Страница 16 из 45
- Предположение годится, - пробормотал парень, краем глаза взглянув на пассажира.
- А какого рода?
- Да самого гнуснейшего...
- Я не о том, - засмеялся Паркер. - Я спрашиваю - местный он или из округа?
- Здешний, глава сагаморской полиции...
- А сколько их, полицейских, всего-то у вас? - снисходительно осведомился Паркер, щелчком выстрелив в открытое окошечко окурок.
- Может, двенадцать, а может и пятнадцать, кто их пересчитывал! - лениво ответил шофер, следя за дорогой.
- Да, штат у него внушительный... В каком он чине - комиссар?
- Нет, капитан. Там у него еще несколько лейтенантов, а все остальные сержанты...
Паркер приподнял брови. Таксист, кажется, и не прочь был перемыть косточки шефу полиции, но что-то ему явно мешало. Вообще дорожный треп шел как-то принужденно, со скрипом, не было в нем легкости и небрежности... Паркер, хмыкнув, поинтересовался:
- Ну а имя-то хоть есть у вашего капитана?
- А как же! Янгер. Капитан Янгер...
- Что он выпытывал обо мне?
- Мы о вас вообще не говорили. Болтали о своем.
- Ну-ну, - усмехнулся Паркер и поглядел в заднее окно: "форд" неотвязно тащился следом. Паркер откинулся на сиденье, закуривая новую сигарету, и насмешливо спросил:
- Что ж ты не пополнил собой численность полицейских сержантов?
Таксист, потемнев, согнулся за рулем, и "шевроле" набрал хорошую скорость. Теперь "форд" позади был почти не виден, а шофер, убирая газ, вымолвил со значением, но очень тихо:
- У меня ведь есть работа...
- Ясненько, - сказал Паркер и больше не проронил ни слова. Уже возле отеля "Сагамор", получив от Паркера щедрые чаевые, шофер доверительно зашептал:
- Он выспрашивал меня обо всем: ваше имя, видел ли я вас раньше и о чем мы говорили, для чего вам газета и не назывались ли вами какие люди...
- Спасибо. Вот тебе сверх всей платы...
- Да если б и знал, в жизнь бы не сказал этому подонку... Выйдя из такси, Паркер проводил глазами теперь еще более запыленный "шевроле", который выруливал на стоянку у вокзала, пышностью напоминающего сливочный торт.
Черный "форд" притормозил буквально в пяти метрах от Паркера. Капитан Янгер с видимым усилием выбрался из автомобиля, достал из заднего кармана мятых коричневых брюк мокрый комочек носового платка, столкнул назад ковбойскую шляпу, повисшую за плечами на резинке, вытер влажно блестящий под солнцем лоб, протер зубчатую кожаную ленту внутри шляпы, надернул свой экстравагантный головной убор на лоб и засунул значительно потемневший платок на прежнее место. Затем из внутреннею кармана своего лоснящегося коричневого пиджака он достал сигару и проделал с ней манипуляции, явно доставляющие ему удовольствие: развернул сигару, откусил и выплюнул ее кончик, поднес к ней бледный на солнце огонек спички.
На Паркера он не смотрел.
Пройдя стеклянные двери отеля, Паркер миновал вестибюль, переходящий в грандиозный, слишком несоразмерный со всем небольшим четырехэтажным зданием холл: на коврах, цветом напоминающих перезрелые персики, паслось стадо диванов, обитых зеленым кожезаменителем. Портье сиротливо торчал за своей пустой необъятной стойкой.
Паркер легко взбежал вверх по лестнице, и капитану Янгеру, курящему у входа, новый постоялец отеля больше виден не был.
И вот теперь, во время визита в дом к Джо Ширу, судьба вновь свела их, Паркера и Янгера, Янгера и Паркера, повернула лицом друг к другу и выжидательно остановилась рядом, скрестив на груди прекрасные руки...
Паркер пока не умел ничего отчетливо сформулировать, но явственно сознавал, что влип в какую-то крупную передрягу.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава 1
Доктор Рейборн, так неискусно и слабо умеющий притворяться, оказался весьма недурным специалистом-практиком. Ни капитану, ни Паркеру он не задал ни единого вопроса, а сразу же молча принялся за дело. Смочив спиртом вату, он обработал кровоподтеки, помазал их какой-то душистой, но очень жгучей мазью, а потом пофыркал по всему пораженному болью участку аэрозолем из бирюзового баллончика. Лекарство, проникая в поры, тут же словно замораживало лицо, как новокаин, снимая боль.
Все трое молчали. Янгер наблюдал за Паркером, Паркер за доктором, а доктор все внимание сосредоточил на своих внешне грубоватых, но предельно чутких пальцах. Хмурое лицо его было замкнутым и сосредоточенным.
Закончив процедуру, доктор все так же молча сложил пинцеты, вату, баллончик и мазь в свою черную клеенчатую сумку.
Янгер не смог удержаться от наставлений:
- Имей в виду, Ларри, все строго между нами... Доктор, не поднимая глаз и еще ниже опуская голову, отрезал в сердцах:
- Все, Эбнер, с меня хватит. Пришел конец моему терпению!.. И не звони больше...
- Да я тут ни при чем, он сам навернулся с лестницы, - горячо заоправдывался Янгер. - Ну подтвердите же. Виллис!.. Паркер счел нужным смолчать.
- Знаешь что, Эбнер, хоть мне-то не надо морочить голову! Такой картины не бывает от обычного падения со ступенек. Не делай, пожалуйста, из меня идиота...
- Говорю тебе, я к нему не притрагивался. Виллис, холера тебя возьми, почему ты молчишь? Ответь ему - я хоть пальцем к тебе прикоснулся?
Паркер безмолвствовал, бесстрастно переводя глаза с доктора на капитана. О, придет в конце концов время поговорить начистоту с доктором Рейборном, и тогда Паркер вытянет из него всю правду, теперь это очевидно...
- Мне плевать на твои подробности, - строптиво говорил между тем доктор. Этот случай, Эбнер, в отличие от прошлого...
- Закрой пасть! - заорал капитан, прерывая его на полуслове.
Доктор дернулся, захлопнул свою сумку и отчаянными, затравленными глазами впился в Паркера. Паркер с непроницаемым видом глядел ему прямо в зрачки.
Капитан Янгер счел необходимым для острастки еще прикрикнуть на Рейборна:
- Ты, я гляжу, допрыгаешься со своим языком... Сам пропадешь и других потащишь... Не будь болтливой бабой, ты понял меня?
- Но прости, я...
- Ларри, довольно трепа! Возвращайся к себе. Я потом звякну.
- Так, - сипло сказал доктор, беря сумку, - прекрасно... С меня достаточно. Запомни, Эбнер, я это делал в последний раз...
- Я звякну потом!
- Ты слышишь, Эбнер? Я не шучу!