Страница 21 из 45
- А не было ли с вами, в таком случае, Адольфа Тифтуса?
- Что-что? - переспросил Янгер с таким изумлением и возмущением, точно его спросили, а не было ли в их компании Адольфа Гитлера.
- А мне подумалось, что вам, трем знакомцам Шардина, был резон сойтись в его доме... ( Паркер перебил говорившего:
- Лично я не особенно жаждал общения с Тифтусом, честно говоря. Он, правда, пробовал утром со мной повидаться, но я был в угнетенном состоянии духа, - вы можете это понять! - и он удалился.
- Итак, вы видели его последний раз нынешним утром?
- Нет-нет. Через какое-то время мы еще раз столкнулись в городе, но перебросились парой незначащих фраз, только и всего.
- Все ясно. А вот особа, только что случайно попавшая сюда, почему-то думает, что у вас были какие-то счеты с ее другом... Или не так?
- Нет, не так.
Риган ожидал обстоятельного объяснения, но Паркер умолк, словно уйдя в свои мысли. Янгер порывался что-то вставить, однако благоразумие взяло верх, и он, поскрипев креслом, так и не проронил ни слова.
Риган, ничего не дождавшись, явно поскучнел.
- Ну что ж, надеюсь, все прояснится после допроса этой дамы. А ты, повернулся он к Янгеру, - давно ли знаешь мистера Виллиса?
- Уже несколько лет, - не моргнув глазом, солгал Янгер. - Джозеф Шардин был человек общительный, и вот в один из наездов Виллиса я оказался приглашен на коньячок...
- Ну да, ну да, - пробарабанил Риган по Паркерову бумажнику. Превосходно. Я думаю, на сегодня довольно, мистер Виллис. Однако, если понадобитесь, я непременно отыщу вас. Вы ведь не собираетесь быстро уехать в Майами?
- Не собираюсь. Независимо от вашего пожелания еще пробуду в Сагаморе какое-то время.
- Прелестно. Благодарю вас за помощь, оказанную следствию...
Паркер встал и забрал свой, лежащий перед Риганом, бумажник.
- Отель я покидаю, - уведомил он, - а если понадоблюсь, буду в доме Шардина, адрес у капитана.
- Чудесно. Было приятно познакомиться с вами, мистер Виллис. Риган ослепительно улыбался, но глаза его, настороженные и недоверчивые, как собаки-ищейки, неутомимо обследовали Паркера. Он и на дюйм не привстал из кресла; прощаясь, не думал протягивать руку, и Паркер понял, что Риган почувствовал в нем опасного преступника, точно так же как он сам открыл в Ригане опасного для себя противника. Риган пока только чувствовал нечто, у него не было никаких доказательств, но собачье чутье редко подводило его. Паркер знал этот тип полицейских - терпеливо, не мытьем, так катаньем, достигающих цели, расследующих дело скрупулезно и настойчиво, буквально как в поговорке "Капля камень точит"...
Поднялся было и Янгер, но Риган тут же осадил его:
- Послушай, Эбнер, а что же ты не хочешь поприсутствовать у меня на допросе? Это ведь твой город, тебе и карты в руки, будешь меня корректировать, а то пойду еще по ложному пути...
Янгеру вовсе не улыбалось торчать здесь на последних ролях, но выхода у него не было. Надувшись, он сел и, доставая сигару, подозрительным и мрачным взором проводил выходящего Паркера.
В приемной управляющего Паркер застал давешних незадачливых статистов: свидетельница курила, положив ногу на ногу, полицейские мирно обсуждали какие-то свои домашние дела.
Паркер, подойдя к осиротевшей любовнице Тифтуса, наклонился к ней, и негромко сказал:
- Давай не будем ссориться. Твоего несчастного Адольфа я не убивал, я в это время был с тем толстым капитаном, так что претензии - не по адресу...
Полицейские замолчали, но лица их были безучастны. Из-под копны пшеничных волос на Паркера недоверчиво смотрели серые, чуть раскосые глаза. Никакой косметики на бронзовом лице не было. Она прищурилась, выпустив неровное колечко дыма.
- Не верю тебе. Кто же его тогда?.. ( Паркер поднес руку к разбитой скуле.
- Тот же, кто и меня... И одним орудием. ( Полицейский заметил:
- А по-моему, вы не должны разговаривать...
- Найди на окраине дом Джозефа Шардина. Я буду тебя ждать. Приезжай ко мне после допроса.
- Ничего себе предложение на ночь глядя от незнакомого мужчины, усмехнулась она, поправляя на ослепительных бронзовых коленях короткую серую узкую юбку. Она сидела все так же, нога на ногу, только теперь вдобавок ритмично покачивала висящей над полом дорогой туфелькой.
Паркер посмотрел на нее долгим взглядом и так же негромко сказал, подчеркивая каждое слово и делая глубокие паузы:
- Твой Тифтус буквально атаковал меня все утро. Я отделывался от него как мог. Но я абсолютно чист перед ним. А тебя я видел единственный раз - ты стояла там, у стойки портье, когда вы вселялись, в таком белом плащике, очень тебе идущем...
Она коснулась его руки длинными тонкими пальцами с прозрачным нежно-розовым лаком на крепких овальных ногтях:
- Я совершенно тебе не верю, но слова твои обдумаю... - Руки у нее были такие же красивые, как ноги. Полицейский сказал, теряя терпение:
- Вы кончите наконец трепаться, или вас разводить силой? Паркер повернулся к нему.
- Скажи, пожалуйста, ты ведь работаешь на Янгера, ты здешний?
- Отстань от меня, я при исполнении... Да, Янгер - мой начальник. Но ее вон велел привести Риган, - кивнул полицейский на сероглазую.
- Так вот, Янгеру и доложи о нашем с ней разговоре...
- Для чего это? - насупился полицейский.
- А ты разве еще не понял, как твой капитан относится к этому Ригану? Думаю, он совсем не рвется снабжать залетную пташку дополнительной информацией...
- Ладно. Доложу Янгеру, - подумав, сказал полицейский. Его напарник все это время старательно связывал порвавшийся в ботинке шнурок.
- Превосходно... Так я жду, Ронда... Серые, чуть раскосые глаза глянули на него с веселым изумлением: так он, оказывается, знает и помнит ее имя?
Глава 4
Над пустырями уже догорала малиновая - к ветру! - заря; перистые облака фантастически розовели в совсем зеленом на западе небе.
Паркер галантно отворил дверь:
- Милости прошу, Ронда...
Она успела переодеться и что-то сделала со своим лицом. Бирюзовые, с серебряной пыльцой веки, словно крылья тропических бабочек, чудесно подчеркивали серый цвет глаз, придавая им призрачную, обманчивую синеву. Свои хорошего и точного рисунка губы она чуть тронула нежно-розовой помадой; румянец на щеках был естественный, от быстрой ходьбы и волнения. Серый костюм Ронда сменила на строгий черный.