - участникам собора, если они не раскаются. Лотарь не смутился папским решением; Кельнский и Трирский архиепископы также не захотели подчиниться папе. Они, не признавая за папой верховного суда, требовали созыва собора, составленного из митрополитов, на котором бы они лично могли защищать свое дело. Кроме того, они настроили против папы брата Лотаря, императора Людовика II, который, для того, чтобы вынудить папу отменить свое решение, занял со своими войсками Рим; впрочем, он вскоре примирился с Николаем. Но Гюнтер и Титго продолжали высказывать протесты против папской власти, которые, однако, не находили сочувствия, так как дело, которое они защищали, было неправое; общественное мнение было на стороне папы. Николай пошел еще дальше, - он отлучил от церкви Гюнтера. Тогда Трирский и Кельнский архиепископы, не находя выхода из создавшегося положения, решили покориться папе. Но папа оставил в силе свое определение относительно лишения их сана. Остальные епископы также поспешили засвидетельствовать перед папой свое раскаяние. Тогда и Лотарь, вынужденный считаться с неблагоприятным для него общественным мнением, счел за лучшее примириться с папой, который потребовал, чтобы Лотарь оставил Валдраду и принял законную жену Титбергу. Лотарь должен был повиноваться. Также успешно для Николая окончилось столкновение с Гинкмаром, архиепископом Реймским, человеком умным и энергичным, который отстаивал права местного самоуправления церкви; папа, напротив, проводил мысль лжеисидоровских декреталий о централизации церковной власти в лице папы. Борьба эта произошла по следующему случаю. Гинкмар низложил на соборе одного подчиненного ему епископа, Ротада, который апеллировал папе. Папа, несмотря на отпор Гинкмара и галльских епископов, потребовал, чтобы Ротад и Гинкмар явились в Рим на суд. Когда явился только Ротад, папа признал его восстановленным в сане, после чего тот занял свою кафедру, без возражений со стороны Гинкмара. Таким образом, в этих двух спорах папа оказался блюстителем нравственных законов, защитником невинности во всем христианском мире и верховным судией в Церкви. Кроме того, для централизации власти в лице папы, Николай I установил, чтобы каждый вновь поставленный архиепископ, при получении от папы паллиума, давал клятву и подписку в верности апостольскому престолу и беспрекословном повиновении папе.